Время остановилось.
Замерло, превратившись в густой, вязкий сироп. Единственное, что двигалось в этом застывшем мире, — это мое бешено колотящееся сердце, которое, казалось, вот-вот пробьет ребра.
На ветке сидел Какаши Хатаке. Копирующий ниндзя. Ученик Четвертого Хокаге. Человек, в чьем левом глазу скрывался чужой, украденный Шаринган. Он был одним из самых опасных людей в деревне, не из-за силы, а из-за своего острого, ленивого, все подмечающего ума.
И он смотрел прямо на меня.
Мой мозг, мой спаситель и проклятие, проанализировал ситуацию за долю секунды.
Бежать? Глупо. Он джоунин. Я — девятилетний ребенок. Это будет не побег, а погоня, которая закончится через три секунды и вызовет миллион вопросов.
Атаковать? Самоубийство.
Замереть и притвориться мертвым? Соблазнительно, но вряд ли сработает.
Оставался единственный вариант: стоять на месте и лгать. Лгать так, как я не лгал еще никогда в жизни.
Я медленно, очень медленно опустил руки, прерывая свою ката. Мое лицо не выражало ничего. Ни страха, ни удивления. Я намеренно опустошил свой разум, обрубил все эмоции, оставляя лишь звенящую пустоту. Я стал тем, кого он ожидал увидеть — странным, пустым мальчиком.
«Маа, маа…» — лениво протянул Какаши, спрыгивая с ветки. Он приземлился абсолютно бесшумно. «Неплохое местечко ты нашел для тренировок. Тихое».
Он не спеша подошел ближе. Его единственный глаз, похожий на скучающую черную дыру, изучал меня. Я чувствовал себя бабочкой под микроскопом.
«Что это было?» — спросил он, склонив голову набок. «Не похоже на стандартные ката из Академии. И на стиль Учиха тоже не похоже. Слишком… плавное».
Мой мозг лихорадочно строил ложь, используя крупицы правды. Это был единственный способ сделать ее убедительной.
«Это… гимнастика», — тихо сказал я, опустив глаза.
Какаши на мгновение замолчал. Я почти слышал, как скрипят шестеренки в его гениальном мозгу, пытаясь сопоставить факты.
«Гимнастика?» — переспросил он, и в его голосе слышалось неподдельное изумление.
«Да, — я заставил себя поднять на него взгляд. — Врач сказал, что у меня… плохое развитие. Мышцы слабые. Координация нарушена. Он посоветовал делать упражнения. Плавные, на растяжку».
Это была гениальная ложь. Она объясняла все. Почему я здесь один (стыдно заниматься таким перед другими). Почему движения такие странные (это не боевое искусство, а лечебная физкультура). И, самое главное, она идеально ложилась на мой образ «неудачника» и «слабака».
Какаши хмыкнул. «Гимнастика… в Лесу Смерти? Оригинальный выбор. Не боишься, что тебя съест какая-нибудь гигантская пиявка?»
«Я… я не захожу далеко», — пробормотал я, делая вид, что испугался.
Он подошел еще на шаг. «И как, помогает твоя гимнастика?»
Вот он. Ключевой вопрос. Проверка.
«Не очень», — честно ответил я.
Его глаз чуть сузился. «Покажи».
Я замер. «Что?»
«Покажи, — повторил он. — Напади на меня».
Паника холодной волной поднялась из желудка, но я ее подавил. Это ловушка. Он не хочет драться. Он хочет увидеть. Проанализировать. Скопировать.
«Я… я не умею», — прошептал я.
«Ты Учиха. Ты несколько лет в Академии. Ты знаешь, как нападать. Давай. Или мне придется доложить Хокаге о странном мальчике, который занимается подозрительной "гимнастикой" в запретной зоне».
Угроза была прямой. У меня не осталось выбора.
Я глубоко вздохнул, собирая не звездную энергию, а жалкие остатки своей природной, неразвитой чакры. Я встал в самую неуклюжую стойку, какую только мог изобразить, и бросился на него.
Это была пародия на атаку. Я специально напряг мышцы, сделал движения резкими, рваными — полная противоположность тому, что он видел до этого. Я замахнулся для удара, намеренно оставляя в своей защите десяток дыр.
Реакция Какаши была молниеносной и унизительно простой.
Он не увернулся. Он просто выставил ногу, и я, как и тот хулиган в Академии, споткнулся и полетел лицом в грязь.
Я лежал на земле, униженный, грязный, но… спасенный.
Я не дал ему ничего. Он видел лишь то, что ожидал увидеть: неуклюжего, слабого ребенка, который отчаянно пытается, но терпит неудачу.
Я услышал над головой вздох.
«Да уж… — протянул Какаши, и в его голосе была странная смесь разочарования и… чего-то еще. Сочувствия? — Гимнастика тебе точно не повредит».
Я медленно поднялся, отряхиваясь. Я не смотрел на него.
«Можешь идти», — бросил он, снова доставая свою оранжевую книжку. «И найди себе место для тренировок побезопаснее. Эта "гимнастика" не спасет тебя от тигра».
Я не стал дожидаться второго приглашения. Я развернулся и, не оглядываясь, побрел в сторону выхода. Я чувствовал его взгляд на своей спине до тех пор, пока не скрылся за деревьями.
Выйдя из леса, я прислонился к забору, и ноги меня больше не держали. Я сполз на землю, тяжело дыша. Холодный пот градом катился по спине.
Я прошел по самому краю пропасти.
Но в глубине души, под слоем страха и облегчения, разгорался новый огонь. Какаши Хатаке, гений с Шаринганом, посмотрел на мою силу… и не увидел ничего.
Мой путь был верным.
Моя маскировка была идеальна.
И в тот день я понял: моя слабость — это мое самое сильное оружие.
http://tl.rulate.ru/book/171606/12826076
Готово: