Но каждый раз, когда второй брат видел драку или наказание слуг, он забывал его слова и непременно закрывал ему глаза, из-за чего бабушка и мать стали считать его трусливым.
Глаза Ли сань-нян сверкнули. Вот он, нужный третьему брату момент, не правда ли?
Ли сань-нян, притворно нахмурившись, сказала Чай Шао:
— Чай-лан, я отведу эр-лана и сань-лана посидеть в лавку с напитками неподалёку. А ты, когда закончишь здесь, купи эр-лану и сань-лану немного пирожных и приходи за мной.
Чай Шао тут же расплылся в улыбке и согласился.
Симпатия, только что зародившаяся у Ли Шиминя к Чай Шао, мгновенно резко упала.
«Фу, улыбается так подобострастно, так некрасиво».
Ли Сюаньба, только что оторвавший от своих глаз руки второго брата, тоже был крайне озадачен.
Мать, конечно, выбирала мужа для сестры, и внешность у него, несомненно, была хороша. Но тебе, Чай Шао, старший сын рода Чай, не мешало бы поработать над мимикой! Портишь своё красивое лицо.
Посмотри на моего брата: даже когда он рыдает в голос, это так мило, в более поздние времена он точно стал бы суперпопулярным ребёнком-звездой.
Ли сань-нян же не обращала внимания на внезапно испортившуюся внешность Чай Шао. Сделав ему ещё несколько наставлений, она увела Ли Сюаньба и Ли Шиминя из книжной лавки в неподалёку находящуюся лавку с напитками.
В то время чай всё ещё представлял собой отвар с добавлением множества странных приправ. Хотя уже существовали чайные лотки, чай в основном продавали в харчевнях. Только в эпоху Кайюань династии Тан появились прообразы отдельных чайных.
Тогдашние магазины напитков назывались «иньцзыпу». Там готовили напитки из различных трав и цукатов, наподобие более поздних травяных чаёв или прохладительных отваров.
Иньцзыпу обычно принадлежали тем же хозяевам, что и аптеки. Продаваемые там «фирменные отвары» всегда имели сертификацию от врачей. Не то чтобы они лечили все болезни, но хотя бы обладали некоторым оздоровительным или тонизирующим эффектом.
Ли сань-нян выбрала на втором этаже укромный уголок, отгороженный ширмами и кадками с растениями. Под предлогом любви к тишине она выкупила места за несколькими соседними столиками, создав таким образом изолированное от других посетителей пространство. Купленными напитками она угостила пришедших с ней слуг, велев им сесть отдохнуть вторым кругом за пределами этой изолированной зоны.
— Ну вот, сань-лан, что ты хотел сказать старшей сестре? — спросила Ли сань-нян.
Ли Шиминь достал из-за пазухи свиток бумаги и протянул его Ли сань-нян, жалуясь:
— Чуть что потяжелее, А-Сюань сразу норовит запихнуть мне за пазуху.
Ли Сюаньба молча потягивал напиток, в котором плавали только сушёная слива и солодка.
В такую жару ему совсем не хотелось ничего совать себе за пазуху —обязательно выпадет.
Ли сань-нян развернула бумагу, которую передал ей Ли Шиминь, и, прочитав всего несколько строк, удивлённо сказала:
— Ты хочешь заняться со мной совместным бизнесом?
Ли Сюаньба кивнул и уже собрался попросить второго брата снова выступить в роли рупора, как Ли Шиминь скрестил руки на груди в знак отказа:
— Сам говори с сестрой, брат устал.
С этими словами он уткнулся в свою кружку с напитком и принялся жадно пить, и, сколько бы Ли Сюаньба к нему ни взывал, не обращая внимания.
Ли Сюаньба, видя, что «громкоговоритель» забастовал, пришлось напрячься и заговорить самому.
— В будущем я придумаю кое-какие новые вещи и пущу их в продажу. Если ребёнок слишком умён, это могут посчитать зловещим. Нынешний император — человек не с самой широкой душой. Если мы с братом будем слишком выделяться, боюсь, это вызовет его недовольство...
Не успел Ли Сюаньба договорить, как Ли Шиминь поднял голову и сказал:
— Зачем ты скрываешь от сестры? Скажи прямо: у нас есть старший брат, который унаследует титул, и наша с тобой чрезмерная одарённость может вызвать его зависть. Хм, стоит мне чуть дольше понежиться у бабушки на руках, как взгляд старшего брата становится острым, как нож. Мелочный до ужаса.
Ли Сюаньба недовольно сказал:
— Ты же вроде устал? Если с тобой всё в порядке, так помоги мне сказать.
Ли Шиминь тут же снова опустил голову, притворяясь, что пьёт чай:
— Снова устал.
Ли сань-нян, сдерживая улыбку, сказала:
— Ладно, я поняла. Действительно, такая проблема есть. У вас есть старший брат, который унаследует титул. Пока у старшего брата нет реальной должности, вам лучше вести себя скромнее.
Хотя их отец Ли Юань сейчас был ещё здоров и крепок, и до наследования титула Ли Цзяньчэном было далеко, но после женитьбы Ли Цзяньчэна отец непременно постарается найти ему реальную должность.
Обычно такие должности были связаны со службой во дворце или в резиденции наследного принца в качестве офицера охраны, например, как у Чай Шао, который сейчас занимал должность «Цзо цяньню бэйшэнь».
П.п: Левый телохранитель с мечом Цяньню.
Чай Шао, благодаря близким отношениям с наследным принцем Ян Чжао, сразу после помолвки с Ли сань-нян стал телохранителем, отвечающим за охрану наследного принца.
«Цяньню бэйшэнь» — это офицер гвардии, подчиняющийся гвардии Цяньню. Он имел право носить «меч цяньню» в запретном дворце, всегда находясь рядом с императором и наследным принцем. Проще говоря — это телохранитель с саблей перед императором.
В эпохи Суй и Тан императорская гвардия делилась на Северную и Южную управы. Южная управа командовала войсками фубин* по всей стране, Северная управа была личной наёмной гвардией императора.
До упадка системы фубин гвардия Цяньню была ядром императорской гвардии и кузницей подготовки молодых офицеров из знати.
П.п: Система территориальных дружин в древнем Китае. Крестьяне получали наделы земли, но взамен обязаны были нести военную службу. В мирное время они занимались сельским хозяйством и проходили подготовку, а в случае войны мобилизовывались.
В то время мужчины обычно получали реальные должности только после совершеннолетия. Ли Цзяньчэн как раз ждал совершеннолетия, чтобы Ли Юань помог ему найти реальную должность.
Такого, как Чай Шао, кто ещё не женившись, уже стал телохранителем и носил меч в запретном дворце, охраняя наследного принца, можно было назвать юным гением с блестящим будущим.
Госпожа Доу хорошо осведомлена внутреннем достоинстве своей дочери. Если бы тот, за кого она выйдет, имел лишь громкое имя рода, но не обладал бы собственными талантами, дочери было бы трудно проникнуться к нему чувствами. Поэтому она потратила много сил на выбор зятя.
Ли Цзяньчэн ещё не достиг совершеннолетия и не имел реальной должности, поэтому и обращал внимание на младших братьев во внутреннем дворе. Когда Ли Цзяньчэн получит реальную должность, он обратит свой взор на двор и перестанет видеть в малом мирке внутреннего двора что-то важное и, следовательно, перестанет сердиться на младших братьев, которые моложе его на десять лет.
— К тому же я вижу, что в других знатных семьях боковые ветви занимаются торговлей, чтобы обеспечить деньгами основную ветвь для вступления в чиновничество, но часто не пользуются уважением. Заработанные деньги основная ветвь забирает по своему желанию, что влияет на бизнес. Если в наших с братом магазинах будет доля старшей сестры, думаю, Тан гогун в будущем постесняется произвольно забирать деньги из магазинов выданной замуж дочери.
Ли Сюаньба деликатно сказал:
— Я не то чтобы не доверяю характеру отца и старшего брата, просто я слишком болезненный и слабый, боюсь, что в будущем мне трудно будет добиться успеха на чиновничьем поприще, придётся довольствоваться деньгами, чтобы обеспечить себя. Не смейтесь надо мной, сестра.
Ли Шиминь снова встрял:
— Мы с А-Сюанем ещё маленькие, а бабушка и мать уже наставляют нас угождать старшему брату, чтобы он, когда станет главой семьи, плохо к нам не относился. Вот мы с А-Сюанем и решили полагаться не на Тан гогуна, а на старшую сестру. Старшая сестра в будущем станет главной хозяйкой в доме окружного князя Цзюйлуй и сможет защитить нас с А-Сюанем.
Ли сань-нян, которой было и смешно, и грустно, отозвалась:
— Эр-лан, сань-лан, то, что вы доверяете старшей сестре, меня очень радует. Но после замужества я стану женой из рода Чай. Как же вы можете больше доверять чужому человеку?
Ли Шиминь покачал головой:
— Я не верю ни в «своих», ни в «чужих». Я верю старшей сестре и не верю старшему брату.
Ли Сюаньба покосился на второго брата.
Он хотел сказать: «Старшая сестра, даже выйдя замуж, остаётся нашей старшей сестрой, а не чужим человеком».
Ли Сюаньба не ожидал, что второй брат встрянет первым, и то, что он сказал, оказалось, пожалуй, даже более удачным.
Посмотрите на мгновенно расцветшую улыбку и засиявшие глаза сестры. Второй брат не зря зовётся вторым братом, уж больно хорошо у него подвешен язык.
— Раз вы так говорите, старшая сестра обещает вам: я буду использовать своё приданое, чтобы участвовать в вашем промысле, и не позволю роду Чай вмешиваться, — Ли сань-нян, чувствуя такое доверие со стороны младших братьев, прониклась гордостью.
Кхм, она вовсе не считала, что отец и старший брат действительно позарятся на карманные деньги двух малышей. Братишки просто забавляются.
Ли Шиминь и Ли Сюаньба переглянулись.
Дело в шляпе!
Старшую сестру так легко уговорить!
http://tl.rulate.ru/book/171455/14898922
