Глава 113: «Настанет день, когда семья Шэнь будет умолять.»
Тридцатое число двенадцатого месяца – канун Нового года.
Город Аньян утопал в праздничной суете. Всюду висели красные фонари, в воздухе витал дух торжества. В поместье Юнь тоже кипела работа: развешивали украшения, клеили на двери парные надписи с пожеланиями счастья.
Шэнь Хань вместе с госпожой Юнь и маленькой Цайлин отправился на рынок за припасами. Глядя на счастливые лица людей, он чувствовал, как тепло семейного уюта согревает сердце. В эти дни он отложил тренировки.
Вернувшись с покупками, они все вместе обосновались на кухне, чтобы приготовить праздничные сладости.
— Цайлин-эр, ты отвечаешь за тесто, а Сяо Хань займется лепкой шариков. Ты, глупышка, столько лет училась, а до сих пор лепишь хуже него, — поддразнила служанку госпожа Юнь.
Эти сладости, называемые «туаньцзы», напоминали рисовые колобки. Их делали из смеси рисовой и пшеничной муки, раскатывали в лепешку, клали внутрь сладкую начинку и бережно защипывали края. Но в отличие от обычных колобков, их не варили, а обжаривали на сковороде до золотистой корочки.
В поместье Шэнь во время праздников на Шэнь Ханя всегда взваливали кучу черной работы. Лепку этих шариков он выполнял сотни раз, так что руки помнили каждое движение.
Цайлин, услышав слова хозяйки, смешно надула щеки.
— А вот и нет! Я сейчас докажу молодому господину Хань, что мои шарики будут самыми круглыми и красивыми!
С этими словами она оторвала кусок теста и принялась усердно катать его в ладонях. Вскоре на столе действительно появился идеально ровный шарик.
— Та-дам! Госпожа, молодой господин, посмотрите, какой он кругленький! — Цайлин с гордостью продемонстрировала результат, сияя от счастья.
Шэнь Хань, улыбнувшись, подцепил палочками свой шарик и отправил его на сковороду, а следом за ним – творение Цайлин. Как только тесто коснулось раскаленного масла, правда тут же выплыла наружу.
— Видишь, Цайлин-эр? — Со смехом заметила госпожа Юнь. — Твой шарик хоть и круглый снаружи, а на сковороде сразу дал течь. Начинка-то и вылезла.
Они шутили и смеялись, наслаждаясь редкими мгновениями покоя. В поместье Юнь дышалось куда легче, чем в прежнем доме. Когда сладости были готовы, их поскорее понесли в главный зал.
Сегодня был особенный вечер – вся семья Юнь готовилась к грандиозному пиршеству. В зале уже накрыли больше двадцати столов. Сначала подали холодные закуски, оформленные с таким изыском, что было ясно: на кухне трудились мастера своего дела. Сравнивая их шедевры со своими «туаньцзы», Шэнь Хань даже немного смутился. Потихоньку от других он выделил из пространства несколько атрибутов «Безупречный вкус и аромат» и наложил их на закуски, приготовленные ими втроем.
В час Сюй небо окончательно потемнело. То тут, то там вспыхивали фейерверки, изредка доносились хлопки петард. Этот шум не раздражал, а напротив – дарил странное чувство умиротворения. Наконец начался праздничный ужин.
В семье Юнь порядки отличались от Шэнь: здесь за столы разрешалось садиться даже слугам. В эту ночь они были свободны от обязанностей и могли пить и веселиться наравне с хозяевами. Глава семьи Юнь поднял чашу, призывая всех выпить трижды.
— Друзья мои! Знаю, те двадцать с лишним дней, что поместье было закрыто, многие из вас провели в тревоге. Возможно, вы шептались, что случилась беда, или боялись, что из-за ссоры с семьей Шэнь наш род падет. Сегодня я официально заявляю: семья Юнь жива и станет только сильнее! После этого Нового года начнется наше истинное перерождение. Никакие Ини или Сюи нам больше не указ. Наступит день, когда даже надменная семья Шэнь приползет к нам с просьбами продать им хоть горсть пилюль. Не верите? Что ж, смотрите сами, как мы станем величайшим алхимическим кланом Великой Вэй!
Его слова вызвали бурю восторга. Те из приближенных, кто знал о секрете производства, и вовсе сияли от гордости. Раньше Юни горбатились над дешевыми снадобьями, выживая лишь за счет огромных объемов. Это был тяжкий труд с мизерной прибылью. Если бы не собственные аптекарские сады, закупки семьи Шэнь по их грабительским ценам и вовсе загнали бы их в долги. Теперь же производство пилюль среднего качества сулило и деньги, и почет. Мастера, способного на такое, в городе уважали и величали лекарем.
Шэнь Хань, госпожа Юнь и Цайлин сидели за главным столом. Многим гостям присутствие служанки на почетном месте показалось странным, но раз такова была воля главы рода, никто не смел возражать.
— Сяо Хань, ты точно решил вернуться в поместье Шэнь? — Спросил глава Юнь. — К черту эту родовую аттестацию! Зачем она тебе? Твой дедушка тебя прикроет. Мы и так рассорились с ними, одним разом больше, одним меньше – невелика беда.
Шэнь Хань с благодарностью улыбнулся, но покачал головой.
— Я ценю вашу заботу, дедушка, но пропустить аттестацию я не могу. После разрыва помолвки мой отец и старый господин Шэнь затаили на меня великую обиду. Если я не явлюсь, я дам им идеальный повод обвинить меня в неисполнении долга, и клеймо непочтительного сына намертво приклеится ко мне. Даже если я притворюсь больным, они пришлют своего лекаря, чтобы выставить меня лжецом.
Глава Юнь нахмурился, в его глазах читалась тревога. Госпожа Юнь и Цайлин тоже притихли, глядя на юношу с беспокойством.
— Третья госпожа, Цайлин, не бойтесь за меня. Помолвка расторгнута. Хоть семья Шэнь и злится, у них больше нет нужды калечить меня, как раньше. В конце концов, я всё еще ношу их фамилию, и на людях я в безопасности.
Глава семьи Юнь немного подумал и приказал двум своим телохранителям подойти.
— Сяо Хань, этих двоих ты можешь называть дядями. Они на пике пятого ранга и служат нашему роду много лет. Пусть они проводят тебя до поместья Шэнь. У них под началом целая армия, но с двумя опытными бойцами за спиной тебе будет спокойнее.
Шэнь Хань не стал отказываться от помощи.
— Дай нам еще немного времени, внук, — добавил глава Юнь. — Скоро слава о наших пилюлях прогремит по всей империи. И тогда семья Шэнь будет умолять нас о милости, ждать наших подачек.
— Я верю вам, дедушка. Этот день не за горами.
После ужина в поместье пригласили бродячий театр. Весь вечер гремела музыка, актеры показывали трюки, и в доме было шумно и весело. Когда ночь вступила в свои права, Шэнь Хань собрался к себе, но госпожа Юнь его остановила. Она взяла у него артефакт передачи звука, принадлежащий Ши Юэчжу, и сама связалась с ней. Рассказав фее о необходимости Шэнь Ханя вернуться в родное поместье, она попросила ее присмотреть за ним. К удивлению госпожи Юнь, фея Ши согласилась без малейших раздумий.
Похоже, ее отношение к Шэнь Ханю действительно было особенным.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/171313/12916095
Готово:
