Глава 100: «Говорят, он долго скрывал свою силу.»
Тринадцатое число двенадцатого месяца.
Семья Су получила от клана Шэнь богатые дары. Увидев их, старейшины Су сразу поняли намерения союзников: Шэнь наотрез отказались идти к императору с просьбой о расторжении брака. Всю тяжесть этого шага они переложили на плечи семьи Су.
На Великом Собрании Шэнь Хань из семьи Шэнь преодолел восемьдесят ступеней. Если бы не досадная случайность, он мог бы подняться и выше. Но результат на Ступенях Тысячи Осеней во многом зависел от удачи; это лишь доказывало, что юноша не так безнадежен, как твердили слухи. Среди молодежи Великой Вэй он теперь считался вполне достойным.
Однако одного лишь результата Испытания Тысячи Осеней было недостаточно, чтобы семья Су согласилась отдать свою избранную небесами дочь за Шэнь Ханя. Тем более что за его спиной не было поддержки клана. Несмотря на проявленный потенциал, семья Шэнь ясно дала понять, что наследником и опорой рода остается гениальный Шэнь Е.
Су Цзиньюй сама грезила лишь о Шэнь Е, так что помолвку следовало расторгнуть во что бы то ни стало. Даже если в будущем союз с Шэнь Е не состоится, Су ни за что не выдали бы ее за Шэнь Ханя.
Приняв решение, старый господин Су той же ночью отправился во дворец. Император Великой Вэй, помня о великих заслугах семьи Су, принял его благосклонно и даже предложил сесть для беседы. Лишь к середине ночи старый господин покинул императорские покои.
Павильон Слушания Дождя.
Су Цзиньюй получила весть от старших: император дал согласие на расторжение помолвки. Однако семье Су пришлось заплатить за это свою цену.
Ее отец, старший сын семьи Су по имени Су Чжэньшэн, был отозван из северного гарнизона. По воле императора он должен был в течение двух лет преподавать в столичной академии Тяньи. Су Чжэньшэн был мастером стратегии и боевых построений; подобное назначение было для него существенным понижением.
С его уходом реальная власть семьи Су в армии неизбежно пошатнется. После того как маркиз Уян, старый господин Су, оставил свой пост, влияние клана и так поубавилось. Теперь же, когда ключевой человек уходит из войск на два года, трудно представить, что останется от их авторитета на севере. В политике всё просто: человек уходит – и связи рушатся. Су Цзиньюй чувствовала острую вину, понимая, что всё это произошло из-за нее. Теперь ей оставалось лишь одно – усердно тренироваться и самой возвысить имя своего рода.
Помимо этого, император выдвинул еще одно условие. И Шэнь, и Су были прославленными военными династиями. Одностороннее расторжение помолвки нанесло бы удар по престижу обоих домов. Поэтому было велено: обе стороны должны составить письма о расторжении помолвки. Су Цзиньюй и Шэнь Хань обязаны были собственноручно подписать их, после чего о решении объявят во всеуслышание. Официальной причиной следовало назвать то, что «у каждого на сердце иные устремления, и, не имея общей судьбы, в будущем каждый обретет свое счастье». Так ни один из молодых людей не потерял бы лица.
Услышав это, Су Цзиньюй нахмурилась. Она-то готова была написать письмо хоть сейчас, но согласится ли Шэнь Хань? А если он откажется – неужели всё было зря?
Время поджимало, и Су Цзиньюй некогда было раздумывать. Раз старый господин пошел на такие жертвы ради указа, семья Шэнь обязана была любым способом добыть подпись Шэнь Ханя. Передав весть клану Шэнь, Су Цзиньюй также отправила своих людей на поиски юноши.
Четырнадцатое число.
Люди, посланные обеими семьями, вернулись ни с чем: им даже не открыли ворота поместья Юнь. Клан Юнь наотрез отказался принимать кого-либо, связанного с Шэнь или Су. Услышав это, обычно невозмутимая Су Цзиньюй не на шутку разволновалась.
— Госпожа… Наверняка этот Шэнь Хань не хочет расторгать помолвку, — запричитала Цинцао. — Любой мужчина, которому так повезло связать свою судьбу с вами, будет до смерти держаться за этот шанс!
В глазах Су Цзиньюй вспыхнул гнев.
— Неужели он думает, что без его письма я не смогу освободиться? Это просто будет не так благородно, и семье Су придется снова унижаться перед императором.
Она стояла у перил, и на ее прекрасном, рассерженном лице проступила тень печали. Она не хотела больше доставлять хлопот родным, но…
Когда в голове царил полный сумбур, за ее спиной раздался мягкий женский голос:
— Милое дитя, эта персиковая роща в саду, должно быть, уже устала смотреть на твое печальное личико.
Су Цзиньюй резко обернулась.
— Учитель! Вы наконец-то пришли навестить меня! — она, словно ребенок, бросилась в объятия Ши Юэчжу.
Цинцао лишь сейчас заметила гостью. Мастера такого уровня могли появляться совершенно бесшумно.
— Хозяйка Пика Юэчжу… — служанка поклонилась и поспешила заварить чай. Правила приличия требовали подготовить всё заранее, но появление Ши Юэчжу застало ее врасплох.
Су Цзиньюй прижалась к своей наставнице, обхватив ее за тонкую талию и уткнувшись лицом в грудь.
— Учитель, где же вы были всё это время? Мне довелось пережить столько обид…
— Мне пришлось улаживать некоторые дела в царстве Цяньян, только вчера закончила, — Ши Юэчжу с улыбкой погладила ученицу по голове. — Слышала, ты поднялась на семьдесят три ступени. Это неплохой прогресс. А я-то боялась, что ты не сделаешь и шагу на Ступенях Воли.
При упоминании своего результата Су Цзиньюй помрачнела еще сильнее.
— Учитель считает, что я должна быть довольна?
— А почему бы и нет?
— Но в тот же день кое-кто поднялся на восемьдесят ступеней… — тихо пробормотала она.
— Результат на Испытании Тысячи Осеней не определяет будущее, ты и сама знаешь тайны этих ступеней, — мягко наставляла Ши Юэчжу. — Хозяин Пика Лююнь в свое время не дошел и до пятидесятой ступени, но теперь он – бессмертный мечник. И среди всех нас на пике Сяояо именно его боевая мощь признана величайшей.
Эти слова действительно приободрили Су Цзиньюй, и ей стало заметно легче. Но едва успокоившись, она вспомнила подробности того дня.
— Но Учитель… тот, кто поднялся на восемьдесят ступеней – это именно он. Я никак не ожидала, что проиграю ему. Даже если там была доля удачи, я не должна была уступить…
Ши Юэчжу не сразу поняла, о ком идет речь.
— Тот самый – это кто?
В этот момент Цинцао подала чай.
— Хозяйка Пика Юэчжу, госпожа говорит о том самом отпрыске семьи Шэнь, с которым император велел заключить брак.
Это известие искренне удивило Ши Юэчжу.
— Разве не говорили, что у этого юноши нет таланта к Пути Воина?
— Говорят, он долго скрывал свою силу, таился до поры до времени, — вставила Цинцао. — Госпожа просто не знала об этом и проявила неосторожность…
Теперь Ши Юэчжу окончательно вошла в курс дела.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/171313/12916082
Готово:
