Глава 4: «Если бы только Шэнь Хань утонул в том пруду.»
Следующие два дня Шэнь Хань не выходил на улицу.
Он заперся в своей комнате, посвятив всё время тренировкам и самосовершенствованию.
После того как он извлек отрицательные атрибуты из окружавших его предметов, прежде невзрачная и ветхая каморка стала выглядеть даже изящно.
Пусть места в ней по-прежнему было маловато, но жить здесь стало гораздо уютнее.
С каждым извлечением атрибута Шэнь Хань чувствовал, как растет его ментальная сила.
Разум становился всё более ясным, а сам процесс извлечения – легким и плавным.
Занятия по «Технике Закалки Тела Гор и Рек» он тоже не забрасывал.
С каждым вдохом и выдохом, с каждым движением грудной клетки и ребер он ощущал, как в тело вливается новая крупица силы.
Его плоть становилась непоколебимой, словно гора, и в то же время податливой, как речные воды.
Завершив очередное упражнение, Шэнь Хань понял, что польза от техники не ограничивается лишь физической мощью.
Его зрение и слух обострились, чувства усиливались с поразительной скоростью.
Сквозь узкую щель в окне он теперь мог отчетливо разглядеть человека, притаившегося вдали у старого дерева.
Лицо незнакомца казалось старым, а на лбу, судя по всему, виднелась какая-то золотистая метка.
Этот человек не принадлежал к поместью Шэнь – по крайней мере, Шэнь Хань видел его впервые.
Юноша слегка нахмурился. Учитывая его нынешнее положение, этот гость с большой вероятностью был врагом, а не другом. Следовало сохранять предельную бдительность.
Судя по нынешнему состоянию, он уже официально вступил на Путь Воина, достигнув десятого ранга силы.
Пока он предавался раздумьям, снаружи раздался голос:
— Молодой господин Хань, вы дома?
Этот приветливый тон Шэнь Хань узнал бы из тысячи.
Он открыл дверь. Как и ожидалось, это была Маленькая Цайлин, принесшая ему вещи.
Она была личной служанкой госпожи Юнь, и во всем поместье Шэнь только она обращалась к нему на «вы».
— Молодой господин Хань, вы уже несколько дней не появлялись в столовой, госпожа снова разволновалась и велела мне принести вам еды.
С этими словами Цайлин принялась доставать из короба блюдо за блюдом.
Еды было гораздо больше, чем в прошлый визит госпожи Юнь.
Третья госпожа была очень проницательна: в прошлый раз она наверняка заметила, что аппетит Шэнь Ханя заметно вырос, и поэтому сейчас прислала двойную порцию.
— Молодой господин, скорее приступайте к еде! — Улыбнулась Цайлин.
Шэнь Хань не стал церемониться. Взяв палочки, он принялся за трапезу, в глубине души давая обет никогда не забывать этой доброты.
Пока он ел, Цайлин достала сверток с одеждой на вате.
— Молодой господин Хань, госпожа сама сшила это для вас. Скоро осень, а раз вы не идете по Пути Воина, здоровье у вас слабое. Те вещи, что вы носили раньше, совсем истончились и превратились в лохмотья. В этом году вам обязательно нужно обзавестись новой одеждой. Только… — Цайлин развернула ватник, и её голос стал нерешительным. — …эта одежда сшита из остатков ткани, что были у госпожи. Весь материал предназначался для женских платьев, так что расцветка может показаться слишком… пестрой. Но вы ведь знаете, молодой господин, старая госпожа и остальные запрещают нашей госпоже шить для вас. Эти лоскуты удалось сохранить с большим трудом. Здоровье важнее всего, поэтому, пожалуйста, не сердитесь на такой фасон…
Цайлин говорила виновато. Заставлять юношу носить одежду с женским узором было почти унизительно.
Госпожа Юнь велела ей сначала предложить об обновке, а если Шэнь Хань наотрез откажется – перешить ватник в одеяло. Дома, во время сна, это было бы не так зазорно.
Однако, к удивлению служанки, Шэнь Хань лишь улыбнулся и без колебаний накинул одежду на плечи.
— Очень тепло. Передай большое спасибо третьей госпоже и тебе, Маленькая Цайлин.
Увидев, как спокойно он принял подарок, Цайлин тоже заулыбалась.
Молодой господин Хань наконец-то повзрослел.
Впрочем, это неудивительно: перед лицом стольких опасностей ему просто необходимо было стать сильнее духом.
— Как поживает третья госпожа? — Спросил Шэнь Хань.
При этом вопросе лицо Цайлин омрачилось.
Она помедлила и лишь спустя мгновение ответила:
— Не очень хорошо…
— Это из-за того, что в прошлый раз она принесла мне еду?
Цайлин едва заметно кивнула.
— Сразу после того, как госпожа вернулась от вас, старая госпожа вызвала её в родовой храм. Там, в присутствии двух других госпож, она сурово отчитала её. Сказала, что госпожа нарушает правила, что Шэнь Хань должен сам обеспечивать себя, а приносить ему еду из кухни недопустимо… Госпожа не выдержала и начала спорить со старой госпожой. Спрашивала, почему другие молодые господа и мисс живут в роскоши и имеют всё время мира для тренировок, а молодой господин Хань должен пахать целый день ради куска хлеба. И почему даже то, что он получает, не идет в сравнение с жалованьем самого последнего слуги в доме…
Шэнь Хань знал, что старая госпожа его недолюбливает, но не подозревал, что её неприязнь граничит с такой ненавистью.
Она готова была приложить любые усилия, лишь бы помешать кому-то проявить к нему сострадание.
— Госпожу наказали?
— Ей запретили выходить из своего двора. Целых три месяца она под домашним арестом. Молодой господин Хань, я тоже, скорее всего, долго не смогу приходить к вам. Пожалуйста, берегите себя.
Шэнь Хань кивнул, стараясь выглядеть как можно бодрее, чтобы не заставлять госпожу Юнь и Цайлин лишний раз переживать.
Покончив с едой, служанка прибралась, поклонилась Шэнь Ханю и ушла.
Оставшись один у каменного стола, юноша стал прокручивать в голове всё, что видел в поместье Шэнь.
Среди младшего поколения семьи Шэнь старший и восьмой молодые господа учились в столице.
Остальные – второй, третий, четвертый, шестой господа, а также седьмая и девятая мисс – жили припеваючи здесь, в поместье.
Каждый день к ним в покои приходили наставники для индивидуальных занятий.
Каждый месяц в доме проводились испытания.
Тех, кто проявлял себя, щедро награждали, а тех, кто отставал, лишь слегка журили, назначая дополнительные уроки для укрепления навыков.
Они не знали нужды ни в еде, ни в одежде, и даже об их пути самосовершенствования заботились другие.
Им оставалось лишь следовать плану, составленному наставниками.
И только Шэнь Хань был вынужден сам выгрызать право на существование.
Раньше он мог терпеть эту несправедливость. Богатство семьи Шэнь было добыто кровью маркиза, и если нынешние главы рода не желали делиться с ним ресурсами – что ж, это их право.
Но теперь чувство опасности нарастало.
Разве старая госпожа, так сильно презирающая его, позволила бы ему заключить союз с Су Цзиньюй?
Если бы этот брак состоялся, то, учитывая его отношения с семьей Шэнь, этот союз не укрепил бы связи между кланами, а окончательно их разрушил.
Династический брак был невозможен.
Тем временем в родовом храме поместья Шэнь старая госпожа величественно восседала в центральном кресле.
По обе стороны от неё расположились госпожа Хэ из первой ветви семьи и госпожа Се из второй.
Несколько личных служанок суетились рядом, подавая чай и сладости.
— Позавчера от дворцового евнуха пришло письмо. Просят нас назначить дату, выбрать благоприятный день для свадьбы… Старая госпожа, мы ведь не можем на самом деле выдать Цзиньюй за этого Шэнь Ханя? Вы же знаете, Е-эр и Цзиньюй души друг в друге не чают. Они идеально подходят друг другу и по статусу, и по таланту. Нельзя позволить Цзиньюй выйти за такого непокорного сына, как Шэнь Хань…
Говорила госпожа Хэ, мать старшего молодого господина Шэнь Е.
Она всегда была уверена, что Су Цзиньюй станет её невесткой, и внезапный указ императорской семьи о помолвке стал для неё ударом.
В голосе госпожи Хэ звучал упрек, хотя не совсем было ясно, кому именно он адресован.
Старая госпожа, сидевшая на возвышении, бросила на неё взгляд, полный разочарования.
— Если говорить прямо, все эти беды – плод твоей собственной глупости! Это ты на каждом углу трезвонила о чувствах Е-эра и Цзиньюй, раздув слухи о союзе семей Шэнь и Су так, что об этом узнал каждый встречный. Глава семьи Су в прошлом был великим полководцем с колоссальным авторитетом в армии. Неужели ты думаешь, что императорский двор позволит нам так легко породниться с семьей Су ради сохранения баланса сил в войсках?
Суровая отповедь старой госпожи заставила госпожу Хэ осечься. Она лишь низко склонила голову и едва слышно пробормотала:
— Если бы только Шэнь Хань утонул в том пруду много лет назад, сегодня у нас не было бы всех этих проблем…
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/171313/12915953
Готово:
