Готовый перевод Transmigrated into the worst kind of mother in a period novel / Переселение в тело ужасной матери в романе об ушедшей эпохе ✅: Глава 35. Подарок

После завтрака Чжоу Линлань, как обычно, отправилась на работу, а Фу Юаньхан — в школу. Обычно, если Таотао была дома, Чэнь-чэнь оставался с ней; он ходил в школу с дядей только в те дни, когда мама уезжала на работу в город. Сегодня и папа, и мама были дома, что для малыша стало совершенно новым и удивительным опытом.

Фу Чжэнту был человеком эмоционально стабильным. Когда он узнал, что Чэнь-чэнь — его сын, внешне он не выказал особого волнения, но в глубине души был сильно взбудоражен и даже немного растерян.

К счастью, Чэнь-чэнь и характером, и внешностью был очень похож на него в детстве, но при этом оказался еще более послушным и сообразительным. Этот «внезапно возникший» сын ему очень нравился.

В последнее время Су Таотао начала заниматься начальным образованием Чэнь-чэня. Она не учила его ничему сложному: они читали «Троесловие» и «Тысячесловие», учили формы предметов, цвета и арабские цифры — самые базовые знания.

Однако у Чэнь-чэня была феноменальная память. Обычно маленькие дети быстро всё забывают: только научил — и в одно ухо влетело, в другое вылетело. Но Чэнь-чэнь запоминал практически всё с первого раза и намертво. Даже если спросить его на следующий день, через неделю или через месяц, он отвечал четко и ясно.

Чэнь-чэнь был тем самым «одаренным ребенком», о которых слагают легенды. Если не считать того, что он всё еще немного медленно учился говорить, во всём остальном он был великолепен. С такими детьми нужно заниматься по индивидуальной программе, иначе талант легко зарыть в землю.

У Су Таотао не было опыта воспитания детей, она двигалась «на ощупь», а в деревне не было подходящей образовательной среды. Она очень переживала, что не справится сама. Если на базе есть детский сад, она планировала отдать его туда.

Фу Чжэнту оказался весьма оригинальным отцом: он достал из вещей наборы военных шахмат и объявил, что это подарок для Чэнь-чэня. Су Таотао подозревала, что он лукавит. Скорее всего, он вообще не готовил подарок сыну и просто вытащил что-то из своего багажа после вчерашнего вопроса Таотао.

Фигурки шахмат были затерты до блеска — явно не новые, ими пользовались годами. В его сумке она также обнаружила наборы для го и обычных шахмат. Впрочем, разоблачать его она не стала. Чэнь-чэнь никогда не видел военных шахмат, и такой диковинный подарок привел его в полный восторг.

Правда, Таотао не понимала, о чем думал папаша, пытаясь научить двухлетку, который и букв-то не знает, играть в военную стратегию. Го, пожалуй, было бы проще. Но Фу Чжэнту с абсолютно серьезным видом учил сына различать «комдива», «комбрига», «комполка» и «рядового»... Чэнь-чэнь старательно повторял за ним своим невнятным детским лепетом: «Кундив, кунбгиг...» — и выглядело это на удивление трогательно. У этого отца терпения оказалось больше, чем она ожидала.

Когда Фу Чжэнту сделал перерыв в обучении, Таотао спросила: — Мама правда не поедет с нами на базу?

Чжэнту покачал головой: — Она хочет пожить несколько лет в покое, говорит, приедет позже. На базе построили неплохую школу, я хотел бы забрать Юаньхана с собой на учебу.

Он помедлил и добавил: — Дома я буду бывать редко. Справишься одна с ребенком?

Фу Чжэнту умел подбирать слова — это прозвучало очень деликатно. На самом деле для него было нормой пропасть в лаборатории на несколько дней, не возвращаясь домой.

Су Таотао прекрасно понимала Чжоу Линлань. Даже в XXI веке большинство бабушек и дедушек всю жизнь крутятся вокруг детей и внуков, почти не имея личного времени. В эту же эпоху вера в то, что «много детей — много счастья», заставляла людей жить исключительно ради потомства.

Мысль Чжоу Линлань о том, что ей нужно время для себя, была невероятно передовой — даже в будущем не все старики на это решались.

Если бы причина была другой, Таотао, возможно, стала бы уговаривать её, но в этом решении она свекровь полностью поддерживала и восхищалась ею. Она и сама надеялась сохранить вкус к собственной жизни в старости.

Таотао погладила малыша по голове: — Раз это желание мамы, пусть так и будет. У А-Хана талант к учебе, местные учителя уже ничему не могут его научить, ему нужны лучшие ресурсы. А Чэнь-чэнь — умница, с ним хлопот немного. Кстати, там есть садик? Ну, что-то вроде подготовительного класса?

Фу Чжэнту честно покачал головой: — Не обращал внимания.

Если бы он знал заранее, что дома его ждет двухлетний сын, он бы наверняка разузнал всё заранее.

— Ничего, на месте разберемся. Могу и сама им заниматься, вот только с работой вопрос...

Такую лафу, как в госресторане, найти трудно, — статус «консультанта» в Первом ресторане достался ей благодаря редкому стечению обстоятельств, такой шанс выпадает раз в жизни.

Фу Чжэнту посмотрел на неё. Фраза «Тебе не нужно работать, я тебя прокормлю» уже вертелась на языке, но он вовремя прикусил его. Интуиция подсказала ему: если он это скажет, она, скорее всего, разозлится.

— Угу, — выдавил он и снова повернулся к сыну: — Так, это комбриг, это комдив...

Су Таотао: «...»

Фу Чжэнту просто повезло, что он успел жениться раньше времени, иначе с его умением «убивать» беседу на корню он бы точно остался старым холостяком. Даже несмотря на то, что они уже переспали и у них был общий ребенок, они всё еще чувствовали себя чужими. Сидеть вот так молча было неловко. Чэнь-чэнь не любил болтать, Юаньхан тоже был молчалив — эти трое на троих и одного рта не собрали бы.

Таотао уже представляла их семейные ужины: все сидят молча, и только она одна тараторит без умолку. От одной мысли об этом заболела голова.

Таотао потерла подбородок, глядя на Чэнь-чэня.

«Так не пойдет, надо развивать мелкого. Тех двоих уже не переделаешь, а у Чэнь-чэня есть потенциал стать отличным собеседником».

— Я собираюсь съездить в город. Ты справишься тут один с сыном?

Фу Чжэнту и Чэнь-чэнь одновременно и очень синхронно подняли головы, глядя друг на друга.

Через секунду Чжэнту сказал: — Поедем вместе. Я отвезу тебя на машине.

Чэнь-чэнь усиленно закивал: — Вместе!..

Су Таотао: «...» Ну ладно, сын со своим папашей, видно, тоже еще не до конца освоился.

Утреннее «уведомление» Фу Чжэнту о том, что они уезжают послезавтра, застало Су Таотао врасплох. Изначально она планировала заняться делами завтра, но, поразмыслив, решила съездить сегодня и передать дела, а завтра вернуться еще раз — просто чтобы проконтролировать, как они в первый раз приготовят маринад по её рецепту, так надежнее.

Она оставила записку Фу Юаньхану, взяла в комнате тетрадь и сумку, а затем вытащила из кладовки огромный мешок с вещами. Фу Чжэнту, увидев это, не задал ни единого вопроса, молча подошел и помог донести мешок до машины. Таотао подумала, что в таком «тихом» характере мужа есть свои плюсы — не нужно тратить лишние слова на объяснения.

Су Таотао с Чэнь-чэнем на руках устроилась на заднем сиденье. Фу Чжэнту, ничего не говоря, сел за руль, убедился, что они устроились удобно, и только тогда плавно завел мотор.

Чэнь-чэнь впервые ехал в настоящем автомобиле. Он был в еще большем восторге и любопытстве, чем когда впервые сел на трактор. Малыш редко проявлял бурные эмоции на лице, но когда ему было по-настоящему интересно или весело, его глаза превращались в сияющие полумесяцы.

Таотао усадила кроху на колени и всю дорогу «просвещала» его, рассказывая об устройстве машины. Она брала его пухлую ручку в свою и указывала: «Это руль, это ручной тормоз, это стеклянное окошко, а это ремень безопасности...» — попутно объясняя назначение каждой детали.

Малыш часто ленился и повторял за ней только последние слоги, но когда Таотао хвалила или целовала его, он довольно щурился и сам себе хлопал в ладоши.

Фу Чжэнту время от времени поглядывал на них в зеркало заднего вида. Его удивляло, что кругозор Су Таотао шире, чем он предполагал. Впрочем, он тут же напомнил себе, что она — городская образованная молодежь, так что в её знаниях нет ничего странного.

Он был полностью согласен с матерью: Таотао действительно прекрасно растила сына. Она уважала Чэнь-чэня, общаясь с ним на равных; неважно, понимал он всё до конца или нет, она не отделывалась от него отговорками, а терпеливо и ясно всё разъясняла. На любой вопрос сына она, склонив голову, отвечала с неизменной улыбкой.

Фу Чжэнту слегка приподнял уголки губ. Наверное, не найдется ребенка, который не любил бы такую мать. Он не смотрел на себя в зеркало, иначе обязательно увидел бы на своем лице выражение абсолютного счастья и довольства.

http://tl.rulate.ru/book/171098/12633838