Когда аура смерти рассеялась, силомер перенес Зулу и Кангнан обратно в их изначальное время и пространство.
Кангнан бездумно смотрела на ледяное поле, откуда исчезла тьма.
Только Гаол тяжело дышал, плечи его вздымались.
«Глупый человек».
Даже она, которая всегда сопровождала его, не могла предугадать масштабы растущей силы Гаола.
Это было не из-за особой тренировки или просветления.
Это была Миро, с которой он встретился спустя 20 лет.
Чем ближе он подходил к ее времени и пространству, тем экспоненциально сильнее становилась боль, которую ему приходилось терпеть.
Вот чего боялась Кангнан.
Даже если Гаол превзошел пределы боли благодаря своим способностям к самоизменению, выносливость существа не бесконечна.
Прямо как в тот день 15 лет назад, когда Гаол впервые пал в [Великую Преисподнюю].
— Что ты пытаешься сделать!..
— Это еще не конец.
Когда Кангнан подошла, Гаол заговорил.
Словно ожидая, из-под льда хлынула тьма, приняв форму Хель.
«Бестелесная сущность?»
В мире Гаола призраки — яркий тому пример.
Они пересекают границу между разумом и материей, не подвергаясь физическим воздействиям в своем ментальном состоянии и неспособные влиять на мир.
Однако в своем материальном состоянии они могут оказывать физическую силу и подвергаться ее воздействию.
Хель также едва избежала уничтожения [Сжатием воздуха] Гаола, перейдя из материального состояния в ментальное.
Хотя эта способность была проблематичной для людей, с которыми приходилось иметь дело, для Хель, правительницы Нифльхейма, это был удар по гордости.
У-у-у-у!
Пустые зрачки Хель закружились, как вихрь, увлекая Гаола в глубины бездны.
Мир снова погрузился во тьму, и началась битва между неумирающим и бессмертным.
[Магия воздуха], усиленная в 500 000 раз, уже вышла за пределы атмосферного атрибута.
Воздушные пули из воздушного пистолета выстреливали с невероятной скоростью.
Несмотря на быструю стрельбу, торс Хель был изрешечен отверстиями, словно от картечи.
Потрепанная Хель бросилась на Гаола.
— Человек! Я развею твой прах над трупом презренной Миро!
Р-р-р-р!
Провокация Хель обернулась против нее.
Сотни морщин образовались на искаженном лице Гаола, и горячий пар вырывался из-за стиснутых зубов.
Чрезвычайная выносливость Гаола высвободила [Великую Преисподнюю].
В темном пространстве, похожем на ночное небо, бушевало пламя накала, смешиваясь с криками смерти и воплями голодных призраков, сочетая крайний холод и жар.
Даже Хель, правительница мертвых, не могла оставаться безмолвной перед мощной выносливостью Гаола.
«Существует ли такой человек?»
Хель тут же передумала.
«Нет, неужели он действительно человек?»
Боль, усиленная в 500 000 раз.
Никто не мог представить ад, который переживал Гаол.
Никто даже не мог догадаться.
Но для Гаола это была единственная реальность.
«Миро...»
Как бы ни было больно, он не умрет.
«Миро».
Причина не имела значения.
В тот день, 20 лет назад, когда ему пришлось беспомощно наблюдать, как Миро уводят, Гаол отказался от намерения стать каким-либо существом.
Благодаря бесчисленным потрясениям, даже его воспоминания спутались, но единственное, что никогда не блекло в этом хаосе, — это голос Миро.
— Потому что ты слаб.
Двадцать человек судили. Весь мир отчаянно цеплялся. А Миро сама вошла в Истас.
Но истина, которую знал только Гаол, — это голос Миро накануне суда двадцати.
— В то время как ты ничего не можешь сделать!
Кровавые слезы текли из-под закатившихся белых глаз Гаола.
«Миро!»
Боль, усиленная в 1 000 000 раз — [Сжатие воздуха].
Хель с хлопком раздавило, а затем она снова приняла форму в воздухе.
Будь он чуть медленнее в переходе в ментальное состояние, он был бы уничтожен.
Свет замешательства промелькнул на лице Хель, словно ее душа ускользала.
Хель пожелала, чтобы Гаол умер.
Впервые за время своего существования она отчаянно желала чьей-то смерти.
«Я боюсь? Я?»
Правительница мертвых не боится смерти. Таким образом, то, что чувствовала Хель, было бесконечным ускорением страха.
Выносливость Гаола, не имеющая измеримого предела, казалось, будет ускоряться вечно, словно по рельсам без конца.
К-и-и-и!
Когда Хель приложила всю свою энергию, через воздух поплыли всевозможные мертвые духи, оставляя за собой черный дым.
Увидев духов, устремившихся к земле, Кангнан и Зулу разбежались в разные стороны.
Они могли защититься с помощью силомера, но для смещения на три секунды во времени требовалось почти четыре года всемогущества в реальном времени.
Даже Зулу, сильнейшему призывателю, требовалось более 30% умственной силы для этой магии, и его текущий применимый лимит составлял всего один раз.
Использовать его сейчас было бы не лучшим решением, если бы они готовились к решающему моменту.
— Ух!
Кангнан подняла руки и съежилась, когда атаки духов разорвали пространство, как вихрь.
Каждый раз, когда их когти царапали ее, на ее коже оставались черные шрамы.
Ее тело, тренированное всю жизнь, пыталось контратаковать, но лишь проходило сквозь тела духов, которые вернулись в ментальное состояние.
«Атака и защита должны быть одновременными. Единственный шанс — это когда атакует враг».
Кангнан приняла стойку [Рам Муай].
Ее острый взгляд пронзал врага сквозь руки, поднятые в форме цифры 11.
У-у-у-у!
Когда духи атаковали, ее тело двинулось.
Каждый раз, когда ее прямолинейные атаки, преодолевавшие кратчайшее расстояние, взрывались одна за другой, черный дым духов рассыпался на куски.
Поодаль Зулу призывал гигантского червя Одд Червь, чтобы тот всасывал материализовавшихся духов.
Безмозглые духи не сдавались, и по мере того, как их число уменьшалось, поле зрения начинало проясняться.
— Где Гаол?
Он был в небе. Его лицо стало настолько гротескным, что трудно было понять, кто из них правитель мертвых.
Жизнь и смерть, выносливость и отчаяние столкнулись в небе.
— Досадно!..
[Великая Преисподняя] Гаола распространилась в беспрецедентных масштабах, выходя за пределы тьмы Хель.
[Вакуумное Сжатие]!
В этот момент активировалась особенность Гаола, которая даже сжимала фотонную пушку Атараксии.
Когда обширная атмосфера сжалась в одну точку, все тело Хель начало стремительно стягиваться.
«Не может сбежать?»
Даже в ментальном состоянии Хель не могла проникнуть сквозь сжимающуюся силу вакуума.
Выносливость.
Наконец, Хель поняла, почему она, правительница смерти, испытывала страх перед простым человеком.
Это было потому, что Гаол не боялся.
К-и-и-и!
Хель продолжало сжимать.
От маленькой сферы до сферы поменьше, до точки и, наконец, до ничего…
В момент уничтожения Хель взорвалась, разбрасывая бесчисленные духи во все стороны.
Их рев был достаточно силен, чтобы распространиться по всему Нифльхейму, и любое существо, услышавшее его, лишилось бы жизни.
Пока Гаол беззащитно парил, Зулу и Кангнан прибыли позади него и использовали силу силомера, чтобы перенести их троих в другое время и пространство.
Львиный рев распространился, волнами сжимая воздух, и наступила полная тишина, как в глазу бури.
Гаол, приземлившийся на лед, поднял голову. Он прислушался к звуку ветра, кружащегося в прозрачной пустоте.
Даже если ты откажешься от смертности, нет ничего, за что можно было бы ухватиться навсегда. Иди в Джебул. Там тебя ждет презренная Миро. Она приведет тебя к истинной смерти.
Это был звук ветра.
— ...
Когда все молчали, около сотни черных эликсиров упали из пустоты, как дождь.
Никто в Чистилище не мог собрать столько черных эликсиров.
Гаол не улыбнулся.
После ужасной боли единственной оставшейся реальностью было чувство того, что он все еще жив.
Некоторые воспоминания были стерты, а некоторые остались, но какая ценность в воспоминаниях, которые невозможно расставить в хронологическом порядке?
Гаол выбросил все свои воспоминания в мусорную корзину забвения и обернулся, удерживая в себе только Миро.
С того дня 20 лет назад он жил так.
— Подберите их все. Мы возвращаемся.
Гаол холодно повернулся и зашагал.
Кангнан, глядя, как Гаол проходит мимо, обнажила зубы.
К счастью, цель была достигнута, но безрассудное увеличение боли потенциально могло остановить проект.
Она больше не могла смотреть на громоподобную, обнаженную борьбу, лишенную тактики и стратегии.
— Стой. Не так!..
Когда она обернулась со свирепыми словами, Гаол пошатнулся.
Кангнан, неосознанно сделавшая шаг вперед, остановилась.
Она не должна его останавливать. Никто не мог понять его боль.
Он шел один 20 лет.
«Да. Вернется ли он живым или будет похоронен мертвым, это закончится здесь».
Кангнан приняла решение. Она доставит Гаола туда любыми необходимыми средствами.
Широне вернулся в Первое Командование Повстанцев сразу после интеграции всех сил под Вторым Командованием Повстанцев.
Группа Армина, которой разрешили управлять оружейным заводом, вернулась первой, за ней последовала группа Гаола, которая доставила черные эликсиры Яменгу и вернулась.
Все три разделенные стороны отлично справились с поставленными задачами, но Широне не мог улыбнуться.
По прибытии он услышал шокирующую новость.
Командование уже было опустошено.
Виновником резни бесчисленного количества людей был Бабель, металлический ангел, которого Широне распечатал.
Он не мог вынести встречи с Каньей и Леной.
Клов и Гардрак, погибшие при крушении Второго Командования, а теперь и отец Каньи.
Все смерти казались его виной.
«Но... я должен сказать».
Широне набрался мужества и направился в комнату, где находились они вдвоем.
Он должен был признаться им, что это он распечатал Бабеля.
Сестры, насильно улыбнувшиеся, увидев Широне, снова потеряли выражение лиц, когда выслушали его признание.
Даже услышав шокирующую правду, Канья и Лена не отреагировали.
Широне не мог понять, злятся ли они или просто слишком измотаны, чтобы злиться.
— Мне жаль. Это моя вина. Если бы я не распечатал Бабеля... Все моя вина.
Лена не могла сдержать слез и заплакала.
Честно говоря, она не знала, как реагировать.
Канья свирепо посмотрела и заговорила.
— Если бы папа был убит другим ангелом, а не Бабелем, разве это все равно не было бы твоей виной?
Широне не мог ответить.
— Нет, это все твоя вина, Широне. Каждая смерть на Небесах — твоя вина.
Канья встала с кровати и подошла к Широне. Она уткнулась лицом ему в грудь и сказала:
— Так сражайся за нас.
Широне почувствовал, как его грудь намокает.
— Я ничего не могла сделать. Даже отомстить... Я была слишком бессильна...
В конце концов, Канья тоже разрыдалась.
Перед лицом невообразимого врага она чувствовала, что люди — всего лишь насекомые.
Но Широне был другим. И те, кто пришел с Широне, были другими.
Как они могли выдержать такую сокрушительную мощь?
Широне глубоко вздохнул.
Он пришел на Небеса, чтобы встретиться с Икаэлем, но теперь это стало невозможным.
— Пойдем к Бабелю.
http://tl.rulate.ru/book/170815/12488596
Готово:
Limitless Mage / Безграничный маг - Архив 