Глава 129. У Дашань пришёл в себя
Снег в Юньхае шёл всю ночь, но к утру стих, оставив после себя ослепительную белизну. Люди, спешащие на работу, утопали в сугробах, с трудом прокладывая тропы в переулках.
Ли Чжэн, проводив Ли И до школы, возвращался в контору, когда заметил Шэнь Линлин у ларька с завтраками.
— Мастер, мне один цзяньбин! Без лука, без хрустящей лепёшки, соуса поменьше, а перца и солений — от души. И стакан соевого молока, только без сахара...
Ли Чжэн подошёл ближе и с иронией заметил:
— Не думал, помощник Шэнь, что вы такая привереда. Это не ем, то не хочу...
Шэнь Линлин закатила глаза.
— Я-то дома позавтракала. Это для Чжао-лаоши. Он вечно капризничает, разве ты не знал?
— Откуда мне знать? Я с ним за одним столом-то сидел пару раз.
Шэнь Линлин, подхватив пакет с едой, зашагала к бизнес-центру «Хэнсинь».
— Это лишь доказывает, что ты — некомпетентный помощник!
— Я — помощник юриста! Моё дело — улики искать и законы знать, а не следить за тем, сколько сахара он кладёт в молоко.
— И как успехи? Нашёл улики по делу У Сяошаня?
Этот вопрос заставил Ли Чжэна поперхнуться словами. Он действительно ничего не нашёл. Более того, загадка про «старину Вана», которую загадал Чжао Цзя, так и не поддалась его логике. Он перебрал всё: невменяемость, состояние аффекта, необходимую оборону... ничто не казалось правильным ответом.
Обидно. Улик нет, ответа на задачу нет, даже завтрак купить — и то целая наука. Он хмуро посмотрел на Шэнь Линлин, ждущую лифт. Неужели она действительно справляется лучше него?
«Нет, шалишь. Вернусь — перерою весь Уголовный кодекс и судебную практику. Я найду способ оправдать этого чёртова Вана!»
В офисе Чжао Цзя уже вовсю стучал по клавишам. Он скачал материалы первой инстанции через [Систему Великого Адвоката] и теперь внимательно изучал каждый документ. Шэнь Линлин поставила завтрак на стол и доложила:
— Чжао-лаоши, администрация здания предупредила, что сегодня будет годовая проверка пожарной безопасности. Я прослежу.
— Хорошо. Заодно свяжись с бухгалтерией, которую мы наняли, пора привести счета в порядок.
— Будет сделано!
Чжао Цзя откусил кусок лепёшки и добавил:
— Ли Чжэн, я скинул тебе показания свидетелей из первого суда. Изучи их под микроскопом. И узнай в суде, на какое число назначили апелляцию по делу У Сяошаня.
— Понял.
Все трое погрузились в работу. Лишь к полудню Ли Чжэн, не выдержав, спросил:
— Чжао-лаоши, так как же всё-таки старина Ван может стать невиновным?
Чжао Цзя на мгновение замер, вспоминая вчерашний разговор, а затем негромко рассмеялся.
— Всё просто. Объект вожделения Вана был вовсе не хозяйкой дома... а самим хозяином!
Ли Чжэн застыл с открытым ртом. Ответ, над которым он ломал голову всю ночь, оказался настолько абсурдным и в то же время логичным! Если Ван пробрался в дом с намерением склонить к близости мужчину, то по старому кодексу это вообще не подпадало под статью об изнасиловании. Гнусность, аморалка, нарушение общественного порядка — возможно. Но не уголовное преступление с реальным сроком. Десять лет превратились в пшик.
— Чжао-лаоши... ну вы и мастер, — выдохнул поражённый Ли Чжэн.
Адвокат хотел было что-то ответить, но его телефон взорвался звонком. Из динамика раздался голос Ма Фэна:
— Чжао-лаоши, У Дашань пришёл в себя. Тюрьма требует вернуть У Сяошаня в СИЗО. Выезжаем через полчаса.
Чжао Цзя вскочил, сбрасывая вызов.
— Ли Чжэн, быстро! В больницу!
У дверей палаты, после тщательной проверки документов медсестрой, они наконец вошли внутрь. У Дашань лежал бледный, как полотно, вцепившись в руку брата. Оба рыдали навзрыд, не в силах сдержать эмоций.
— У Сяошань, прекращай, — Чжао Цзя подошёл к кровати. — У нас мало времени. Мне нужно знать правду. В первом суде фигурировала клюшка для гольфа с твоими отпечатками. Как они там появились?
У Сяошань, размазывая слёзы по лицу, ответил:
— Цяо Цзинь... он не слушал меня. Только увидел — сразу бросился с кулаками. Я рванул к двери, а он схватил эту клюшку и погнался за мной. Ударил меня по пояснице, больно было... Я перехватил эту палку, оттолкнул его, он упал, а я выскочил на улицу.
— Ты помнишь, за какое место её схватил?
— Не знаю... всё как в тумане было, я просто хотел спастись.
— Времени нет. Ли Чжэн, я выйду, посмотрю, не приехали ли конвоиры. А ты... расскажи ему историю про старину Вана.
— А? — Ли Чжэн растерялся, но тут же сообразил. — О, понял. Сделаю.
Когда Ма Фэн и второй конвоир подошли к палате, Чжао Цзя и Ли Чжэн как ни в чём не бывало беседовали с медсестрой на посту.
— Вы кто такие? — подозрительно спросил второй охранник.
— Мы адвокаты защиты У Сяошаня по второй инстанции, — спокойно ответил Чжао Цзя. — Что-то случилось?
— Адвокаты? Пришёл приказ вернуть заключённого в СИЗО. Если хотите свидания — подавайте запрос через администрацию тюрьмы.
— Хорошо. А как быть с его братом?
— Соцзащита разберётся, не ваша забота.
Конвоир развернулся и вошёл в палату. Ма Фэн следовал за ним, сохраняя на лице маску каменного безразличия. Они вели себя так, словно видели адвокатов впервые в жизни. Через несколько минут У Сяошаня вывели. Электронный браслет заменили на обычные стальные наручники. Когда его вели мимо поста, он бросил на Чжао Цзя один-единственный взгляд. В этом взгляде была вся его жизнь: мольба, надежда и безмолвный крик о помощи.
Чжао Цзя смотрел ему вслед, не проронив ни слова. Он никогда не давал пустых обещаний. Пока на приговоре не высохли чернила, ни один адвокат не может гарантировать победу. У Сяошань скрылся за поворотом коридора. Адвокат тяжело вздохнул и повернулся к медсестре:
— Как состояние У Дашаня? Он сможет восстановиться?
Женщина лишь печально покачала годовой.
— Нет. Его ноги и раньше были парализованы, а теперь ещё и множественные переломы. О прежней жизни можно забыть. То, что он вообще выжил — уже чудо.
Чжао Цзя не стал больше расспрашивать. Они с Ли Чжэном покинули больницу. Лишь у входа в бизнес-центр «Хэнсинь» помощник решился спросить:
— Чжао-лаоши, в соцприёмниках ведь плохие условия?
— Это государственные учреждения. Там обеспечат лишь самый минимум, чтобы он не умер.
Ли Чжэн вздохнул и замолчал. Казалось, возвращение У Сяошаня в СИЗО было худшей новостью за день, но их ждал ещё один удар. Стоило им переступить порог офиса, как Шэнь Линлин выпалила:
— Только что звонили из суда! Апелляцию по делу У Сяошаня назначили на следующую пятницу.
Ли Чжэн замер, ошарашенный.
— Я же утром узнавал, говорили — тишина! Как они могли так быстро назначить дату? У нас меньше недели!
— В суде сказали, что прыжок У Дашаня вызвал слишком большой резонанс в обществе. Нужно срочно закрыть дело, чтобы «восстановить справедливость» и «открыть истину народу»... Короче, там была целая тирада, я даже до конца записывать не стала.
Шэнь Линлин подняла свой блокнот. На второй странице красовались каракули, больше похожие на тайный шифр безумного алхимика, чем на юридические заметки.
http://tl.rulate.ru/book/170575/12901980
Готово:
