Глава 14. Миллион за услуги
Внутри вилла была безупречно чистой и уютной, но в воздухе витала гнетущая, ледяная тишина. В центре гостиной на первом этаже сидела чета средних лет. При виде вошедших они лишь вежливо, но отстранённо кивнули.
— Вы хотите взяться за дело Цзяцзя? — первым нарушил молчание мужчина.
Чжао Цзя не стал ходить вокруг да около:
— Здравствуйте. Меня зовут Чжао Цзя, я представляю адвокатское бюро Ивэй. — Он кивнул на свою спутницу. — А это моя помощница, Шэнь Линлин.
Девушка, явно смущённая обстановкой, поспешно вскочила и затараторила:
— Здравствуйте, господин Ван, госпожа Ван! Очень приятно!
За последние дни супруги Ван Циншань обошли все крупные юридические фирмы города, но названия «Ивэй» среди них не припоминали. Они обращались к маститым адвокатам с громкими именами, но те один за другим отказывались от дела. Этот же парень выглядел совсем юным — как он мог превзойти тех, за чьими плечами десятилетия опыта?
Ван Циншань, подавив скепсис, спросил прямо:
— Господин адвокат, вы действительно верите, что сможете выиграть этот процесс?
Чжао Цзя почуял недоверие. Понятно: хотя за его плечами была целая жизнь в судах, нынешний «студент Сяо Чжао» получил диплом всего пару лет назад.
— У каждого свои цели, и исход дела нельзя оценивать простым «выиграл» или «проиграл». Кто-то ищет публичного признания правды, кто-то — денежной компенсации, кто-то жаждет выгоды. А кто-то хочет, чтобы преступник понёс заслуженное наказание, — Чжао Цзя посмотрел Ван Циншаню прямо в глаза, и в этом взгляде не было и следа юношеской незрелости. — Господин Ван, какова ваша цель?
Ван Циншань замялся, не зная, что ответить, но мать погибшей девушки, Цинь Хун, вдруг подалась вперёд:
— Адвокат Чжао, вы правда сможете нам помочь?
Чжао Цзя перевёл взгляд на неё:
— Смогу. Но прежде мне нужно прояснить два момента. Первый: чего именно вы добиваетесь? Второй: каков размер гонорара?
Глаза Цинь Хун были налиты кровью от бессонных ночей и слёз.
— Плата — любая, какую назовёте. Я хочу только одного: чтобы этот убийца ответил за жизнь моей дочери своей жизнью!
Не успел Чжао Цзя вставить и слова, как Ван Циншань перехватил руку жены:
— Цинь Хун, успокойся. Мы уже говорили с десятком юристов. Он несовершеннолетний, его не казнят!
Слёзы снова хлынули из глаз женщины.
— Но Цзяцзя мертва! Она умерла так страшно... Я просто хочу, чтобы он заплатил! — Она закрыла лицо руками и зарыдала.
За эти дни она выплакала, казалось, все слёзы мира. Ван Циншань выглядел измождённым; у него не осталось сил даже на то, чтобы утешать её. Он лишь отвернулся и тяжело вздохнул.
— О-о-о, бедная Ван Цзя! Как же это несправедливо! — вдруг раздалось рядом. Чжао Цзя вздрогнул: Шэнь Линлин, сидевшая рядом с ним, внезапно зашлась в рыданиях, громко всхлипывая. — Я видела все её сериалы... Она была такой чудесной!
Тихие всхлипы Цинь Хун, встретив такой искренний отклик, превратились в громкий плач. Горе, копившееся днями, наконец нашло выход. Две женщины рыдали в унисон, перекрывая друг друга.
Чжао Цзя, который в жизни не умел утешать плачущих женщин, нахмурился и легонько подтолкнул помощницу в бок. Он хотел, чтобы она взяла себя в руки, но Шэнь Линлин поняла жест по-своему: она придвинулась к Цинь Хун, и через мгновение они уже обнимались, заливая друг друга слезами.
Ван Циншань лишь безнадёжно махнул рукой. В комнате повисла странная атмосфера общего горя.
Выждав момент, когда рыдания немного стихли, Чжао Цзя произнёс:
— Смертная казнь в данном случае практически исключена — государство сейчас очень строго контролирует такие приговоры. Пожизненное заключение — цель более реальная. А если мы соберем достаточно веские доказательства, можно добиться смертной казни с отсрочкой.
Плач Цинь Хун мгновенно оборвался.
— Вы хотите сказать, что его всё-таки могут посадить? — спросила она дрожащим голосом.
Ван Циншань снова попытался вмешаться:
— Не будь наивной! Он малолетка! Какой срок?
— Но адвокат Чжао говорит, что это возможно.
— Перестань... — Ван Циншань недовольно нахмурился. Этот Чжао Цзя казался ему подозрительным: слишком молод, слишком самоуверен. А вдруг мошенник? В их отчаянном положении они уже натыкались на проходимцев.
Чжао Цзя считал его недоверие, но не успел вставить аргумент — инициативу перехватила Шэнь Линлин. Она ловко подсунула Цинь Хун коробку с салфетками, а затем, словно профессиональная сиделка, протянула стакан воды:
— Тётушка, мама всегда говорит, что от слёз бывает обезвоживание. Выпейте, пожалуйста.
— Спасибо, деточка, — Цинь Хун благодарно приняла стакан.
Шэнь Линлин, всё ещё шмыгая носом, добавила:
— Дядя, тётя, вы поверьте господину Чжао. Он у нас невероятно крутой, в нашем бюро он входит в тройку лучших!
У Чжао Цзя задёргался глаз. В их конторе было всего четыре юриста, включая владельца. Выходит, он предпоследний? Никогда в жизни он не занимал столь позорных мест в рейтингах.
Однако Цинь Хун, растроганная заботой «племянницы», уже во всём ей верила. Игнорируя предостерегающие знаки мужа, она заявила:
— Адвокат Чжао, я готова заплатить вам миллион в качестве гонорара. Я хочу, чтобы этот щенок сгнил в тюрьме. Пусть расплачивается всей своей жизнью за то, что отнял жизнь у моей дочери.
«Миллион?!» — Шэнь Линлин от неожиданности икнула и поспешно зажала рот ладонью.
Чжао Цзя лишь слегка приподнял бровь. Вот это уже масштаб, достойный Непобедимого Адвоката Вселенной! Но, помня о своём статусе стажёра, он сохранил маску невозмутимости.
— Во-первых, — начал он, — я даю вам слово: мы сделаем всё, чтобы убийца понёс наказание по всей строгости закона. Во-вторых, насчёт оплаты. Обычно гонорар по уголовным делам составляет от пятидесяти до семидесяти тысяч. Однако в данном случае я также представляю интересы другой пострадавшей в рамках бесплатной юридической помощи.
— Другой пострадавшей? — Цинь Хун и Ван Циншань удивлённо переглянулись. О второй жертве они до этого момента почти не задумывались.
Чжао Цзя кивнул:
— Да. Это женщина, которую придавило перевернувшимся фургоном. Ей ампутировали левую ногу, она навсегда потеряла трудоспособность. Её семья в бедственном положении, она была единственным кормильцем. Теперь им грозит нищета.
Лицо Цинь Хун смягчилось сочувствием.
— Вы же понимаете, что от семьи Чэнь Сяожуя компенсации не дождёшься. Той женщине тридцать пять лет, она могла бы работать ещё двадцать лет. Даже по самым скромным подсчётам — это шестьсот тысяч только за потерю заработка, не считая лечения и протезирования. Благодаря вашей щедрости, восемьсот тысяч из вашего гонорара пойдут на компенсацию этой женщине.
Цинь Хун растроганно закивала, а Ван Циншань, кажется, окончательно сменил гнев на милость:
— Если мы добьёмся справедливости, я лично оплачу ей лучший протез.
— Благодарю вас от её имени, — Чжао Цзя поднялся, бросив взгляд на застывшую в изумлении Шэнь Линлин. — Мне пора. Во второй половине дня моя помощница пришлёт вам договор на подпись.
http://tl.rulate.ru/book/170575/12901397
Готово:
