Глава 13. Слишком жадная Система
В виртуальном пространстве «Системы Великого Адвоката» одно за другим разворачивались материалы дела.
Первым делом Чжао Цзя запустил видеозапись инцидента. Картинка в Системе была на порядок чётче той, что гуляла по сети, да и угол обзора оказался шире. На кадрах теперь можно было разглядеть не только малолетнего сорванца Чэнь Сяожуя, но и Ци Цзюань, которая по роковой случайности проходила мимо.
Короткая стрижка, тёмный пуховик. В момент взрыва она как раз поравнялась с фургоном. От ударной волны тяжёлая машина завалилась на бок, и её край, словно гильотина, придавил ногу женщины. В верхнем же углу экрана другой автомобиль подбросило в воздух, и он, точно метеорит, рухнул на припаркованный рядом спорткар, буквально расплющив его переднюю часть. За рулём той машины сидела девушка с длинными, летящими по ветру волосами — Ван Цзя.
Чжао Цзя переключился на результаты осмотра места происшествия, медицинские карты и протоколы вскрытия. Картина вырисовывалась мрачная. У пострадавшей Ци Цзюань диагностировали переломы обеих ног и геморрагический шок; левую ногу, превращённую в месиво из костей и плоти, пришлось ампутировать. Вторая жертва, Ван Цзя, скончалась в машине скорой помощи по пути в больницу. Вскрытие, проведённое с согласия родственников, подтвердило разрыв селезёнки и обширное внутреннее кровотечение — смерть наступила от полиорганной недостаточности.
Следствие установило, что Чэнь Сяожую на момент происшествия не хватило всего двух дней до шестнадцатилетия. По закону он считался несовершеннолетним. А согласно «Закону о защите несовершеннолетних», любые правонарушения, совершённые лицами в таком возрасте, требуют особого подхода и смягчения наказания. К тому же, несмотря на тяжкие последствия, у мальчика не было прямого умысла на убийство.
Чжао Цзя наткнулся на новые доказательства: адвокатское бюро Дачэн приобщило к делу справку из больницы, подтверждающую у Чэнь Сяожуя биполярное расстройство. В показаниях родителей чёрным по белому было написано: брошенная петарда — не более чем случайный поступок, совершённый в фазе резкого обострения тревоги и депрессии.
Психическое заболевание, отсутствие злого умысла и статус несовершеннолетнего — при таком раскладе дело не дотягивало даже до минимального срока. Адвокаты из «Дачэн» вполне могли добиться оправдательного приговора. Для них это дело было заведомо выигрышным.
Перед глазами Чжао Цзя всплыли фотографии участников трагедии. Ци Цзюань, рыдающая на больничной койке над своей культёй. Чёрно-белый портрет улыбающейся Ван Цзя на поминальной встрече фанатов. И Чэнь Сяожуй — застывший в кадре камеры наблюдения: руки в карманах, равнодушный взгляд.
Чжао Цзя внимательно всмотрелся в лицо подростка. Невысокий, едва ли метр шестьдесят, если судить по зданиям на фоне. Худой, с застывшей маской безразличия на лице. Узкие, вечно прищуренные глаза словно сканировали мир с немым вызовом. За десятилетия адвокатской практики Чжао Цзя повидал немало людей: преступников и жертв, стариков и юнцов. Он привык заглядывать им в души, анализировать эмоции и истинные цели их слов. Глядя на Чэнь Сяожуя, он чувствовал фальшь — парень казался слишком зрелым для своих лет.
— Система, — мысленно позвал он, — подними записи о рождении Чэнь Сяожуя и историю его посещений психиатра.
— Хозяин подозревает, что возраст и диагноз — липа? — тут же отозвался ехидный голос Системы №211.
— Для бездушного алгоритма ты слишком сообразительна.
— Хе-хе, — раздался механический смешок. — Вы тоже не промах, Хозяин. Жаль только, что толку от этого мало.
Система вывела на экран данные из реестра домохозяйств и медицинскую карту из городской больницы. Всё совпадало с официальной версией.
Чжао Цзя на мгновение задумался, а затем приказал:
— Подними оригинал свидетельства о рождении, записи из роддома и самую первую карту первичного осмотра у психолога.
— Опять в точку, Хозяин! — Смех №211 стал ещё противнее. — Но вот незадача: эти данные выходят за рамки текущего дела. Доступ заблокирован. Ой-ой, кажется, дело — труба!
Чжао Цзя почувствовал, как внутри закипает глухое раздражение.
— Опять нужны очки?
— Именно! Хозяин невероятно догадлив. Просмотр одного документа вне рамок дела — пятьдесят очков. Три документа — сто пятьдесят очков.
«Грабёж среди бела дня! Даже у бандитов совести больше», — подумал Чжао Цзя, чувствуя, что ввязался в сомнительную авантюру.
— Открывай.
— Списываю сто пятьдесят очков, остаток — одна тысяча четырнадцать. Хозяин, вы так скоро по миру пойдёте! Поднажмите там! — пропела Система.
— Заткнись, — бросил Чжао Цзя. Уровень его ярости уже давно превысил количество оставшихся очков.
В этот момент Шэнь Линлин, которая всё это время переписывалась с администратором фан-клуба в чате «Я люблю лето», радостно воскликнула:
— Адвокат Чжао! Я нашла адрес родителей Ван Цзя!
Чжао Цзя вскинул голову. В его глазах ещё полыхали искры гнева, отчего Шэнь Линлин невольно втянула голову в плечи и пролепетала тише:
— Господин адвокат, с вами всё в порядке?
— Ты нашла адрес? — переспросил он, приходя в себя.
— Да. Родители Ван Цзя живут в загородном элитном посёлке.
*
Юньхай, загородный квартал вилл.
Это был один из первых элитных районов города — ровные ряды трёхэтажных особняков за высокими заборами. Чжао Цзя и Шэнь Линлин пришлось потрястись в автобусе через весь город, но, едва сойдя на остановке, они поняли, куда идти. Один из домов был буквально осаждён: толпы журналистов с камерами, фанаты со смартфонами, ведущие прямые эфиры... Искать номер дома не пришлось.
Они подошли к краю толпы. Несколько попыток протиснуться сквозь живую стену закончились лишь тем, что оба изрядно вспотели, но так и остались на обочине. Пробиться внутрь казалось невозможным.
Чжао Цзя, у которого уже голова шла кругом от духоты и криков, отошёл в сторону, высматривая лазейку. В этот момент над ухом раздался зычный крик:
— Разойдись! Несите осторожнее, огромная посылка!
Чжао Цзя обернулся и увидел Шэнь Линлин. Девушка тащила огромную картонную коробку чуть ли не в половину её роста. Лицо её скрывалось за картоном, но она отчаянно подмигивала ему, продолжая орать:
— Дорогу! Тяжёлый груз! Уроню — мало не покажется!
Её щеки пылали от натуги и волнения, пальцы судорожно вцепились в края ящика. Чжао Цзя невольно усмехнулся: «Надо же, какая трусиха, а на какую дерзость способна».
Увидев внушительную коробку, люди нехотя расступились, образовав узкий проход. Чжао Цзя нырнул следом за Шэнь Линлин, и они благополучно миновали кордон, оказавшись прямо у ворот виллы.
Входная дверь была наглухо заперта. Шэнь Линлин с облегчением сбросила ношу, угодив коробкой прямо по ноге адвокату. Чжао Цзя, сцепив зубы от боли, проигнорировал травму и принялся настойчиво жать на кнопку домофона. После пятого раза, когда казалось, что им не откроют, из динамика раздался резкий, измученный голос:
— Хватит нас беспокоить! Оставьте нас в покое!
Связь вот-вот должна была оборваться, и Чжао Цзя выкрикнул:
— Я адвокат! Я могу взяться за дело Ван Цзя!
На том конце воцарилась тишина. Спустя мгновение послышался щелчок — вызов сбросили. Однако через пару минут к воротам кто-то поспешно подошёл и, осторожно приоткрыв узкую калитку, впустил их внутрь.
Чжао Цзя оглянулся. Толпа снаружи уже начала напирать на забор, напоминая кадры из фильмов про зомби-апокалипсис. Смахнув пот со лба, он поправил костюм и посмотрел на растрёпанную Шэнь Линлин.
— А ты сообразительная, — похвалил он. — Где коробку-то раздобыла?
— В мусорном баке за углом, — вздохнула девушка. — Там внутри ещё пол-ящика черешни лежало, с виду вполне приличной. Какое расточительство... Если когда-нибудь останусь без работы, приеду сюда по помойкам шарить.
http://tl.rulate.ru/book/170575/12901393
Готово:
