\№ 24.
Сразу после пересечения иорданской границы Джонги передал Вахада ждавшим их сотрудникам разведки. Совершенно бесплатно.
— Вот он. Забирайте.
— Благодарим.
— А это – видеозапись всего процесса их встречи и последующего боя.
— Вы очень предусмотрительны. Простите, что не можем пообещать достойного вознаграждения за этот эпизод.
— Пустяки. Мы находимся под защитой его величества короля, так что не берите в голову.
За такую работу полагался куш, но Джонги счел это приятным бонусом. Хорошие отношения с властями Иордании в будущем принесут куда больше прибыли – в этом он убеждался всякий раз, проверяя банковский счет.
— Командир, по коням.
— Да. Проголодался я что-то.
Стрелки часов приближались к семи вечера. Все были чертовски голодны, так как целый день постились в предвкушении обещанной говядины хану. Вечер завершился небольшой вечеринкой и заслуженным отдыхом.
***
Наступило следующее утро.
После завтрака Джонги собрал сотрудников за кофе.
— С сегодняшнего дня начинаем интенсивную программу подготовки инструкторского состава. Раз уж обучение стало нашим основным источником дохода, мы обязаны владеть самыми передовыми методиками. Тренировки будут продолжаться до тех пор, пока каждый не достигнет высшего уровня мастерства.
Как они и решили с Дэёном накануне, для работы инструкторами по стрельбе требовалась четкая система. Нужно было составить учебный план и подготовить демонстрационную базу.
План Джонги был прост: «Френдс» должны стать «легендами» Иорданского центра подготовки сил специального назначения. Его цель – превзойти в мастерстве элитные спецподразделения со всего мира, которые приезжали сюда на тренировки.
В мире, где боевая мощь и меткость конвертируются в твердую валюту, это было единственно верным решением.
— За время работы инструктором в армии я заметил одну вещь: многие тратят силы на ерунду. Они стремятся быть лучшими в соревнованиях друг с другом, а не в реальном бою.
Джонги отхлебнул арабский кофе и продолжил:
— В бою не важно, насколько быстро ты выхватываешь пистолет ради долей секунды или можешь ли ты уложить кучность с двух дюймов в один. Бой – это смерть, где тот, кто не успел убить, умирает сам. Мы должны всегда мыслить тактически. Наша жизнь зависит от того, как работает наше оружие.
Обозначив концепцию, они первым делом отправились… в магазин игрушек. Для тренировок, которые задумал Джонги, требовались страйкбольные приводы.
— Давайте все винтовки и пистолеты, что есть в наличии. И все шарики BB забираем.
***
Вскоре они вернулись в Центр специальных операций и расположились в своих комнатах. Джонги раздал всем страйкбольное оружие и объявил:
— Отныне вся территория центра для нас – зона боевых действий. Любой, кто идет в туалет или возвращается оттуда, может быть атакован коллегами. Это постоянная тренировка на встречный бой. Не расслабляться ни в лагере, ни в уборных центра.
Сотрудники, поняв правила игры, начали заряжать приводы.
— Значит, теперь даже в туалет придется ходить в защитных очках.
— Надеюсь, вы не собираетесь стрелять в того, кто заперся в кабинке?
— Так и до запора недалеко.
Дэён, глядя на их шутки, усмехнулся:
— Относитесь к этому как к боевой стрельбе, следите за стойкой и хватом. А тренировки с шариками начнутся послезавтра. С сегодняшнего дня и на ближайшие сутки – непрерывный цикл ближнего боя CQB и всех стрелковых курсов, от тиров до открытых полигонов.
Это заявление прозвучало как гром среди ясного неба. Посыпались вопросы:
— Я не ослышался? Двадцать четыре часа стрельбы? Стволы же не выдержат.
— А перерывы на отдых предусмотрены?
— По какому регламенту работаем?
— А как же еда?
Джонги пояснил условия:
— В военной истории полно примеров, когда бойцы вели непрерывный бой сутки напролет без снабжения. В окопах и на блокпостах, под шквальным огнем, теряя товарищей. У них отказывало оружие, не было еды и сна, заканчивались патроны, но они выстояли. Мы воспроизведем эти условия, только в еще более жесткой форме.
Дэён дополнил слова товарища:
— Считайте, что мы просто немного продлили ту ночь, когда отбивались от Даиш. Всем собрать снаряжение.
После резкого приказа Дэёна вчерашние «младшие братья» мгновенно преобразились в суровых воинов. Профессионализм этих людей заключался в умении мгновенно переключаться в боевой режим.
***
Начался суточный марафон.
Джонги заставил всех пробежать стометровку и тут же скомандовал:
— Три выстрела навскидку!
Та-да-да! Та-да-да! Та-да-да!
Это было упражнение на отработку первого выстрела из расслабленного состояния: бойцы стояли спиной или боком к мишеням и должны были мгновенно развернуться и открыть огонь. Перед следующим этапом – снова бег.
— Стрельба в движении, один шаг! Дабл-тап!
Та-та! Та-та! Та-та!
В реальном бою смещение на один шаг после пары выстрелов часто спасало жизнь. Пули противника обычно летели туда, где ты стоял секунду назад. Снова бег, и снова стрельба.
— Скоростная стрельба!
Тра-та-та! Тра-та-та-та!
Отрабатывали поражение целей за легкими укрытиями, в кустах или навскидку в темноте. Бег между упражнениями был необходим, чтобы взвинтить пульс и максимально приблизить состояние организма к боевому стрессу.
— Групповая цель! Мишени два, четыре, семь!
Танг! Танг! Танг!
Отработка мгновенного переноса огня по нескольким противникам.
— Движущаяся цель!
Ту-ду-дух! Ту-ду-дух!
Стрельба по мишеням, имитирующим бегущего человека или едущий мотоцикл. Благодаря отличному оснащению центра, мишени носились вправо-влево, служа прекрасными учебными пособиями.
Закончив с боевыми патронами, они бегом переместились в интерактивный тир. Здесь с помощью лазерных имитаторов и видеопроекций отрабатывались сценарии, максимально близкие к реальности. Как только все заняли позиции, Джонги приказал:
— Стрессовая стрельба. Отстреливаем тысячу патронов и на выход. Всем сто отжиманий!
Отжимания в тактических жилетах и с рюкзаками за спиной дались им на удивление быстро. Следом пошли прыжки из приседа.
— Пятьдесят раз без остановки, и сразу сто выстрелов!
Видимо, обещанная тысяча выстрелов была разбита на серии по сто. Это означало чудовищную физическую нагрузку в сочетании с необходимостью сохранять точность.
Стиснув зубы, на пределе сил, они работали с яростью, будто на настоящем поле боя, понимая, что лучше пролить семь потов здесь, чем кровь там.
Так! Та-дак!
Картинка в тире была идеальной, но звук, конечно, не шел ни в какое сравнение с реальными выстрелами. Джонги первым начал серию.
При стрессовой стрельбе руки и ноги начинают дрожать, а бешено колотящееся сердце мешает прицелиться. Но эти люди прошли лучшую школу. Под жестким руководством Джонги, требовавшего невозможного, никто не смел давать слабину.
— Огонь окончен!
— Огонь окончен!
Один за другим бойцы откладывали оружие. Когда Франц, стрелявший до последнего, поднялся, Джонги выкрикнул:
— Сто берпи! И сразу еще сто выстрелов!
Началась настоящая адская тренировка, где время растягивалось, а плотность нагрузки зашкаливала. Они перемещались между локациями только бегом, и с каждым часом силы таяли.
Бесконечное повторение одних и тех же элементов, напоминавшее бег белки в колесе, само по себе становилось пыткой.
***
Прошло двадцать четыре часа.
— Последний рывок! Выжать из себя всё!
Та-да-да! Та-да-да!
На стрельбище Джонги охрипшим голосом подгонял подчиненных. За эти сутки оружие неоднократно давало задержки, и им приходилось устранять их дрожащими от усталости руками. Они делали всё возможное.
Люди спотыкались на бегу, роняли оружие. На грани полного истощения они продолжали свою борьбу.
— А-а-а-а!
Ту-ду-дух! Ту-ду-дух!
Удерживать автомат в руках было почти невозможно, и они кричали, чтобы заставить мышцы слушаться. Наконец, сработал таймер.
— Тренировка окончена! Всем спасибо, вы отпахали сутки.
После этих слов все разом рухнули там, где стояли. Даже Джонги, руководивший процессом, едва держался на ногах – его руки ходили ходуном, а колени подгибались.
— Командир, ты как? — Спросил он у лежащего на земле Дэёна.
Тот лишь молча махнул рукой, мол, «отвали».
Видеть никого не хотелось.
— Санъок, живой?
Джонги подошел к Санъоку, но тот лежал бревном, не подавая признаков жизни. Остальные были в таком же состоянии. Единственным, кто еще стоял, был сам Джонги.
— Вы же не возненавидели меня, а?
В ответ воцарилась тяжелая, красноречивая тишина. У них не было сил даже на то, чтобы доползти до казармы, поэтому пришлось отдыхать прямо на огневом рубеже.
Издалека за ними наблюдали сотрудники центра. Выражения их лиц были крайне серьезными. Они всерьез опасались, что имеют дело с группой помешанных.
То, как «Френдс» без устали носились по полигонам двадцать четыре часа кряду, выглядело дико, странно и в то же время вызывало невольное восхищение.
***
На следующий день.
После двенадцатичасового мертвого сна наемники выглядели не лучшим образом. Дэён, казалось, постарел лет на десять, а пятеро молодых парней бродили как в тумане, явно мечтая поскорее оказаться дома.
— Кто проснулся – идем завтракать, — скомандовал Джонги.
Поднимаясь, они по привычке брали с собой очки и страйкбольные приводы. Поход в туалет теперь требовал полной боевой готовности.
Взгляды, которые они бросали на Джонги, изменились. Нигде в мире они не встречали подобных методик. Это была не «адская неделя», где людей изматывают отсутствием сна, а нечто иное.
Короче, но гораздо плотнее. Боль была острее, и в глубине души они даже злились на Джонги за такую выдумку. Однако, когда они вошли в столовую, сотрудники центра смотрели на них уже совсем по-другому.
В этих взглядах читалось благоговение, которое ощутил каждый боец «Френдс». Сюда приезжало много разных спецподразделений, но то, как на них смотрели сейчас, говорило о многом. Это искупало все мучения.
— После завтрака – два часа отдыха. Затем легкая пробежка для ОФП, и на сегодня всё. Завтра снова на стрельбище.
Услышав это еще до первого куска в горле, наемники почувствовали, как аппетит мгновенно улетучился. Вечерняя пробежка тоже оказалась «легкой» лишь на словах: в том смысле, что после нее организмы избавлялись от всего лишнего через рвоту.
***
Следующий день.
Тренировки на тактическом поле возобновились.
— Сегодня обойдемся без стресс-тестов. Отрабатываем работу в двойках, в составе группы и стрельбу из пистолета.
Казалось бы, просто стрельба – это отдых, но за спиной Джонги стояли ящики, в которых было ни много ни мало сто тысяч патронов. Бойцы, поправляя беруши, синхронно сглотнули. Джонги подбодрил их:
— Говорят, парни из «Дельты» стреляют минимум по часу в день. Раз уж мы инструкторы, мы должны стрелять больше, верно? Тем более патроны бесплатные – грех не пользоваться. Наша цель – настрелять шестьдесят часов за неделю.
Санъок, терзаемый сомнениями, не выдержал:
— Интересно, сколько стоит такая гора патронов в деньгах?
— По армейским закупкам – тысяч тридцать долларов. Считайте это личным подарком от короля Абдаллы II. По местным ценам вышло бы еще дороже.
— Цена новенькой машины… Вице-капитан, только не говорите, что вы всё это затеяли только потому, что патроны халявные… Ой, молчу-молчу.
Это прозвучало нелепо, но попало в самую точку.
«Надо же, какой глазастый…», – подумал Джонги.
Так начался период, когда расход боеприпасов в центре взлетел до небес. Огромная стоимость аренды полигонов оправдывалась в том числе и этой безлимитной выдачей патронов.
«Чем больше стреляем, тем лучше для нас. Всё равно ведь бесплатно».
Такова была честная позиция Джонги.
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
http://tl.rulate.ru/book/169715/12003044
Готово:
