Следуя указаниям Гайи несколько часов, Мичел увидел, как на горизонте появились золотистые лучи солнца. Солнце взошло подобно раскрывающемуся цветку, даря лепестки миру. Среди танцующих капель дождя алели румянцем, теплились мандариновым теплом. Взирая на озаренные облака, все еще под эфирным сиянием, Мичел ощутил себя дома так, как никогда прежде.
Вдали, среди зелени лесистых холмов белела отражающаяся полоса – это был водопад Зеленой Долины Ривертауна, о котором говорила Гайя. Водопад казался безмолвным белым потоком, ниспадающим с каменных выступов. По мере приближения шум нарастал, пока Мичел не оказался в каких-то сотнях метров. Он уже не слышал ничего, кроме оглушительного рева воды. Он продвинулся до облака водяного пара над омутом и через считаные минуты промок насквозь, словно в ливень. Волосы прилипли к голове и лицу, но как бы они ни намокли, это не могло омрачить его восторг и ликование, пока он стоял в благоговейном изумлении.
— Красиво, — вырвалось у него.
Не теряя времени, он нырнул в воду и принялся наслаждаться этим даром природы после долгой ночи ходьбы и убийств.
Пока он весело плескался, Гайя обратилась в человеческий облик и поплыла к берегу, чтобы выбраться из воды.
Когда она полностью вышла, рот и глаза Мичела расширились от удивления. Он видел ее лишь при тусклом освещении и никогда так отчетливо, как сейчас.
Ее высокий стан и стройное тело напоминали модель из Victorias Secret. Голубые глаза, подобные морю, оставались спокойными и бесстрастными. Несмотря на мокрые волосы, он разглядел прелесть ее длинных волнистых иссиня-черных волос – таких гладких и шелковистых, словно сшитых из дорогой черной ткани высшего сорта.
Хоть в прошлой жизни он видел бесчисленных моделей и актрис потрясающей красоты, по сравнению с этой женщиной прямо перед ним те модели и актрисы казались куда менее привлекательными и не могли тягаться с ее величественной красотой и грацией.
А когда она стряхнула воду с волос и откинула их назад, сердце Мичела пропустило удар – черты лица этой женщины напоминали прекрасную картину. Золотистые лучи золотого света сияли на белых гладких щеках, а на лице проступал оттенок зрелой, уравновешенной женственности. В ней чувствовалась выдержанная, достойная грация и надменность, присущие лишь тем, кто занимает высокое положение с влиянием и властью.
— Почему ты так на меня пялишься, человек?
Он был рад, что нижняя часть тела скрыта под водой, и сглотнул полным ртом слюны.
[Предупреждение: Хозяин ведет себя как бета-самец]
— Пошел ты, Система, взгляни на эту девушку – любой мужик обтечет при виде такой, — отрезал он.
— Хватит пялиться, давай таблетки, — потребовала она.
Гайя крикнула и взмахнула руками – ее мокрое белое платье обратилось в золотистое.
Она, казалось, нарочно щеголяла красотой, медленно поправляя платье и собирая волосы в хвост.
Однако Мичел понимал: узнай она, что он считает ее горячей и красивой, – станет еще надменнее и высокомернее, поэтому решил поддеть ее.
— Зря ты вышла из воды, она, похоже, пошла на пользу твоему лицу.
— Что ты сказал? — Вспыхнула она.
На ее лице мелькнула ярость, из ноздрей повалил пар.
— Ты что, оглохла, девка? Я сказал, вода пошла на пользу твоему лицу.
— Ты! — Взревела она.
Как только он повторил слова, ее лицо покраснело от гнева, и она принялась шарить взглядом по камням и гальке, чтобы швырнуть в него, а Мичел тем временем удерживал Систему от опрометчивых действий против нее из-за такой ерунды.
— Что ищешь, грязь? Для грязевой маски? — Подлил он масла в огонь.
— Я убью тебя, ублюдок!
— Тогда ты на верном пути – показывая мне свою уродливую рожу.
Ему нравилось выводить ее из себя, и он продолжал раздувать ее ярость – теперь она вот-вот прыгнет в воду и укусит его. Услышав, что он назвал ее уродиной, Гайя так взбесилась, что из ноздрей и рта вот-вот повалит дым.
Наконец она схватила с земли камень размером с кулак и швырнула в него.
— Я закидаю тебя камнями насмерть, придурок!
Мичел рассмеялся, глядя, как она мечется, собирая камни, чтобы кидать в него, словно ребенок.
Пока эти двое играли на поверхности воды, на дне в позе грациозной красавицы сидела девушка. Ее окружение явно было запечатано, и она пребывала в состоянии культивации. Воздух вокруг обнаженного тела наполняла аура мощи, источая леденящий душу холод.
Внезапно ощутив движение, девушка резко распахнула глаза.
— Кто посмел вторгнуться в мою территорию и потревожить культивацию?
Брови девушки сдвинулись, и она рванула вперед, словно торпеда.
Тем временем на берегу Мичел купил две пилюли Исцеления и отдал Гайе – она проглотила их с восторженной улыбкой ребенка, уплетающего конфету.
— Ладно, возвращайся на привычное место, — сказал он, протягивая руку к Гайе.
— Мне и так лень ходить.
Она мигом обратилась в маленький шар света и влилась в его руку – черная татуировка вновь проступила на коже.
И только он собрался повернуться и уйти, как почуял, что кто-то мчится к нему на огромной скорости.
[Неминуемая опасность!]
Предупреждение Системы прогремело в голове, и он отпрыгнул с пути.
Бум!
Дерево позади разлетелось в щепки, а ударная волна отшвырнула его прочь.
— Какого хрена это было? — Завопила Гайя, пока он медленно поднимался с земли и увидел девушку со мечом в руке, сверлящую его взглядом.
Это была девушка лет пятнадцати-шестнадцати. С изогнутыми бровями и нежным овальным лицом. Хоть до Гайи ей было далеко, она и впрямь была красива. По данным исследований Абраса, в этом мире культиваторши отличались особой красотой благодаря более чистым телам.
Но сейчас глаза юной девушки не сулили дружбы – они полыхали пламенем гнева.
Глянув на ее Уровень Культивации, Мичел понял, почему Система предупредила: стадия Укрепления Тела, уровень 4, и от мощной ауры, исходящей от нее, он знал – шансов одолеть ее нет, по крайней мере сейчас.
— Кто эта сука, откуда она взялась? О дерьмо, — выдохнула Гайя.
По тону было ясно, что она узнала эту особу.
— Вали отсюда к черту, человек, это плохо.
— Это была ошибка? — Спросил он, бросив взгляд на развороченное дерево рядом.
Ее выражение не изменилось – она все так же кипела от ярости. Кто ж не знал, что это ее священное место культивации? Во всем королевстве ведали, что водопад Зеленой Долины Ривертауна принадлежит ей, но этот извращенец нарочно явился подсмотреть за ее тренировкой и культивацией.
И хоть она была сильна, а ему сейчас не победить, он ее не боялся.
Как он мог? На Земле весь Подпольный мир содрогался при упоминании его имени. Они даже придумали поговорку: если Призрак знает твое имя, уже поздно.
— Да, ошибка – что не убила тебя с первого выстрела.
— Я не знаю, кто ты, но, похоже, ошиблась человеком.
— Эта сука тебя не послушает, человек, вали отсюда, — торопила Гайя.
— В следующий раз целься вернее, прежде чем нападать, — бросил он девушке.
Он не мог позволить себе потерять лицо – у него, черт побери, Система Отвязного.
http://tl.rulate.ru/book/169708/11958602
Готово:
