Старшая сестра Сонджина стояла неподвижно, не смея подойти, глядя на его бледное лицо и затуманенные глаза.
Сонджин подавил гнев из-за того, что она бросила его в детстве, и, улыбнувшись, сказал:
— Я сейчас ничего не вижу. Так что сама возьми стул и присаживайся.
Сначала лицо Сонджина выражало ярость и было пугающим, но мгновение спустя он расслабился и заговорил с улыбкой. Сестра осторожно спросила:
— Я... только сейчас... перед твоей... смертью... появилась... Ты... не злишься?
В ответ на её слова Сонджин лишь шире улыбнулся:
— Ну что ты... Разве не хорошо уже то, что я услышал твой голос перед смертью? К тому же, я теперь спокоен: знаю, что когда умру, найдётся хоть кто-то, кто принесёт цветы на мою могилу.
Услышав это, сестра Сонджина разрыдалась. Даже не будучи врачом, по бесчисленным капельницам, пакетам с лекарствами и кровью, подсоединённым к его телу, она видела, что жизнь Сонджина находится в смертельной опасности.
К груди Сонджина также было подключено множество приборов, считывающих показатели. Сестра поспешно вытерла слёзы и, стараясь говорить ровным голосом, спросила:
— Что же произошло? Почему ты так сильно ранен?
Сонджин горько улыбнулся на её вопрос:
— Эх... Если бы я мог рассказать об этом, я бы не работал в Разведке. Но я рад уже тому, что смог продержаться эти несколько дней и услышать твой голос.
Сестра удивлённо переспросила:
— Значит... есть и те, кто погиб?
Сонджин какое-то время смотрел на неё с печальной улыбкой, а затем произнёс:
— Я не в том положении, чтобы раскрывать детали инцидента. Давай лучше послушаем, как жила ты. Мне просто любопытно... Почему ты бросила меня в детстве и ушла из приюта одна?
Этот спокойный вопрос Сонджина вонзился в сердце сестры, словно острый клинок. Хоть он и говорил буднично, в его голосе чувствовалась дрожь. Она ощутила, как ноги становятся ватными, и прошептала:
— Сонджин... можно мне... присесть?
Сонджин со смешком ответил:
— Садись. Я же ещё в самом начале сказал тебе взять стул. Устраивайся поудобнее и говори.
Она придвинула стул к больничной койке и уже хотела взять его за руку, но замерла. Руки Сонджина были покрыты синими и чёрными пятнами, словно от отравления.
Заметив её движение, Сонджин предостерёг:
— Только не подходи слишком близко. Я умираю от яда. Этот яд крайне опасен, ты тоже можешь заразиться.
Услышав, что он умирает, сестра с трудом сдержала подступивший к горлу ком и сказала:
— Мне стоило... найти тебя раньше... Прости меня.
Сонджин усмехнулся:
— Ну как бы ты меня нашла? Я работаю в секретном отделе Разведки, информация о котором засекречена. Формально меня даже не существует.
Сестра горько улыбнулась и начала отвечать на вопрос, который он задал ранее. Её голос мелко дрожал:
— Так... ты спрашивал... почему я... ушла?
Заметив её состояние, Сонджин улыбнулся:
— Да не дрожи ты так. У меня может быть не так много времени. Неужели ты думаешь, что я стану тратить эти драгоценные минуты на гнев и ненависть?
Несмотря на его слова, сестра, содрогаясь всем телом, проговорила:
— Пусть ты и был... моим младшим братом... но ты... маленький... был таким пугающим...
Услышав это, Сонджин горько усмехнулся, вспоминая детство. В то время ему как раз внедрили Принцессу безумия, он постоянно разговаривал с ней сам с собой, а благодаря возросшей силе часто вступал в драки с парнями из приюта, которые были в несколько раз крупнее него.
Видимо, вспомнив те времена, Сонджин фыркнул и спросил:
— Я? Ты испугалась того, что я болтал о какой-то женщине внутри меня и безумно дрался со старшими парнями?
Сестра горько улыбнулась и, всё ещё дрожа, ответила:
— Тогда... ты и правда... был похож... на сумасшедшего. У тебя была... такая сила... Ты дрался... с парнями вдвое больше тебя... Представь... как страшно было мне... маленькой девочке...
Слушая её дрожащий голос, Сонджин сказал:
— Сестра, не дрожи. Я ведь не для того спрашивал, чтобы винить тебя сейчас.
Затем он, не видя ничего перед собой, нащупал рукой стоящий рядом с кроватью холодильник и достал холодный напиток. Протянув его в сторону сестры, он произнёс:
— На, выпей это и успокойся. Всё равно времени у нас немного.
Она взглянула на часы и горько усмехнулась:
— На работе я сказала, что ненадолго отлучусь к клиенту. Ничего страшного, если я немного задержусь.
Сонджин рассмеялся:
— О-о, так моя сестра — руководящий работник? Неплохо устроилась.
На его подколку она ответила с грустной улыбкой:
— Именно ради этого меня тогда и забрали.
Сонджин нахмурился:
— Что это значит? Тебя удочерили ради компании?
В ответ на его вопрос сестра тихо вздохнула, открыла напиток, отпила немного и начала объяснять, почему её удочерили одну:
— Мои приёмные родители были из семьи чеболей. Но у них не было детей. В итоге они решили усыновить ребёнка. Искали среди многих, но никто им не подходил. И вот однажды они пришли в наш приют и заметили меня — самую сообразительную. Но в то же время они увидели и тебя — как ты безумно болтал сам с собой и с яростью демона сражался со старшими ребятами.
Узнав правду, Сонджин хрипло рассмеялся. Ведь он сам, по сути, навлёк это на себя.
В то время он как раз принял Принцессу безумия и каждый день, подобно одержимому, бросался в драку со старшими парнями из приюта, которые раньше издевались над ним.
Сонджин, продолжая посмеиваться, сказал:
— Понятно. Теперь я понимаю. Твоим приёмным родителям нужен был послушный и умный ребёнок. Им не нужен был сумасшедший вроде меня, который дерётся как демон.
Сестра горько улыбнулась, снова отпила из банки и подтвердила:
— Да. В глазах моих приёмных родителей ты был слишком опасным и пугающим.
Сонджин продолжал тихо смеяться, а она продолжила:
— Поэтому мне, маленькой девочке, пришлось делать выбор. Остаться с тобой в том приютском аду? Или пойти с приёмными родителями в новый, тёплый и красивый дом, став послушным и хорошим ребёнком.
Затем она на мгновение замолчала и серьёзно добавила:
— Позволь мне сказать честно.
Услышав серьёзный тон в её голосе, Сонджин кивнул:
— Конечно. Я всё равно умираю, о чём мне жалеть? Говори как есть.
Как только он закончил, сестра, глядя на него, осторожно произнесла:
— Несмотря на то что ты мой брат, я чувствовала к тебе настоящий ужас. Глядя на то, как ты безумно споришь с какой-то женщиной внутри себя и обладаешь нечеловеческой силой, сражаясь с парнями, я испытывала истинный страх. И я просто убежала. Прости меня за то, что я, поддавшись страху, бросила собственного брата.
Когда она закончила, Сонджин пристально посмотрел в её сторону своими незрячими глазами. Затем он кивнул:
— Нет. Я понимаю. Я и сам знаю, что в то время вёл себя как выходец из преисподней. Главное, что ты жила хорошо. Этого достаточно.
Сестра вытерла слёзы и, сделав вид, что не плакала, достала из маленькой сумочки визитку.
— Если поправишься, обязательно свяжись со мной. Тогда в детстве я бросила тебя, потому что боялась, но теперь я, твоя сестра, смогу защитить тебя.
Почувствовав силу в её голосе, Сонджин усмехнулся:
— Эй, сестра, я — ас Разведки. Стоит мне поправиться, как меня завалят предложениями о работе.
Тем не менее она протянула ему визитку:
— Твоя сестра — Управляющий директор «Сонсам». Под моим контролем десятки дочерних компаний. Я вполне способна прокормить хотя бы одного своего брата.
Сонджин был искренне впечатлён:
— О-хо... Значит, те приёмные родители были Председателем «Сонсам Груп» с женой?
Она кивнула:
— Да. Им нужен был выдающийся ребёнок, чтобы передать управление наследством.
Слушая её, Сонджин внезапно задался вопросом:
— Им нужен был выдающийся наследник? Значит, сейчас у них есть другие дети?
Она подтвердила:
— Верно. Сейчас у них есть сын и две дочери.
Сонджин спросил:
— Значит, теперь они не относятся к тебе как к родной дочери?
Она покачала головой:
— Нет. Знаешь, почему чеболь «Сонсам» занимает первое место в деловом мире? Потому что они отсеивают даже кровных родственников, если те не обладают способностями. Даже если ты родной ребёнок, но бездарен — тебе дадут кусок хлеба, чтобы не умер с голоду, и выбросят.
Услышав это, Сонджин рассмеялся:
— Вау, всё по-взрослому? Сразу видно — «Сонсам». И тебе удалось там закрепиться? А замуж ты вышла?
На его вопрос сестра кивнула:
— Да, я вышла замуж за старшего сына группы «Косон». У нас двое детей: сын и дочь.
Узнав, что она замужем и у неё двое детей, Сонджин спросил:
— Погоди, ты растишь двоих детей и при этом руководишь компанией и дочерними предприятиями? Ого, сестра, да ты у нас талант.
Она горько усмехнулась на его шутку:
— Я много училась, ездила в Америку в бизнес-школу. И всё это время втайне от родителей пыталась найти тебя. Но от тебя не осталось и следа, я думала, ты погиб. Прости, что нашла так поздно, Сонджин.
Под конец в её голосе снова послышались слёзы. Сонджин улыбнулся и сказал:
— Всё нормально. Я много времени проводил за границей, выполнял секретные миссии для армии и Разведки, так что найти меня было почти невозможно.
Взглянув на бледное лицо Сонджина, сестра произнесла:
— Сонджин, ты должен поправиться. Я надавлю на знакомых врачей в этой больнице. Выздоравливай, я познакомлю тебя со своими детьми, скажу им, что ты их дядя. Мы встретимся с моими родителями и вместе пообедаем.
Она говорила с таким воодушевлением, будто Сонджин уже выздоровел и они сидят за общим столом. Встреча с единственным родным человеком спустя десятилетия переполняла её радостью.
Слушая её, Сонджин мягко улыбнулся:
— Хорошо, сестра. Если я поправлюсь, обязательно загляну к вам.
Пока они разговаривали, дверь VIP-палаты открылась и вошли врачи. Один из них обратился к сестре:
— Прошу прощения, но для спокойствия пациента просим посетителя покинуть палату.
Она встала и, достав визитку из сумки, протянула её врачу. Тот, взглянув на визитку, явно удивился:
— О... Вы генеральный директор, курирующий нашу больницу «Сонсам» и её филиалы?
Сестра Сонджина сдержанно ответила:
— Это мой единственный младший брат. Пожалуйста, сделайте всё возможное для его лечения.
Лицо врача стало растерянным. На него и так ежедневно давили звонками из Разведки и даже из Голубого дома от самого Президента, а теперь пришла и непосредственная начальница из руководства больничной сети.
Однако врач не мог прямо сказать, что шансов на выздоровление почти нет. Такое заявление могло стоить ему карьеры — желающих занять его место среди высокопоставленных лиц было предостаточно.
Выдавив профессиональную улыбку, врач ответил:
— Да, госпожа директор, мы приложим все усилия.
Сестра сказала Сонджину, что придёт позже, и тихо вышла из палаты. Врач подумал про себя: «А будет ли у этого пациента это ”позже”?», но вслух ничего не произнёс.
Вскоре Сонджина снова отправили на анализы. Когда пришли результаты, врач и неизвестно когда появившийся начальник 13-го отдела принялись их изучать.
Результаты были неутешительными. Врач пытался подбирать слова, но начальник 13-го отдела резко его прервал:
— Послушайте, доктор? Вы меня за идиота держите? Думаете, я не умею читать медицинские карты?
Врачу пришлось выслушивать раздражённые тирады начальника. Тот и сам понимал, что злостью Сонджину не поможешь, поэтому спросил:
— Показатели токсичности понемногу снижаются уже несколько дней. Есть ли надежда?
Врач, изучив записи, ответил:
— По крайней мере, в этом плане наметился прогресс. Я поражён его сверхчеловеческой способностью к восстановлению.
Появился луч надежды, и начальник 13-го отдела продолжил расспросы:
— А что с глазами? Есть шанс на возвращение зрения? Печень ведь восстанавливается?
Но на вопрос о глазах врач не смог ответить обнадёживающе:
— С остальным всё налаживается, но повреждённые глаза — это тупик. Тем не менее я свяжусь с офтальмологами, пусть проведут обследование.
Так Сонджина, который хотел лишь спать, агенты Разведки потащили на обследование к офтальмологу. Однако специалист, осмотрев его, лишь покачал головой перед начальником 13-го отдела:
— Все зрительные нервы мертвы. Что за химикаты попали ему в глаза? Боюсь, дело может дойти до удаления глазных яблок.
При этих словах начальник 13-го отдела взорвался гневом:
— Никакого удаления! Сделайте что угодно, но вылечите его!
Он сорвался на ни в чём не повинного врача, хотя в глубине души понимал: перед ним один из лучших офтальмологов страны. Если он бессилен, значит, надежды нет.
Начальник 13-го отдела заставил себя улыбнуться, подошёл к Сонджину и сказал совсем другое:
— Надежда есть. Как только печень и сердце окрепнут, мы попробуем новые методы лечения.
Говоря это, он мысленно тяжело вздыхал. Время шло.
Вопреки мрачным прогнозам врачей, Сонджин продемонстрировал поразительную регенерацию, сравнимую с легендарным монстром — троллем. Он восстанавливался удивительными темпами и через месяц уже мог ходить, опираясь на трость.
К сожалению, зрение так и не вернулось. На самом деле Принцесса безумия уже давно исцелила его глаза, но Сонджин притворялся слепым и больным, чтобы провернуть дело со своей отставкой из Разведки.
Его тело стало даже сильнее, чем в те времена, когда его называли Демоном Меча. Сегодня Сонджин снова вышел в курилку больницы, достал сигарету и прикурил.
Следовавший за ним охранник из Разведки с беспокойством заметил:
— Старший коллега №2510, хоть вам и стало лучше, курение — это уже слишком, не находитe?
Сонджин, с наслаждением затянувшись, огрызнулся:
— Эй, какие у меня ещё радости в жизни? Хоть покурить-то дай. И вообще, ты слишком много ворчишь. Ты мне что, жена?
В глазах младшего коллеги из Разведки Сонджин был настоящим монстром, восставшим с больничной койки благодаря регенерации покруче, чем у тролля.
Конечно, курс был взят на отставку, но парень всё же хотел, чтобы Сонджин покинул больницу здоровым.
Пока Сонджин курил, к нему подошёл начальник 13-го отдела:
— Я-то думаю, где ты? А ты снова здесь дымишь? Пора бы завязывать, №2510.
Сонджин, притворившись, что не видит его, ответил:
— Начальник, до каких пор я буду торчать в этой больнице?
Начальник горько усмехнулся:
— Что, тело окрепло и уже не терпится в бой?
— Да нет, просто даже со слепыми глазами и тростью в руках, на воле мне будет лучше.
Но начальник 13-го отдела покачал головой:
— Ты забыл, кого ты убил в Голубом доме, сражаясь с китайскими наёмниками?
Сонджин с сомнением переспросил:
— Неужели и Божественный Демон Девяти Инь, и Король Мечей Черной Змеи погибли?
Начальник 13-го отдела криво усмехнулся:
— Похоже, те техники, что ты использовал, действительно были жутким демоническим искусством. Божественный Демон Девяти Инь, один из Десяти Демонов, мёртв. И Король Мечей Черной Змеи из Десяти Королей Меча тоже в итоге скончался.
Сонджин искренне удивился:
— Ладно Божественный Демон Девяти Инь, получивший удар Божественной Ладонью Пурпурного Облака прямо в сердце. Но Король Мечей Черной Змеи? Я ведь только Техникой меча черной молнии почти отрубил ему правую руку. Он-то как умер?
Начальник 13-го отдела пояснил:
— У этой твоей Техники меча черной молнии есть какая-то странная особенность — раны от неё не перестают кровоточить?
Услышав это, Сонджин горько усмехнулся. Он использовал так много техник меча, что порой сам забывал особенности каждой из них.
— Ах, верно... У техники меча черной молнии было такое скверное свойство.
Начальник подтвердил:
— Вот именно. Так что Король Мечей Черной Змеи скончался от потери крови прямо во время лечения.
Сонджин хрипло рассмеялся:
— Что ж, значит, я сполна отомстил за наших погибших ребят из 13-го отдела.
Начальник отдела разделял его чувства, но всё же выразил беспокойство:
— Месть — это хорошо, но теперь ты не в лучшей форме, а китайский Союз нечестивых наверняка назначит за твою голову награду. Они захотят добить раненого льва.
Сонджин, продолжая курить, лишь усмехнулся на это предупреждение:
— Даже если я ослеп, я не проиграю подобному мусору.
Тогда начальник 13-го отдела предложил:
— Поэтому я и говорю: поживи пока на территории Разведки. Мы обеспечим твою безопасность.
Однако Сонджин покачал головой, отказываясь:
— Нет уж, пора на пенсию. Не могу же я вечно прятаться под крылом Разведки.
Видя его решимость, начальник достал из кармана небольшую визитку и протянул её.
Сонджин взял её и спросил:
— Что это? Я всё ещё ничего не вижу.
— Это группа наёмников «Черный лебедь», они работают у нас в стране. В основном это отставники из разведки, которые берутся за дела, требующие грубой силы. Они хотят... одолжить твоё имя.
Сонджин уточнил:
— Если я одолжу им имя, заказов у них прибавится, но и врагов, желающих найти меня, тоже?
Начальник усмехнулся:
— С этим их директор разберётся. Думаешь, они не защитят тебя, используя твоё имя? Если ты у них внезапно умрёшь, доверие к их компании мгновенно рухнет.
Сонджин вытащил из кармана уже три визитки:
— Вау... Сколько предложений. Куда бы податься, чтобы ничего не делать и получать зарплату?
Начальник 13-го отдела рассмеялся, глядя на визитки в его руках:
— Послушай, ты уже признан ветераном с государственными заслугами, тебе выделена квартира. Каждый месяц ты будешь получать пособие на уровне минимальной зарплаты. Плюс тебе полагается пенсия ветерана разведки. Так что можешь вообще не работать, а просто жить в своё удовольствие. О деньгах не беспокойся.
У Сонджина от этих слов улыбка растянулась до ушей:
— Ого! Значит, ближайшие пару месяцев я могу просто бездельничать и развлекаться?
Начальник 13-го отдела, искренне веря, что Сонджин всё ещё слеп, похлопал его по спине:
— Да. Пусть ты и не видишь, старайся жить на позитиве. Церемония отставки на следующей неделе. Мы пришлём тебе костюм, так что оденься как подобает.
Сонджин ликовал в душе. В этот момент Принцесса безумия внутри него подала голос:
«Эй, Сонджин. У тебя на лице всё написано. Следи за мимикой».
Сонджин тут же напустил на себя мрачный вид. Сделав вид, что ему снова нехорошо, он вернулся в палату и завалился спать. В последнее время Сонджин только и делал, что ел и спал, отчего начал прибавлять в весе, и Принцесса безумия уже вовсю ворчала, чтобы он перестал так много жрать.
Так приближался день его отставки из Разведки.
Демон Меча №2510
http://tl.rulate.ru/book/169593/13754812
Готово:
