× Дорогие участники сообщества! Сегодня будет проведено удаление части работ с 0–3,4 главами, которые длительное время находятся в подвешенном состоянии и имеют разные статусы. Некоторые из них уже находятся в процессе удаления. Просим вас отписаться, если необходимо отменить удаление, если вы планируете продолжить работу над книгой или считаете, что ее не стоит удалять.

Готовый перевод The High School Lawyer Hides His Experience / Адвокат со школьным аттестатом скрывает свой опыт: Глава 16: Окончательное решение клиента

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Хан Дахи поспешно отпустила мой воротник. На её лице промелькнуло смущение.

— Прошу прощения.

Кон Муджин первым взял подставку с напитками и бодро произнёс:

— С удовольствием выпьем, босс.

Он протянул по стакану американо мне и Хан Дахи. Казалось, он хотел, чтобы мы немного остыли, отхлебнув кофе. Видимо, специально купил самый большой объём — венти.

...Это был знак благодарности, но Пак Чунсик, должно быть, застыл в недоумении, увидев, как мы чуть не вцепились друг другу в глотки.

Хан Дахи отпила немного американо и обратилась к Пак Чунсику:

— В каком направлении двигаться — решать только вам, босс.

Пак Чунсик слегка нахмурился.

— ...Адвокат Хан, вы всё ещё думаете, что тот пост опубликовал я?

— Я и сама хочу верить, что это не ваших рук дело. Но приговор вам будет выносить не всеведущий Бог.

Она начала убеждать Пак Чунсика. Она объяснила, что если настаивать на том, что вы невиновен, но в итоге получить обвинительный приговор, то срок будет куда более суровым, чем если бы он признал вину и раскаялся с самого начала. Судья сочтёт, что преступник наглец и не осознаёт своей вины.

— Прокурор тоже не дурак. Он выдвигает обвинение только тогда, когда уверен, что человека признают виновным. Судьи это знают, поэтому склонны доверять словам Прокурора, полагая, что для обвинения есть веские основания.

— ...То есть, Адвокат Хан, вы хотите сказать следующее? В глазах судьи и прокурора я — преступник.

— Да. Конечно, вас могут признать невиновным. Но такое случается крайне редко.

Хан Дахи осторожно взяла Пак Чунсика за руки и продолжила:

— Босс, скажу честно: я не знаю, вы ли опубликовали тот пост или нет. Но я — ваш адвокат. И я хочу помочь вам наиболее реалистичным способом, который принесёт вам максимальную выгоду.

Конечно, оправдательный приговор был бы идеальным вариантом. Но добиться того, чтобы вас признали невиновным — всё равно что достать звезду с неба.

Пак Чунсик тяжело вздохнул и погрузился в раздумья. Даже на мой взгляд, в словах Хан Дахи не было лжи. По крайней мере, она искренне верила, что признание вины и попытка получить условный срок — это лучший выход в данной ситуации.

Я кашлянул и вмешался:

— Босс, добиться того, чтобы вас признали невиновным, действительно сложно. Но это не значит, что шансов совсем нет.

Хан Дахи усмехнулась, не скрывая сарказма:

— Шанс меньше одного процента. Это всё равно что предлагать человеку поставить жизнь на кон ради вероятности, которой почти не существует.

Её колкость, вопреки ожиданиям, подействовала на Пак Чунсика — он помрачнел ещё сильнее. Казалось, в его голове шла напряжённая борьба: стоит ли делать ставку на надёжный условный срок или рискнуть всем ради крошечного шанса на оправдание. Ведь это одноуровневое судопроизводство, и после оглашения приговора пути назад не будет.

— Господин Пак!

В этот момент к нам подошёл мужчина. Его лысина ярко блестела на солнце. Ах, это был Чхве Джэхёк — владелец пострадавшего филиала «Корейской жареной курицы» в Кимпхо Хянсан.

Он свирепо посмотрел на Пак Чунсика и угрожающе произнёс:

— Вижу, наняли дорогих адвокатов, чтобы не загреметь за решётку?

— ...Мне не о чем с вами разговаривать.

— Нет уж, даже если вы отделаетесь условным сроком, вы всё равно будете признаны виновным! А когда это случится, мы встретимся в зале суда по гражданским делам, и тогда разговор будет совсем другим!

Обвинительный приговор не просто оставляет пятно в биографии. За ним неизбежно следует гражданский судебный процесс с требованием возместить ущерб пострадавшей стороне. Более того, в данном случае прямой ущерб нанесён филиалу «Корейской жареной курицы», но в широком смысле это можно расценить и как дискредитацию самого бренда. Проблемы с гигиеной наносят сокрушительный удар по имиджу любой сети питания.

Чхве Джэхёк упомянул и об этом, предупредив, что истцом в гражданском иске выступит не только он сам, но и головной офис компании.

— Не смейте так вести дела, господин Пак! Вы хоть и торговец, но должны иметь каплю деловой этики!

Скривившись, Чхве Джэхёк ушёл от нас.

Пак Чунсик, чьи губы мелко дрожали, пробормотал себе под нос:

— Чёртов плешивый ублюдок... А открывать свою забегаловку прямо у нас под носом — это, по-твоему, деловая этика?

Словно ища поддержки, он принялся поливать Чхве Джэхёка грязью. Оказалось, что тот, будучи новичком, развязал ценовую войну, начав с раздачи купонов на бесплатную доставку. Из-за этого прибыль упала настолько, что порой едва удавалось покрыть себестоимость.

Что ж, для такого потребителя, как я, подобная конкуренция только на руку, но для Пак Чунсика, который просто жарил курицу в своём районе, это было сущим кошмаром. Он рассказал, что раньше у него даже были сотрудники, но из-за падения выручки всех пришлось уволить.

— Вот поэтому я и хотел просто закрыть лавочку, эх... — Пак Чунсик покачал головой.

Похоже, инцидент произошёл как раз в тот момент, когда он собирался выставить заведение на продажу и получить отступные.

Тилинь.

Раздался телефонный звонок. Подумав, что это мой смартфон, я вытащил его из кармана. Но ошибся.

— А, это у меня.

Пак Чунсик пользовался таким же смартфоном от Корпорации «Ильсон Электроникс», поэтому мелодии совпали. Видимо, из-за возрастной дальнозоркости он слегка отстранил телефон от лица, чтобы рассмотреть экран.

— А этот-то зачем звонит... — Озадаченно пробормотал он и провёл пальцем по экрану.

Из-за высокой громкости динамика я слышал каждое слово.

— Да, босс. Как прошло судебное заседание?

— Сегодня приговор не вынесли, разбирательство продолжается.

— Вот как?

— Вы ради этого звонили?

— Нет-нет. Просто думал, что сегодня всё решится.

Судя по разговору, на другом конце провода был сотрудник головного офиса — франшизы, с которой у Пак Чунсика был заключён договор.

— В общем, передать вам информацию сейчас или подождать окончательного решения?

— Не знаю, о чём вы, но говорите сейчас.

— Да, конечно. Как только будет вынесен обвинительный приговор, мы немедленно расторгнем договор франчайзинга.

— Что? Вы о чём?.. — Пак Чунсик замер.

— И, согласно контракту, мы также потребуем выплатить неустойку.

[Закон о справедливости франчайзинговых операций, Статья 14 (Ограничение расторжения договора франчайзинга): ① Франчайзер, намеревающийся расторгнуть договор, должен предоставить франчайзи льготный период не менее двух месяцев, подробно изложить факты нарушения договора и не менее двух раз письменно уведомить его о том, что договор будет расторгнут, если нарушения не будут устранены.

Однако это не относится к случаям, предусмотренным указом Президента, когда продолжение франчайзинговых операций затруднено.]

Как правило, договор франчайзинга нельзя расторгнуть мгновенно. Однако, согласно указу Президента, если Пак Чунсик будет признан виновным, договор может быть расторгнут немедленно.

[Указ о применении Закона о справедливости франчайзинговых операций, Статья 15 (Основания для расторжения договора франчайзинга): «Случаи, предусмотренные указом Президента», упомянутые в пункте 1 статьи 14 Закона, означают любые из следующих случаев:

  1. Если франчайзи понёс уголовное наказание за действия, связанные с управлением франчайзинговым пунктом.]

    То есть, если Пак Чунсика признают виновным, ему придётся не только возмещать ущерб потерпевшей стороне, но и выплачивать неустойку головному офису. Поскольку иски ещё не были поданы, точная сумма оставалась неизвестной, но вряд ли она была маленькой. Его не только несправедливо считали преступником, но и собирались обобрать до нитки.

    Он повесил трубку. Опустив голову, он тяжело вздохнул:

    — Ох, надо же...

    Хан Дахи осторожно сказала ему:

    — Но ведь это всё равно лучше, чем получить реальный срок и отправиться в тюрьму. Что касается гражданских исков, мы можем поговорить с нашим отделом биллинга, чтобы они снизили стоимость услуг для вас.

    Я посмотрел ему прямо в глаза и заговорил голосом, полным уверенности. Это выглядело как вызов Хан Дахи, но сейчас мне нужно было, чтобы он выбрал меня — только так у меня был шанс не вылететь с позиции стажёра.

    — Добиться того, что вы будете признаны невиновен, вполне реально. Совсем недавно по предыдущему делу был вынесен именно оправдательный приговор.

    Я достал из сумки копию приговора Сим Джонхуна и показал ему. Он с серьёзным видом изучил документ.

    — Здесь указаны три адвоката. Кто из них внёс наибольший вклад?

    Кон Муджин ответил без промедления:

    — Заслуга Адвоката Хёна велика.

    — Хм...

    Его взгляд метался между мной и Хан Дахи.

    Выбрать безопасный путь, зная, что всё равно придётся оплачивать счета? Или пойти по опасному пути, где велик риск оказаться за решёткой и всё равно получить счета, но в случае успеха все проблемы будут решены?

    Оказавшись на распутье, он, словно приняв решение, кивнул:

    — В словах Адвоката Хан есть смысл. Тюрьма — это не то место, куда ходят как на прогулку...

    «Неужели он прислушается к Хан Дахи?» — подумал я, но в этот момент Пак Чунсик повернулся ко мне.

    — Но если мне всё равно придётся выплачивать все эти деньги, моей семье в любом случае придётся несладко. Раз так, то даже если всё закончится худшим сценарием — тюрьмой и разорением — я выберу путь, который позволит мне до конца сохранять достоинство.

    После его твёрдого ответа Хан Дахи лишь плотно сжала губы.

    *

    Расставшись с Пак Чунсиком, мы направились к платной парковке.

    ...Всю дорогу Хан Дахи то и дело тяжело вздыхала.

    Кон Муджин хранил молчание, пока не увидел водителя, поглядывающего на часы.

    — Ох, простите. Мы задержались из-за дел.

    Водитель сел за руль, и мы заняли свои места. Как и по дороге в суд, Кон Муджин сел на почётное место позади пассажирского сиденья, Хан Дахи — позади водителя, а я — на переднее пассажирское сиденье.

    ...Машина была комфортабельной, но сейчас я чувствовал себя в ней как на иголках.

    — Адвокат Хён, вы действительно сможете добиться, чтобы его признали невиновен?

    — Да, обязательно.

    Даже если другие сомневаются, я знаю, что Пак Чунсик не виновен. Конечно, я прекрасно понимаю, что работа адвоката — это не всегда спасение несправедливо обвинённых. Но я не могу просто стоять и смотреть, как на моих глазах губят жизнь честного человека. Если я останусь сторонним наблюдателем, то в моей регрессии на двадцать лет назад не будет никакого смысла.

    — Почему вы так рвётесь доказать его невиновность? Даже ценой спора со мной. Вы ведь не глупый человек.

    Похоже, она всё же в какой-то степени признавала мои способности. На самом деле адвокат, который самоуверенно заявляет о возможности оправдательного приговора, чаще всего оказывается либо мошенником, либо дилетантом. Ведь адвокат, как она и говорила, должен быть прагматиком и действовать в интересах клиента, исходя из суровой реальности.

    Я задумался над ответом. Чтобы сохранить нормальные отношения в этой фирме, мне нужно тщательно выбирать слова.

    ...Хотя после того, как я поспорил с ней, своей наставницей, по поводу стратегии защиты, вряд ли наши отношения можно назвать нормальными, но всё же.

    — Если честно, когда я занимался делом Сим Джонхуна, мне приснился жуткий сон.

    — Сон?

    — Мне приснилось, как он ударил меня ножом с криком: «Почему ты не доказал мою невиновность?!». Это было похоже на вещий сон...

    Я приложил ладонь к тому месту, куда когда-то пришёлся удар. Детали могли отличаться, но в итоге меня действительно зарезали за то, что я сделал невиновного человека преступником. Эту боль, которая, казалось, всё ещё жила в моём теле, я не забуду никогда.

    Она прыснула.

    — Так вы решили изменить стратегию защиты только для того, чтобы вас не зарезали в будущем?

    — Жизнь-то одна.

    Видимо, мой ответ пришёлся ей по душе, потому что она расхохоталась, схватившись за живот. Даже Кон Муджин не сдержался. Он хлопнул себя по колену и воскликнул:

    — И то верно! Если кто-то угрожает ножом, тут уж не до прежней стратегии! Совершённое под принуждением деяние исключает вину из-за невозможности иного поведения!

    [Уголовный кодекс, Статья 12 (Деяния, совершённые под принуждением): Деяние, совершённое под влиянием непреодолимого насилия или под угрозой, от которой не было возможности защитить жизнь или здоровье самого лица или его родственников, не наказывается.]

    ...И он решил процитировать это прямо здесь? У Кон Муджина явно было специфическое чувство юмора.

    Отсмеявшись, Хан Дахи вскоре спросила меня:

    — И как же вы собираетесь добиться оправдания?

    Тут тоже нужно было ответить правильно. Врать было нельзя. Я осторожно произнёс:

    — Я намерен найти настоящего преступника.

    — ...Настоящего преступника?

    Улыбка мгновенно исчезла с её лица...

http://tl.rulate.ru/book/169521/13737841

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода