— ...На этот раз всё тоже будет в порядке?
На самом деле она всё знает.
Почему я до сих пор называю свою жену «госпожа Риэ»?
Потому что без госпожи Риэ я бы не добился нынешнего успеха. К тому же она прекрасна, словно цветок. Поэтому я по-прежнему отношусь к госпоже Риэ с величайшим почтением, словно к высшей особе.
И госпожа Риэ — единственный человек, который понимает меня лучше всех.
«Истинная японка».
До замужества у неё был бойкий характер, но стоило ей выйти за меня, как она превратилась в абсолютно покорную женщину. Одним словом, мы оба относимся друг к другу с глубоким уважением.
Честно говоря, если подумать, мне во многих отношениях чертовски повезло. И я думаю об этом лишь потому, что я — попаданец из прошлой жизни. В своем прошлом мире я, как и все мужчины, смотрел фильмы для взрослых.
«Кимоти...»
На самом деле каждую ночь мы с госпожой Риэ словно снимаем такое кино. Что поделать, я тоже мужчина. И мысли о подобном в такой ситуации — возможно, лишь проявление подсознательного желания хотя бы на миг отбросить страх, который я испытываю.
— Женщине не пристало давать советы мужчине, занятому делами в большом мире, но...
Госпожа Риэ редко высказывает своё мнение о моих делах, но сейчас, кажется, она очень за меня беспокоится.
— Больших проблем не будет. Просто верьте мне.
— Да...
Госпожа Риэ всё так же смотрела на меня обеспокоенным взглядом. Но сейчас она кажется мне особенно красивой.
— Вы ведь помните, что я сказал вам в прошлый раз?
Мне вспомнились её слова о том, что, несмотря ни на что и чего бы это ни стоило, я обязательно должен вернуться к ней живым. Должно быть, она уже тогда обо всём догадывалась.
— Да, помню.
— Вам нужно лишь сдержать это обещание.
— Я обязательно его сдержу. И ещё...
Я отодвинул столик с едой в сторону. Заметив мой взгляд, госпожа Риэ сразу поняла, чего я хочу. Мы всё ещё молодожёны, если так можно выразиться. Я притянул госпожу Риэ к себе и снял с неё кимоно. И началась супружеская близость.
— А-а-а-ах... Кимоти~
Сегодня я веду себя так с самого утра, чтобы скрыть свою тревогу. Когда бурная близость закончилась, госпожа Риэ встала раньше меня и снова надела кимоно. Я крепко взял её за руку.
— Риэ...
— Да.
— Когда я назову тебя по имени...
— Я стану твоим цветком.
— Я смотрю на тебя, а всё равно скучаю.
От моих слов в глазах госпожи Риэ отразилось волнение.
«Чистой воды плагиат».
Не думал, что так использую прекрасные строки одного поэта. За подобный плагиат кому-то другому могло бы не поздоровиться, но я сделал это невольно.
Секретное убежище отечественной группы независимости.
— Но можно ли доверять словам этого человека? — спросил один из бойцов, с недоверием глядя на своего товарища.
— Товарищ Кан сказал, что ему можно доверять во Временном правительстве.
Под «товарищем Каном» подразумевался Кан Сок, второй старший брат Кан Чхоля. Первый — Кан Су, второй — Кан Сок, третий — Кан Сан, четвёртый — Кан Чхоль. Если подумать, их имена означали воду, камень, гору и металл Чосона. Так или иначе, Кан Сок в какой-то момент превратился в борца за независимость. Разумеется, по характеру он не был тем, кто добровольно ввяжется в освободительное движение. Он просто делал то, что велел его младший брат Кан Чхоль, но с какого-то момента Кан Сок начал меняться.
— Я это знаю, но...
— У него тоже есть свои обстоятельства.
— Да, я понял.
— Раз так, готовьтесь. И помните: человека нельзя калечить.
— Но он же японский пёс!
— И всё же он наш соотечественник.
— Что?
Другие не могли этого понять, ведь они знали О Док Су как человека, который при упоминании прояпонских коллаборационистов содрогался от ярости и жаждал их смерти.
— Товарищи, действуйте согласно моим указаниям.
— Слушаемся, товарищ О.
Кабинет тестя, Накамуры.
— Я хочу сделать Пусан опорным пунктом, связать его с портом Чемульпо в Инчхоне и с Цусимой, чтобы создать плацдарм для трехсторонней торговли. И я хочу, чтобы центром этой системы была Япония.
Отвезя госпожу Риэ в дом её родителей, я встретился с тестем и изложил ему свои амбициозные планы. Разумеется, я не упомянул о своих скрытых намерениях.
— Трехсторонняя торговля?
У тестя буквально отвисла челюсть.
— Поэтому для начала я планирую открыть рыбную лавку на Цусиме.
— Послушай, какова твоя истинная цель?
Кажется, я описал свои бизнес-планы слишком масштабно.
— Я планирую заняться контрабандной торговлей, связанной с Японией. Конечно, это будет уже после «того самого дня».
— После «того самого дня»...
Тесть нахмурился. «Тот самый день», о котором мы говорили, — это день, когда Чосон обретёт независимость, а Япония потерпит поражение.
— Думаю, мне стоит заранее завязать дружеские отношения с жителями Цусимы.
Тесть пристально посмотрел на меня.
— Цусима...
На самом деле Цусима издревле получала огромную прибыль от посреднической торговли между Японией и Чосоном.
— Так Цусима жила всегда. Поэтому сопротивления почти не будет. Сначала я планирую продавать там рис, собранный в Чосоне, а оттуда привозить улов в трюмах рыболовных судов. А позже я намерен тайно ввозить промышленные товары, произведенные в Японии.
— Сможет ли Япония производить товары, даже если проиграет?
— Технологии Японии — лучшие в Азии. Чосону не догнать японцев и за пятьдесят лет.
— Твои бизнес-планы становятся всё масштабнее. Раз у тебя такие мысли, почему бы не подумать о связях с Китаем?
Всё-таки тесть тоже делец до мозга костей.
— Я постепенно обдумаю и этот вопрос.
— Ты ведь поэтому купил три рыболовных судна?
— Да, верно.
— Стоит тебе начать что-то одно, как ты тут же расширяешь бизнес до небывалых высот.
— Если не расти, наступит регресс.
— Делай, как знаешь.
— В ближайшее время я отправлюсь на Цусиму по вопросу открытия рыбной лавки.
— О дорожном удостоверении я договорюсь в Генерал-губернаторстве.
— Благодарю, тесть.
— Но почему ты сегодня отправил Риэ к нам? — спросил тесть, глядя на меня многозначительным взглядом.
— Тёща очень по ней скучала...
— Чем бы ты ни занимался, береги себя.
— Тесть...
— Мне просто жаль. Мой зять оказался гораздо масштабнее, чем я думал. Хм...
Он о чем-то догадывался. «Простите меня».
После встречи с тестем и завершения дел в рисовой лавке Накамуры я отложил несрочную работу и вернулся домой. Я лёг один в главной комнате.
«Как-то пусто...»
Отсутствие госпожи Риэ ощущалось очень остро. Сейчас наступает момент, когда должны быть расставлены фигуры для моего будущего. Ситуация опасная, поэтому я не мог оставить госпожу Риэ здесь. Но всё же на душе было тоскливо.
«Уже пора бы...»
Я ждал «господ воров»(?). Если быть точным, я ждал О Док Су. На самом деле наша встреча была случайной. Но когда такие случайности наслаиваются одна на другую, они неизбежно становятся судьбой. Подобного не было в моих жизненных планах, но теперь, хотя бы ради Цусимы, это стало их частью.
«Второй брат...»
Кажется, он всё больше проникается идеями освобождения. Не знаю, хорошо это или плохо. Но если брат решит идти по этому пути, то после того как наступит независимость, у меня появится еще одна опора и статус родственника борца за независимость. Однако для него самого это может быть бесконечно опасным делом. Впрочем, я и сам занимаюсь опасными вещами.
«Нужно хорошенько выстрелить».
Я должен сделать это ради Цусимы и ради завтрашнего дня.
«Выстрелить?»
Я использую это слово только потому, что я — попаданец с воспоминаниями о будущем. Так или иначе, это именно «выстрел». До сих пор через второго брата я «стрелял» во Временное правительство. Но сегодня я «стреляю» в Цусиму ради себя и ради пятидесяти миллионов потомков.
«Может, превратить Цусиму в подобие Монако?»
Сам того не замечая, я становлюсь слишком жадным. Я подумал о том, что чрезмерная жадность может навлечь беду. Но поскольку я всячески поддерживаю фонды независимости, даже когда наступит освобождение, меня не смогут обделить вниманием.
«Словно тайный патриот...»
Я хотел выглядеть именно так, поэтому всё это и подстроил. И сегодня я претворяю план в жизнь, чтобы в будущем заполучить Цусиму.
«Уже пора бы...»
Примерно через час послышался шорох, и дверь в комнату медленно открылась. Грабители все как один были в масках. Один из них приставил нож к моему горлу.
— Открывай сейф.
— К-кто вы такие?
— Открывай сейф, если жить хочешь!
Лезвие было холодным. Я невольно почувствовал страх. «Как реалистично». Хотя это была «договорная игра», меня всё равно била дрожь. На миг даже промелькнула мысль: а вдруг они нарушат уговор и убьют меня?
— П-пощадите!
Страх и ужас перед возможной смертью заставили меня действовать согласно инстинктам.
— Если хочешь жить, живо открывай сейф! У ножа нет глаз.
Поскольку моя жизнь казалась висящей на волоске, я без лишних слов открыл сейф. Я заранее обменял значительную часть средств на мелкие золотые монеты, чтобы им было удобнее их нести.
— Нахапал же ты, прислуживая японцам как пёс.
Я подумал, что именно так меня видят окружающие. Поэтому я и затеял это опасное дело. Именно из-за своего голого желания процветать и после того, как наступит освобождение, я решился на такой поступок.
— ...
Так или иначе, корейцы считают всех богатых людей прояпонскими коллаборационистами. Это естественно, ведь мы приближаемся к концу эпохи, когда нельзя было добиться успеха, не будучи коллаборационистом. И даже когда наступит освобождение, потомки коллаборационистов будут жить в достатке. Такова эта чертова реальность. Но в этой чертовой реальности земля вечна, а сила денег огромна. В конце концов, именно сила денег спасла коллаборационистов после того, как пришло освобождение.
— Эти деньги пойдут на независимость Родины. Так и знай. Связать его.
— Есть.
Меня связали, и «грабители» собрались уходить.
«Нельзя просто позволить им забрать деньги».
Жестокие следователи из японского особого отдела будут расследовать это ограбление со всех сторон. Уже были патриоты, которые заявляли об ограблениях, чтобы скрыть помощь сопротивлению. Поэтому у меня должно быть что-то сломано или хотя бы нога проткнута ножом.
«Стратагема «нанесение себе увечий»».
Нет ничего, на что бы я не пошел, чтобы не вызвать подозрений.
— Эй вы! Если вы просто уйдете, что мне потом говорить?
— Что за бред ты несешь?
Видимо, среди них были и те, кто не знал о договоренности. Один из грабителей в маске посмотрел на меня с удивлением.
— У меня должно быть оправдание перед властями. Ткните меня ножом в бедро, прежде чем уйдете.
Только если я сам пострадаю, меня не заподозрят. И в каком-то смысле с Жандармерией будет совладать проще, чем с ищейками из полиции особого отдела. Эти ублюдки готовы сфабриковать любое обвинение, лишь бы выслужиться. Поэтому мне нужно завести тесные знакомства и с японскими жандармами. И за то короткое время, что осталось, я использую их как инструмент, чтобы собрать нечто грандиозное. Для меня это отличная возможность.
«Ведь скоро японцы всё бросят и сбегут».
Если я правильно использую офицеров Жандармерии, я смогу за бесценок скупить всё имущество, которым они владеют. Ведь когда Япония падет, они будут в отчаянии.
http://tl.rulate.ru/book/169472/13723945
Готово:
