— Рохана.
Когда Рохана подняла голову, Барди смотрел на нее сверху вниз с довольно мрачным выражением лица.
— Прости меня.
Рохана на мгновение оторопела, но затем вернула на лицо вежливую улыбку.
— Не стоит об этом.
Теперь ей было все равно, и эти слова звучали искренне.
— И за то, что напугал тогда… и за то, что лгал, будто ничего не изменится… за все.
Рохана едва подавила вздох, пока он продолжал говорить.
— Наши отношения… они были предопределены с самого начала. Поэтому я и сам не понимал своих чувств. Я не знал, что они могут измениться.
Рохана посмотрела на Барди. Раз уж они расстаются, нет смысла злиться или выказывать недовольство.
— Хорошо.
Это было все, что она могла сказать.
— Всего вам доброго.
На губах Барди появилась горькая усмешка. «Он ведь главный герой, поэтому даже когда творит всякие гадости, в конце у него все равно выходит красивая сцена?» — подумала она.
Было бы замечательно, если бы чувства Кейдена к Орелии тоже остыли настолько, чтобы он передумал развязывать войну. Кейден не казался человеком, способным на такое, но кто может знать, что творится у другого в душе.
— И ты, Рохана, обязательно будь счастлива.
— Благодарю.
Рохана улыбнулась. В этот момент вернулись Орелия и Кейден. Лицо Кейдена было суровым и застывшим.
«Неужели ему так больно по-настоящему расставаться с Орелией?» Когда Рохана невольно откашлялась, лицо Кейдена стало еще более жестким.
— Что ж, пойдем.
На слова Барди Орелия ответила коротким кивком. Пока они провожали взглядом удаляющуюся чету Императора и Императрицы, Кейден заговорил первым:
— Мы можем отправляться?
Рохана уже собиралась кивнуть, как вдруг спохватилась. В тот же миг за спиной раздался суетливый голос. Это была Джоди.
— Простите за опоздание!
В отличие от холодного Кейдена, Хис посмотрел на нее со своим обычным дружелюбным выражением лица.
— Джоди!
Джоди, причитая, объяснила, что забыла какие-то вещи.
— Тогда в путь, — скомандовал Кейден, садясь на коня, и множество копыт застучало по земле, поднимая шум.
Хис объяснил ей маршрут: они будут скакать весь день, вечером остановятся в деревне Лиф, а затем, после еще двух дней пути, прибудут в Нофталь.
Карета тронулась, унося Рохану прочь. В ее душе смешались напряжение, облегчение и какое-то давящее чувство. Кейден развернул коня, поравнялся с каретой и, склонившись, заглянул в окно.
— Если Дочь герцога почувствует себя плохо, немедленно скажи кучеру. Сэм, если услышишь ее, сразу останавливайся. Нам некуда спешить.
Джоди кивнула так энергично, будто от этого зависела ее жизнь, а Сэм почтительно ответил:
— Слушаюсь.
— Вы наверняка устанете, но не волнуйтесь. Мы будем ехать не спеша, так что перенапрягаться не придется.
Рохана смущенно улыбнулась, не понимая, от чего она может так сильно устать, если будет просто сидеть.
— Хорошо.
Кейден убедился, что Рохана удобно устроилась, и закрыл дверцу кареты. Холодный ветер возвещал о приходе зимы.
Кейден пришпорил коня, и длинная процессия последовала за ним. Рохана выглянула в окно. Дворец отдалялся быстрее, чем она ожидала.
Дубовый лес в сумерках.
Черная птица, хлопая маленькими крыльями, опустилась на плечо женщины в плаще.
К лапке птицы был привязан крошечный металлический тубус.
«Прибытие в Пайнчейзер ожидается сегодня вечером».
Женщина едва заметно шевельнула пальцами, и с их кончиков сорвалось пламя. Записка в мгновение ока превратилась в пепел и развеялась по ветру.
— Вперед.
Вслед за тихим голосом женщины в движение пришли несколько черных коней.
В ту ночь, когда ярко светила полная луна, пришло известие о смерти няни. Она не возвращалась в дом Герцога больше пяти дней, и вот пришла весть о ее кончине.
Сто дней... молодая женщина, которой пришлось заплатить цену за адаптацию Роханы в этом мире, ушла. Втайне от всех, не получив ни капли сочувствия.
Восьмилетняя Рохана выбежала в сад. Ей казалось, что, если она останется в той комнате, она задохнется от горя.
«Убийцы».
Даже под холодным лунным светом она чувствовала, как все тело охватывает обжигающий жар. И в этот миг... среди садовых деревьев, в потаенном углу, она заметила какое-то движение.
Затаив дыхание, она медленно приблизилась и увидела нечто поразительное.
Это был мальчик.
Совсем маленький и очень худой.
Черноволосый мальчик, который выглядел даже младше восьмилетней Роханы, сидел, прислонившись к дереву в саду, словно мертвый. Все его тело было в крови.
Вдалеке послышались мужские голоса.
— Обыскать сад.
Это был голос того, кто отдавал приказ.
— Но это владения семьи Хановер. Можно ли нам…
— Конечно можно, идиот. Заткнись и ищи.
Рохана не знала, что происходит, но понимала: если мальчика найдут, случится беда.
Она осторожно поднесла руку к его губам.
Едва ощутимое дыхание. В этот момент его окровавленные, иссохшие губы шевельнулись.
— Убирайся…
— Тсс.
Рохана зажала мальчику рот рукой. Ее мысли лихорадочно работали.
Между садовыми деревьями был узкий проход, через который с трудом мог протиснуться взрослый, а за ним начиналась тропа, ведущая в лес за пределами поместья. Скрытое место, которое казалось ошибкой в планировке огромного сада.
Пока она колебалась, послышались голоса мужчин, подошедших к соседним деревьям.
Рохана схватила мальчика за туловище и потянула на себя. Как только они оказались внутри прохода, по ту сторону густых зарослей раздались тяжелые шаги и шум.
Они успели в последний момент.
«Военная форма?»
Пока топот сапог и ругань солдат не стихли, Рохана не шевелилась, прижимая к себе мальчика и боясь даже вздохнуть.
Сколько времени прошло, прежде чем все стихло?
— Отпусти.
Мальчик, тяжело дыша, отстранился. На землю закапала темно-красная жидкость, смешиваясь с грязью. Крови было слишком много.
Что же делать?
Рохана огляделась. Позвать на помощь было некого. Кто станет помогать беглецу — рабу или слуге, которого явно жестоко избивали?
Черные волосы, пропитанные потом и кровью, прилипли ко лбу, а на запястьях и лодыжках багровели следы от кандалов.
— Тебе очень больно?
В левом боку мальчика зияла глубокая рана. Похоже, его ударили мечом, и кровотечение было очень сильным.
Рохана была в растерянности. Дрожащими руками она попыталась прижать ужасную рану, чтобы остановить кровь, отчего мальчик едва слышно выругался.
Но это не помогало. Кровь продолжала течь.
Сердце Роханы бешено колотилось. Она знала это чувство.
Знала слишком хорошо.
Когда лежишь на холодном асфальте, видишь удаляющийся белый свет и слышишь гул мотора. Когда из-за перебитой шеи ты можешь видеть лишь то, как твоя собственная кровь растекается лужей.
«Пожалуйста, кто-нибудь, помогите».
Но тогда ей никто не помог.
«Прости, ты была мне нужна».
Лишь нежный голос мальчика порой слышался в угасающем сознании. Вспомнив об этом, Рохана преисполнилась решимости и побежала обратно в свою комнату.
Если из-за ее появления в этом безумном мире погибла няня… возможно, на этот раз она сможет спасти этого человека. Ее маленькие ножки дрожали, но она не замедляла бег.
Она знала это, потому что сама уже умирала.
У этого мальчика осталось совсем мало времени.
*
Рохана очнулась от легкой дремоты.
«Надо же».
Ей приснилось то, что произошло пятнадцать лет назад. Странно, такое случалось нечасто. Она выглянула в окно: карета ехала по долгой дороге через лес. Путь действительно был неблизким.
Солнце уже клонилось к закату, и как раз в тот момент, когда она начала задаваться вопросом, сколько еще ехать, карета прибыла в Лиф — промежуточный пункт их путешествия.
Это место было владением семьи Графа Пайнчейзер, о которой Рохана слышала лишь из далеких слухов.
— Их Высочества Делклифф прибыли.
Стоило им приехать в Лиф, как обращение к ним мгновенно сменилось на «Ваше Высочество».
В Лифе было довольно холодно. Сразу чувствовалось, что они движутся на восток.
Выйдя из кареты, Рохана ощутила озноб. Вокруг было много высоких и густых вечнозеленых деревьев. Это был кедровый лес — символ Лифа.
В этот момент к ней подошел Кейден.
— Вам будет холодно.
Сказав это, Кейден передал Джоди тяжелый меховой плащ. Рохана смотрела на его спину, пока Джоди накидывала ей на плечи плащ, чей темно-серый цвет естественно сливался с окружающим пейзажем.
— Добро пожаловать в Лиф.
К ним вышла дама с необыкновенными и прекрасными волосами нежно-зеленого оттенка, элегантно убранными в прическу. На ее плечи была накинута мягкая шаль.
— Я Труди Пайнчейзер.
Голос ее звучал изысканно и твердо.
— Благодарю за гостеприимство.
Когда Рохана поприветствовала ее, Труди с немного натянутой улыбкой жестом пригласила их войти.
— Путь был долгим, вы, должно быть, устали?
Рохана покачала головой, следуя за ней в гостиную.
— Нет, все в порядке.
Потолки здесь были гораздо ниже, чем в столице, но в здании приятно пахло деревом. Для Роханы была приготовлена отдельная комната.
Переодевшись в новое платье из гораздо более плотной ткани, она вышла к ужину. Старинные, но ухоженные столовые приборы сияли в свете свечей.
— Благодарю вас, графиня, — сказала Рохана.
— Мы очень хотели встретиться с вами, для нас это честь, — ответила Труди вежливым, но холодным голосом. Рохана пыталась вспомнить, где она уже видела этот знакомый, но в то же время чужой взгляд, и вскоре поняла, что Труди очень напоминает ей Хиса.
— Герцог просил передать, чтобы мы начинали ужинать без него.
— О, вот как?
Она думала, они будут ужинать вместе… Чувствуя неловкость, Рохана постаралась улыбнуться еще шире.
— Мы были так удивлены, узнав, что Дочь герцога из семьи Хановер станет хозяйкой Нофталя, — произнесла графиня, когда подали антре.
— Вас это удивило?
«Впрочем, это неудивительно», — подумала про себя Рохана. Ведь последние пятнадцать лет считалось само собой разумеющимся, что семья герцога Хановер станет семьей Императрицы.
— Да, должно быть, вы немного беспокоитесь.
Беспокоюсь?
— Беспокоюсь о чем?
Услышав встречный вопрос Роханы, Труди Пайнчейзер едва заметно нахмурилась.
— Ах…
Покрутив в руках бокал для вина с необычайно широкой чашей, Труди на мгновение замялась, прежде чем ответить.
— Нет. Простите, я сказала лишнее.
Рохана некоторое время смотрела на натянутую улыбку Труди. В тишине был слышен лишь звук соприкосновения столовых приборов с тарелками.
В этом безмолвии Рохана, кажется, наконец поняла, куда она попала.
Все чувствовали себя неловко в ее присутствии. И, возможно, это было естественно.
«Она тоже из народа Карк?»
Рохана слегка тряхнула головой, прогоняя невольно возникшую мысль, и сосредоточилась на еде.
После ужина она попрощалась с графиней, которая тихо удалилась, и провела еще немного времени в гостиной, но ни Хис, ни Кейден так и не появились.
Понимая, что служанкам тоже нужно отдохнуть, Рохана вскоре легла в постель.
В Лифе царила тишина. Лишь ветер едва слышно шелестел в ветвях деревьев.
Рохана ворочалась с боку на бок: здешняя атмосфера слишком отличалась от дворца, где всегда слышались звуки шагов солдат или слуг.
http://tl.rulate.ru/book/169296/13677610
Готово:
