— Значит... вероятно, и сегодняшнее происшествие...
— Да. Нечто неведомое упало с небес, разрушая здания и суда, так что, очевидно, здесь была задействована магическая сила.
— Кто же?..
— Этого я и сам не знаю.
— Значит ли это, что народ Карк владеет этой... магической силой?
— Есть те, кто владеет, но это не значит, что все таковы. Если бы это было обычным делом, скрывать записи было бы не так-то просто.
Кейден, чей уголок рта изогнулся в холодной усмешке, допил содержимое бокала и ответил:
— За пределами дворца люди и бродячие артисты передают из уст в уста всякие небылицы, потому эта история до сих пор и жива.
Кейден замолчал так же внезапно, как и начал эту непривычно длинную для него тираду.
— Вот как.
В наступившей тишине Рохана вновь подняла голову.
— И теперь вы, должно быть, хотите спросить, владею ли магической силой я?
Рохана вздрогнула, а Кейден слегка улыбнулся, словно ожидая такой реакции.
Однако теперь он был другим. По-прежнему вежливым, но куда более опасным. Когда он склонил голову, густая тень от его высокой переносицы скользнула по лицу.
— Ну же, как вы думаете?
Заметив, как лицо Роханы напряглось, Кейден усмехнулся и поднялся со своего места.
В этот момент Рохана протянула руку и схватила его. Кейден впервые выглядел искренне удивленным и даже оторопел. Она разомкнула губы, но голос не повиновался ей.
— До встречи.
Она не знала, что сказать, пребывая в полном замешательстве. Рохана знала оригинальное произведение.
В конце концов, мало что шло так, как ей хотелось, но она хотя бы надеялась, что не столкнется с полной неизвестностью. Возможно, именно поэтому всё и шло наперекосяк.
Быть может, оригинальное произведение...
— Проводите дочь герцога.
Голос Кейдена вырвал Рохану из раздумий. Отдав приказ слугам у открытой двери, он направился в свою спальню, даже не обернувшись.
*
Роскошь высоких потолков и тяжелых штор из бархата и шелка теряла всякий смысл в комнате, где было настолько темно, что невозможно было отличить день от ночи. Воздух здесь был спертым, словно помещение не проветривали уже долгое время.
Врач в белоснежной одежде молча измерял температуру и пульс, а на ложе старый бывший император безмолвно смотрел в потолок.
— Позови императора.
Врач вздрогнул от неожиданности. Пока он в растерянности внимал голосу бывшего императора, который уже несколько дней не приходил в сознание и не проронил ни слова, послышался тихий скрип открываемой двери.
Услышав уверенные шаги, врач испуганно склонил голову.
— Я предчувствовал, что вы меня позовете.
Барди Рентворт, дождавшись, пока все выйдут и двери плотно закроются, заговорил с блеском в голубых глазах.
Констанс Рентворт. Его исхудавшее, потемневшее лицо было покрыто трупными пятнами, а губы настолько пересохли, что казалось, он не смог бы проглотить и кусочек самого изысканного яства.
Тяжело дыша, первый император Констанс посмотрел на своего внука и будущего правителя Барди. Сияющие голубые глаза внука были точь-в-точь как у него самого.
— Неужели... это были... бесчинства народа Карк?..
— Видимо, те, кто сюда заходит, совсем меня не слушают, сколько им ни приказывай держать язык за зубами.
Барди вальяжно уселся в кресло, и голос его звучал обманчиво ласково.
— Допустим... трон ты... уже забрал...
Старый император судорожно ловил ртом воздух.
— Всё равно... я не могу... показаться людям в таком виде...
Из-за приступа сильного кашля старик долго не мог продолжать. Барди холодно взирал на своего деда, олицетворявшего былую славу.
Теперь дед ничего для него не значил. Несмотря на то, что тот приложил все усилия, чтобы отойти от дел, само его существование вызывало у Барди отвращение и тяготило его.
— Но... позволять народу Карк... так неистовствовать...
— И что бы вы сделали на моем месте, дедушка?
Терпение Барди лопнуло, и он грубо оборвал Констанса.
— Как я мог знать об этом заранее? И что мне делать с тем, от чего уже и следа не осталось?
— И всё же... именно для этого... тебе, молодому...
— Не стоит просить меня разгребать то дерьмо, которое вы сами не смогли убрать в свое время.
Констанс с трудом поднял взгляд своих голубых глаз. Он знал, что мальчик становится всё более дерзким и пугающим, но до такой степени ситуация обострилась лишь недавно.
Он уступил трон, решив, что лучше внуку стать императором, чем показывать людям собственную немощь.
— Уничтожить... народ Карк... невозможно.
— Это еще почему?
Голубые глаза Барди хищно блеснули в полумраке.
— Мне кажется, я смогу решить эту проблему очень просто...
— Исполь... используй Кейдена. Только он... ради империи... сможет обуздать... народ Карк...
— Боже, как же вам, должно быть, тяжело выдавливать из себя слова ради таких никчемных советов.
Барди саркастично скрестил руки на груди. В мгновение ока Констанс, чье терпение иссякло, в ярости приоткрыл иссохший рот, словно собираясь закричать.
— Ты... как ты мог... едва став императором!..
— Знаю, вы поражены тем, что ваш добрый внук исчез, — продолжил Барди. — Но я хочу, чтобы мы прекратили этот цирк. Хватит трепетать и пресмыкаться перед Кейденом. Если он дожил до сего дня лишь благодаря дарованной жизни, то этот мерзавец и так засиделся на этом свете. Подумать только, какой-то полукровка.
Барди процедил это сквозь зубы.
— Если бы... я только знал...
— Если бы только знали?
Когда бывший император, задыхаясь от ярости, попытался приподняться на постели, тяжелая ладонь Барди властно придавила его плечо.
— Снова заведете песню о Кейдене? Как и в старые добрые времена?
Голос Барди был вкрадчивым и мягким, но в нем чувствовался смертельный яд.
— Что... что?..
— Думали, я не знаю? Думали, ни я, ни мой отец об этом не догадывались?
Увидев выражение глаз Барди, Констанс в шоке замер с разинутым ртом.
— Так... неужели это вы...
Потрясенный внезапной догадкой, старый император внезапно начал хрипеть, не в силах вздохнуть.
Барди с выражением глубокого отвращения поднялся и позвонил в колокольчик. В комнату вошел слуга, а следом за ним и врач.
— Отныне только ты будешь входить сюда.
Врач усердно закивал:
— Да, Ваше Величество.
— И если хоть одно слово, сказанное бывшим императором, выйдет за эти стены...
— Не беспокойтесь.
— Если он откроет рот в присутствии кого-либо, кроме тебя, погрузи его в глубокий сон.
— Слушаюсь.
— Не жалей лекарств. Мне плевать, даже если он умрет.
— Да.
Глаза врача алчно блеснули. Казалось, возможность оказаться на стороне императора была для него пределом мечтаний.
*
— Мне нужно ненадолго отлучиться в Нофталь.
Услышав слова Кейдена, Хис, стоявший у окна, закрыл створку.
— В Нофталь?
— Поручу Сириюлю изучить осколок люстры. Похоже, это дело не терпит отлагательств.
Кейден тяжело вздохнул. В Императорском дворце воцарилась ночная тишина, словно дневного переполоха и не бывало.
— Даже R. D. не под силу управлять магическими зверями. Такого не случалось даже во время великой войны, верно? Даже если их появление — случайность, всё это выглядит странно.
Кейден коротко кивнул на слова Хиса. Магические звери считались мудрее людей. И всё же один из них явился и напал, оставив после себя лишь хаос вместо серьезных разрушений.
— Но почему тебе нужно ехать именно сейчас?
— Я слишком долго задержался в столице.
Хис усмехнулся, услышав холодный тон Кейдена.
— До твоей свадьбы осталось совсем немного, может, побудешь еще чуть-чуть? Императорская свадьба ведь буквально послезавтра.
— Мне нужно кое-что привезти.
Хотя Кейден произнес это буднично и ровно, чутье старого друга подсказало Хису, что тот сосредоточен именно на том, что собрался «привезти».
— Кое-что привезти?
Кейден нахмурился, словно его раздражали эти настойчивые расспросы.
— Занимайся своим делом, хорошо?
Хис развернулся, оставляя Кейдена, который выглядел необычайно озабоченным. Это не было похоже на его обычную реакцию на происшествия.
Столкнувшись с врагом, Кейден обычно становился пугающе спокойным и холодным. Хис недоуменно покачал головой: Кейден, всегда такой невозмутимый, сейчас казался не столько холодным, сколько...
Немного выбитым из колеи.
— Уезжаешь завтра же?
Кейден коротко кивнул, не отрывая взгляда от книги.
— Присмотри за Роханой.
— Присмотреть?
Герцог на мгновение задумался, прежде чем ответить.
— Неизвестно, что она может предпринять в одиночку.
— Предпринять что?
Хис прищурился, глядя в лицо Кейдена — человека, который был намного моложе его, но уже стал совсем взрослым.
Герцог с сухим стуком закрыл книгу, выдержав паузу.
— Чтобы она не сбежала.
Только тогда Хис понимающе кивнул.
*
Прошло несколько дней после беспорядков в городе. Не придя к какому-то определенному выводу, жители империи хранили молчание, словно столкнулись с неизбежным стихийным бедствием.
Как будто произошло обычное землетрясение, о котором больше не было нужды упоминать.
О Кейдене, исчезнувшем сразу после столичной суматохи, не было никаких вестей. Время неумолимо шло вперед, и вот наступило утро дня Императорской свадьбы.
http://tl.rulate.ru/book/169296/13677607
Готово:
