Поистине сияющий золотой принц.
Селестиан стоял перед Дафной. Он делал вид, будто его крайне интересует окружающая обстановка, словно он видел это впервые.
— Позади тебя кишат члены королевской семьи. Они наверняка скажут, что это невежливо.
Они были из тех, кто добавил бы еще сотню слов о том, как смеет Предатель поворачиваться спиной к монаршим особам или вступать в перепалки, даже явившись на праздник Королевского двора. Дафна, зная это, была уже сыта по горло.
— Я иностранец, так что подобному этикету не обучен, — бодро ответил Селестиан. Видимо, те несколько лет, что он прожил в королевском дворце, он решил окончательно вычеркнуть из памяти.
— Иностранец только тогда, когда тебе это удобно.
— Ах, тогда…
Селестиан наклонился, словно собираясь отойти в сторону. Дафна крепко вцепилась в полы его жилета. Ей не слишком нравилось, что он выше нее, но в такие моменты это было весьма полезно.
— Ой, нет. Стой как стоял.
— Кажется, на этот раз тебе не с кем обменяться приветственным поцелуем?
Дафна слегка приподнялась на цыпочках, высматривая людей за плечом Селестиана. Королевская семья и высокопоставленные дворяне Секрадиона не особо жаловали Дафну. Причина была проста.
Потому что она была жадной женщиной.
— В местном светском обществе я — изгой. Если в меня полетят бутылки, прикрой своей спиной. Докажи свою полезность.
Он издал сухой смешок, будто пораженный ее наглостью.
— Вы так прелестно выражаетесь.
— Не стоит благодарности.
Определенно, когда обзор был закрыт, дышалось легче. Подумать только, ее щит — Предатель! Дафна удовлетворенно улыбнулась.
— Оказывается, вы всё же умеете считаться с чужим мнением.
— Терпеть не могу подобные обороты. «Считаться», «соглашаться», «полагаться».
— Оказывается, вы изволите изъясняться иначе. Ах, это тоже звучит официально?
Дафна хихикнула над шуткой Селестиана. Он тоже улыбнулся, прищурив глаза. Дафна, делая вид, что поправляет его воротник, нарочито небрежно отряхнула его жилет.
— Приходится считаться. Они ведь высокопоставленные особы. Заслуживают уважения, несут ответственность за судьбу страны и всё такое. И еще…
— И?
— Мне теперь лень ввязываться в скандалы.
Члены королевской семьи Секрадиона были из тех, кто рождался в благородстве, жил в благородстве и умирал в благородстве. Для них было естественным купаться в роскоши, и их боготворили только за то, что в их жилах текла нужная кровь, хотя они и пальцем не ударили ради страны.
Поскольку их осталось совсем немного, их эпоха подходила к концу. Возможно, именно поэтому они еще сильнее ненавидели «Предателя». Ведь их время едва не закончилось по-настоящему. Иногда они даже заявлялись к ней в заведения и устраивали погромы.
Но тут уж ничего не поделаешь. Королевская кровь — это благородно и очень ценно.
«Если бы Селестиан действительно преуспел в государственной измене…»
— Кажется, ваши мысли сейчас заняты совсем другим, — Селестиан, похоже, прочитал выражение лица Дафны.
— Верно. Думаю о том, как бы все они чертовски облажались.
Дафна притянула Селестиана за воротник и прошептала это совсем тихо.
— Даф.
Раздался мягкий, но решительный голос. Дафна обернулась. Это была Психея.
В ее голубых глазах вспыхнула радость, которую она не смогла скрыть. Однако она тут же замерла, заметив мужчину рядом с Дафной. Селестиан, приложив большую ладонь к груди, слегка поклонился Психее в знак приветствия.
Лицо Психеи мгновенно окаменело. А затем…
«Злится, злится».
В ее глазах начал разгораться холодный гнев. Дафна на мгновение задумалась, почему та так рассержена.
«А, Ромео… Ты ведь не сказал Психее, что «мы» придем?»
Ромео улыбался довольно неловко. Точнее, он буквально «сиял». Он быстро шагнул вперед, заслоняя собой Психею, словно пытаясь ее успокоить.
«Совсем распоясался, ублюдок со скверным хобби».
Дафна издала издевательский смешок. Психея от гнева обычно краснела, и Ромео обожал это выражение ее лица. Это означало, что он намеренно вгонял главную героиню в панику, чтобы потом утешать.
Предположив, что и в этот раз причина та же, Дафна содрогнулась от мрачного нутра своего кузена.
«Счастье еще, что вином в лицо не получила».
Радовало лишь то, что собравшиеся неподалеку высокородные особы не заметили странного напряжения в их компании.
❖ ❖ ❖
Пока Психея отошла в дамскую комнату вместе с несколькими знатными дамами, Дафну и Селестиана увлекли в обеденный зал, где стояло множество круглых столов, покрытых белым шелком. Здесь было немноголюдно — сюда забредали лишь те, кто устал от бесконечных танцев.
— На этот раз ты сидишь рядом со мной. Нравится?
Дафна, собиравшаяся ответить, что ей это совсем не по душе, лишь изобразила кривую усмешку.
«Ох…»
Селестиан, без преувеличения, стоял почти вплотную к Дафне. Убедившись, что Ромео уже сел, он самолично отодвинул для Дафны стул.
Дафна, которой сегодня почему-то импонировала такая необычная заботливость Селестиана, уже была готова рассмеяться, но тут же помрачнела. Виной тому был поступок ее кузена, который носком сапога отпихнул стул, отодвинутый Селестианом.
— Отойдите-ка, уважаемый.
Селестиан изогнул бровь. Тем временем Ромео отодвинул стул слева от себя и кивком указал Дафне, чтобы она садилась.
«Невоспитанный паршивец».
Дафна перевела взгляд на аккуратно разложенные столовые приборы. Ей страстно захотелось по очереди воткнуть их в каждое отверстие на теле Ромео.
Селестиан, сохраняя идеальную осанку, с интересом смотрел на Ромео сверху вниз.
— Тогда я, пожалуй…
Дафна заерзала, намереваясь найти Психею, загладить всё поцелуем и уйти домой.
— А ты сиди. У меня есть разговор.
— Может, напишете в письме? Я пойду к Психее.
— Она скоро придет. Если вы разминетесь, будет хуже.
Что этот идиот несет? Чувствуя, как силы покидают ее, Дафна опустила глаза. Затем она подняла голову и обратилась к Селестиану:
— Принц, может быть, вы подождете снаружи?
— В этом месте единственный «принц» — это я, Диди.
Почему он постоянно цепляется к словам? Дафна послушно перефразировала:
— Селестиан, не могли бы вы подождать меня немного снаружи? Я только поздороваюсь и выйду.
Но куда ему было идти?
Миша наверняка отдыхал где-то в этой вилле, но он был из тех, кто любит забиться в угол и сидеть в одиночестве, так что отправлять Селестиана к нему было плохой идеей.
Селестиан как-то странно улыбнулся и послушно кивнул.
— До встречи, «Роми».
И после этого он действительно внезапно исчез.
— Ромео, ну правда, что с тобой? Ты так уверен в себе? Почему не идешь к Психее?
— Даже без этого я хорошо отношусь к Психее. Как ты и учила. Улыбаюсь в меру, уступаю.
Дафна раздраженно вздохнула. В горле пересохло, но стоящее перед ней вино почему-то не вызывало желания его выпить.
— Боже… Хочу эмигрировать.
Ромео, чьи золотистые радужки едва виднелись из-за прищуренных в усмешке глаз, поднес бокал вина к губам.
— Так что ты хотел сказать?
— Почему вы пришли вместе?
Они заговорили одновременно. Ромео смотрел на дверь, в которой исчез Селестиан. Неужели он не помнит, что сам его пригласил? Дафна в недоумении склонила голову.
— Ты же сам его пригласил.
— Я?
Ромео удивленно вскинул брови. В приглашении, полученном от секретаря Ромео несколько дней назад на вечеринке в Конье, определенно значилось имя Селестиана.
— Неужели.
— И что мне сказать? Прошу прощения за его грубость?
Отхлебнув вина, Ромео пожал плечами.
— Грубость — это то, чем занимается твой принц. Кажется, он постоянно забывает, что он Предатель. Посмотри только, как нагло он собирался сесть.
Дафна впервые видела, чтобы ее кузен, старательно создававший имидж жизнерадостного Кронпринца, так открыто кого-то поливал грязью. Ей было нечего возразить.
Ромео сделал еще один глоток.
«Эх, неужели никто яду не подсыпал… Хоть бы Кронпринц поскорее исчез».
Дафна сверлила взглядом алую жидкость, текущую в его красные губы, предаваясь мрачным мыслям. И тут ей внезапно вспомнилось то, что Миша на днях сказал в шутку.
— Послушай, а кто указан наследником того имущества, что ты получил от тети? Психея? Или…
В один миг лицо Ромео исказилось. Его резкие черты лица стали гневными, а исходящее давление — ошеломляющим.
Он схватил Дафну за запястье. В другой руке он всё еще держал бутылку вина. От его мертвой хватки она невольно поморщилась.
— Ослабь руку. Я, конечно, прекрасна, но к тому же хрупка, так что легко ломаюсь.
— Диди, идем сюда.
Ромео даже не удосужился отшутиться.
— Ты скоро женишься, создашь семью, а ведешь себя так по-детски.
Несмотря на ее ворчание, Ромео, плотно сжав губы, молча тащил Дафну за собой. Дафна, ошеломленная его силой, не могла сопротивляться.
Только когда они вышли на террасу, Ромео разжал руку. Дафна несколько раз сжала и разжала пальцы, по которым словно пробежал электрический ток. Прошло всего мгновение, но запястье уже налилось багровым цветом.
— Да у тебя сил просто немерено!
Дафна набрала в грудь воздуха, собираясь обложить кузена последними словами, и повернулась к нему. Ромео нервно сорвал кольцо с указательного пальца правой руки и смял его.
— Смотри.
Он бросил кольцо в бутылку, а затем швырнул ее на пол. От вдребезги разбитой бутылки по зеленому платью Дафны, словно волна, разлетелись темно-красные брызги.
— Ой.
Кольцо, показавшееся из осколков, почернело. Ромео, откашлявшись, снова крепко схватил Дафну за плечи и требовательно спросил:
— Это вино принесла ты?
— Э-э…
Дафна обладала эксклюзивным правом продажи высококачественного вина из юго-западных регионов империи Аджентар на территории королевства. На праздники Психеи Дафна всегда поставляла либо алкоголь, либо фрукты, и Ромео об этом прекрасно знал.
— Клянусь чем угодно, это не я. Ты же знаешь, я такими чистыми методами не пользуюсь. Если бы я хотела тебя убить, я бы уже застрелила тебя и покончила с собой.
Дафна была невиновна.
— Это признание?
— Я говорю, что если убью тебя, мне тоже крышка!
— Слишком подозрительный момент. Зачем ты спросила про наследника?
— Эй, это была шутка. И вообще, убери руки.
Ромео, словно сдаваясь, поднял руки. Вскоре его лицо побледнело, как бумага, его исказила гримаса тошноты.
Дафна первым первым делом подставила руку к его губам. Она не решалась похлопать его по спине — если сделать это неправильно, яд мог усвоиться еще быстрее.
Оба кузена с детства проходили тренировки против отравлений, поэтому у них был определенный иммунитет к большинству ядов.
«К тому же, он главный герой, так что не умрет».
Однако, когда яд вливают прямо в глотку, это всё равно должно быть больно.
— Ваше Высочество, сколько глотков вы сделали?
— Три.
Ромео обернулся к Дафне с покрасневшими глазами.
— Это правда не я.
— Знаю.
Ромео силой затащил Дафну сюда, чтобы быстро сориентироваться в ситуации.
Ведь в этом банкетном зале было полно членов королевской семьи, которые только и ждали повода продемонстрировать свою власть и вставить слово.
В случае инцидента «Злодейка, явившаяся с Предателем», могла стать первой мишенью для обвинений, а Ромео не особо любил, когда кто-то, кроме него самого, заставлял Дафну нервничать.
— Прикасаться к тебе — просто отвратительно, — медленно пробормотал Ромео, наваливаясь всем своим крупным телом на Дафну.
— Да иди ты уже в ад, кузен, выпей еще по дороге.
Несмотря на свои слова, Дафна не оттолкнула его. Если бы она усадила его и привела Селестиана, всё можно было бы быстро уладить, но если до этого момента их заметят здешние гиены…
При этой мысли Дафна оглянулась на зал и замерла.
«Ах».
Звук разбитой бутылки не остался незамеченным. Силуэты четырех или пяти дворян, просвечивающие сквозь занавески, указывали на то, что они бесцеремонно подглядывают за происходящим.
Дафна с застывшим выражением лица еще раз окинула взглядом сцену, в которой оказалась.
Залитый вином пол, красные осколки и Кронпринц, упавший в ее объятия.
И кто она в этой истории?
— Роми, очнись. Кажется, мы влипли по-крупному.
Ах, точно. Она ведь была великой Злодейкой.
http://tl.rulate.ru/book/169293/13675558
