Я мгновенно выскочила вперед.
В руке у меня как раз был напиток, и я выплеснула всё содержимое бокала.
Стоило мне облить её соком, как слабое пламя тут же погасло, но молодая леди Рамира оказалась в ужасном виде. На её платье расплылось огромное пятно, не говоря уже о том, что макияж на лице окончательно поплыл.
— А-а-а! Что это такое?!
Молодая леди Рамира вскрикнула, тяжело дыша от ярости.
— Ты!..
Теперь она даже не пыталась говорить вежливо. Она топнула ногой, и её прическа, которая до этого хоть как-то держалась, окончательно развалилась, а волосы рассыпались по плечам.
— Это всё твоих рук дело, верно?!
Молодая леди Рамира, уставившись на меня так, словно хотела убить, замахнулась рукой. От её угрожающего вида я невольно вздрогнула.
В этот момент подошла Эсмеральда и перехватила руку молодой леди Рамиры. Затем она высоко подняла её, чтобы все могли видеть.
— Молодая леди! Это ведь браслет леди Рейны?
Растерявшись на мгновение, молодая леди Рамира быстро отдернула руку. Однако все собравшиеся вокруг люди уже успели всё увидеть.
— О боже, это и правда браслет леди Рейны. Он такой необычный, что сразу бросается в глаза.
— Неужели леди Рейна сама одолжила его ей?
Когда люди начали перешептываться, молодая леди Рамира побледнела как полотно.
Я сделала вид, что удивлена, широко раскрыла глаза и подошла к молодой леди Рамире.
— Вы же сами сказали, что присмотрите за ним? Что он слишком роскошный и не подходит для церемонии помолвки...
— Ты... Ты...
Молодая леди Рамира дрожала всем телом и тяжело сопела, но не могла вымолвить ни слова.
— Э-это... это всё клевета!
Молодая леди широко раскрытыми глазами обвела толпу. Заметив среди них Кириана, она жалобно протянула к нему руки.
— Молодой господин Кириан! Пожалуйста, скажите им. Вы ведь знаете, что эта простолюдинка сама отдала мне браслет, а теперь лжёт?
Все взгляды устремились на Кириана. У всех были такие лица, будто они смотрят захватывающее зрелище. Казалось, их не интересовала истина — им просто хотелось свежих сплетен.
Кириан слегка нахмурился, словно не понимал, о чем речь.
— Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите.
Молодая леди была на грани обморока. Однако вместо того чтобы винить Кириана, она снова уставилась на меня налившимися кровью глазами.
— Ты! Ты! Я знаю, что это всё ты! Это ты всё подстроила!
Эсмеральда скрестила руки на груди. Она немного покачивалась — похоже, её давний недуг, звон в ушах, снова дал о себе знать, но она не отступила.
— Молодая леди, я больше не могу это слушать. Давайте называть вещи своими именами. Это вы придрались к леди Рейне, которая пришла в довольно скромном наряде, под нелепым предлогом, будто её браслет слишком шикарен и это неуважительно по отношению к церемонии помолвки. И именно вы предложили «сохранить» его. А теперь вы пытались его присвоить? У вас совесть вообще есть?
Молодая леди тоже не собиралась сдаваться. Она была на редкость упряма.
— Откуда тебе знать?! Браслет загорелся сам по себе! Кто, если не эта простолюдинка, мог такое сотворить-!
Я тихо вздохнула.
— Надо же было такому случиться... Я как раз смазала этот браслет маслом, чтобы надеть его сегодня.
Я покачала головой с крайне раздосадованным видом.
— Если бы вы не забрали его без спроса, ничего бы этого не произошло.
В конце концов молодая леди Рамира лишилась дара речи и только беззвучно открывала и закрывала рот. С растрепанными волосами и причудливо размазанным макияжем она в этот момент была похожа на привидение.
— Пф-ф.
Эсмеральда не выдержала и тихо рассмеялась. Этот смешок стал сигналом, и веселье быстро распространилось по залу.
Я равнодушно наблюдала за тем, как молодая леди Рамира, не выдержав насмешек, в слезах убежала в сторону дамской комнаты.
Среди смеявшихся были и подруги молодой леди Рамиры, но никто из них не поспешил за ней. Даже её мать, вместо того чтобы позаботиться о дочери, была занята тем, что поспешно объясняла другим дамам, что произошло какое-то недоразумение.
Таковы были аристократы.
Люди, которые подходят к тебе с улыбкой, притворяясь друзьями, но в любой момент готовы отвернуться. Общество, где вчерашний союзник становится сегодняшним врагом, а вчерашний враг — сегодняшним союзником. В этом мире единственное, на что можно было по-настоящему опереться — это ты сама и власть.
Я знала об этом с самого начала. Я кое-как приспособилась и жила вполне неплохо. Но с годами усталость становилась неизбежной.
У меня не было какой-то особой неприязни к молодой леди Рамире. Я просто устала.
Чем меньше я реагировала, тем настойчивее она становилась. Мне просто хотелось, чтобы это прекратилось.
В этот момент кто-то коснулся моей руки.
Это был Кириан. Когда наши взгляды встретились, его губы растянулись в мягкой улыбке.
— Пойдем, сестра.
Повинуясь его жесту, мы оставили позади испорченную церемонию помолвки и вышли в сад. Глоток прохладного ночного воздуха немного успокоил мои растрепанные чувства.
— Спасибо, Кириан. За то, что помог.
Я осторожно вгляделась в лицо Кириана.
В последнее время мне становилось всё труднее понять, о чем он думает.
В детстве мне казалось, что мы стали довольно близки, но однажды Кириан тяжело переболел лихорадкой, и после этого его отношение ко мне немного изменилось.
Разница была едва уловимой, иногда я даже думала, что мне кажется, но это чувство нельзя было просто игнорировать — оно сидело внутри, как крошечная заноза под кожей.
Он вел себя со мной куда более галантно и по-взрослому, чем раньше, но меня не покидало ощущение, что он больше не выражает свои чувства так искренне, как в детстве.
Наверное, это часть процесса взросления, но мне всё равно было немного грустно.
— Мы же семья, конечно, я должен помогать.
Кириан слабо улыбнулся.
— Да. И всё же спасибо. Без тебя я бы не справилась.
Хотя на его губах всё еще играла слабая улыбка, взгляд Кириана быстро посуровел.
Так было всегда. Он был бесконечно добр и ласков, но иногда, когда он молча и пристально разглядывал меня, мне хотелось вскрыть его голову, чтобы узнать, какие мысли там роятся.
Почувствовав его необъяснимо холодный взгляд, я нарочно рассмеялась громче.
— Но как тебе удалось убедить молодую леди Рамиру? Ты сказал, чтобы я просто верила тебе, но, честно говоря, я сомневалась.
Кириан на мгновение сжал губы.
— Это было непросто.
— Непросто?
— Я ведь совсем не умею лгать.
Кириан лгал с самым невозмутимым видом.
А ведь он тот еще лжец. Просто из-за его исключительного положения ему редко приходилось лгать. У Кириана не было слабостей, которые нужно было скрывать, и не было людей, перед которыми ему нужно было лебезить.
В отличие от меня, чья ложь с годами только множилась в попытках выжить в аристократическом обществе.
Хотя благодаря поддержке герцогского дома не так много дворян осмеливались открыто задевать меня, как молодая леди Рамира, это не означало, что я не чувствовала презрения в мимолетных взглядах и обрывках фраз.
Мне приходилось надевать всё более плотную маску.
Кириан снова потянул меня за руку. Заметив, что я погрузилась в свои мысли, он улыбнулся, и в уголках его глаз собрались мелкие морщинки. Это была та самая невинная улыбка, которую в последнее время редко можно было увидеть.
— Так что похвали меня. Мне было правда тяжело, и настроение испортилось.
Давно такого не было. Чтобы Кириан так открыто выражал свои чувства.
Он больше не сучил руками и ногами, капризничая, но эти по-детски ворчливые жалобы заставили меня невольно усмехнуться.
Благодаря этому неприятный осадок, оставшийся после стычки с молодой леди Рамирой, немного рассеялся.
— Ой-ой, бедный мой.
Я высвободила руку и взъерошила волосы Кириана. Он послушно подставил голову, но при этом снова перехватил мою вторую руку.
На следующий день я весь день ломала голову над письмом для Хиса.
«Как ваши дела?»
После дежурных приветствий, разговоров о погоде и здоровье, когда дело дошло до сути, я никак не могла подобрать подходящую фразу.
Написав и удалив множество вариантов, я в конце концов выдавила одно предложение:
«Хороших новостей пока нет, но я попробую еще раз поговорить с герцогом».
В итоге я приписала эту бессмысленную фразу и закончила письмо очередным упоминанием погоды. К тому времени, как я поставила подпись, солнце уже клонилось к закату.
— Э-эх...
Не знаю, не вылечу ли я в итоге с места невесты.
— Все обручаются, кроме меня. Весь мир празднует помолвки, и только у меня ничего не выходит.
До начала оригинальной истории осталось совсем немного, и в последнее время я буквально потеряла сон.
И без того наши отношения с Кирианом понемногу становились прохладными, а тут еще и план по обретению независимости никак не продвигался — это сводило меня с ума.
Я провела ладонью по изнуренному лицу и оставила письмо на столе, чтобы горничная могла его отправить.
— Господи, господи. В таком возрасте — и бессонница.
Я похлопала себя по груди и вышла из комнаты. Казалось, мне нужно пробежать несколько кругов по саду, чтобы выбиться из сил и наконец уснуть.
Кириан бесшумно вошел в пустую комнату и взял письмо, лежавшее на столе. Аккуратно вскрыв печать, он развернул бумагу и быстро пробежал глазами по строчкам.
Прочитав содержимое, он невольно поджал губы.
Несколькими сухими движениями он вернул письмо в первоначальный вид, словно его и не вскрывали.
Кириан задумчиво постучал письмом по губам.
Его догадка оказалась верной.
Для влюбленных письмо было слишком сухим. Хотя в нем неизменно присутствовало обещание добиться помолвки, в нем не было той страсти, которая присуща паре, стремящейся преодолеть все преграды и возражения.
Банальные разговоры о погоде. Забота о здоровье. Рассказ о делах, больше похожий на сухой отчет помощника о распорядке дня.
Хотя он понимал, что еще рано делать выводы, в его душе уже зародилась маленькая надежда.
Надежда на то, что чувства сестры, о которых он случайно узнал в тот день, могли измениться.
Надежда на то, что самое важное место в её сердце всё еще свободно.
Кириан аккуратно положил письмо обратно на стол и вышел из комнаты.
Через окно в коридоре он увидел сестру, бегающую по саду.
— Бессонница становится всё сильнее.
На лбу Кириана пролегла складка. Должно быть, она настолько отчаянно вцепилась в идею этой помолвки.
Он не знал, что у неё на уме, но теперь это начинало его беспокоить.
Вдохновленный письмом, Кириан на мгновение замер у окна, погрузившись в раздумья.
— Какая-то там помолвка...
Мраморный подоконник под его рукой слегка треснул.
— Я смогу разрушить её в два счета.
Главное — это чувства сестры.
Я изрядно пропотела, долго отмокала в ванне с ароматическими маслами, а затем, пошатываясь от усталости, направилась к кровати. Тело было свинцовым. Но, несмотря на все усилия, я несколько часов просто лежала, уставившись в потолок широко раскрытыми глазами.
В этот момент в комнате раздался тихий стук в дверь. Открыв её, я увидела Кириана с подушкой в руках.
— Сестра, мне не спится. Уложи меня.
В его лучезарной улыбке не было ничего от капризного ребенка — скорее, в ней таился какой-то опасный блеск.
http://tl.rulate.ru/book/169244/13664741
