Дифрин на мгновение замер от столь решительного поступка, который был совершенно немыслим для прежней Ивелин. Между их соприкоснувшимися ладонями пробежало тепло.
Лишь спустя секунду Дифрин резко отдернул руку.
— Что ты творишь?
— Мы можем не делить одну спальню, но позвольте мне хотя бы изредка вот так держать вас за руку.
Брови Дифрина исказились в гримасе. Это был явный жест отказа. Однако Ивелин, не обращая на это внимания, продолжила:
— Я не прошу вашей любви. Но иногда мне просто не хватает человеческого тепла. Вы и сами знаете... у меня ведь не осталось семьи.
Она привела вполне убедительный довод, умело разыграв нужную эмоцию, но Дифрин лишь отвернулся, словно избегая ответа.
— Церемония скоро начнется. Выходи.
Глядя на удаляющуюся спину Дифрина, безучастно открывшего дверь, Ивелин едва заметно приподняла уголки губ.
Таким образом, способом облегчить его головную боль был именно тактильный контакт с Ивелин.
Должно быть, в тот момент, когда она взяла его за руку, он почувствовал, как боль утихает, сменяясь чувством умиротворения, которого он не знал всю свою жизнь.
Как бы он ни злился и ни ненавидел её, Дифрин и Ивелин были связаны судьбой этого мира.
«В конечном итоге всё закончится разводом, конечно».
В качестве предлога для получения отступных нужно будет использовать помощь в лечении его хронической мигрени. Сумма, которую он тратит только на лекарства от головы, сопоставима со стоимостью небольшого особняка, так что при разводе он вряд ли сможет сделать вид, что ничего не заметил.
Придя к такому выводу, Ивелин решила смириться с этим ужасным браком.
Свадебная церемония благополучно завершилась, и Ивелин с Дифрином сели в экипаж, направлявшийся в поместье герцога в столице.
Ивелин мерно покачивалась в такт движению кареты, погрузившись в раздумья.
Она твердо решила развестись через два года, но до этого времени ей предстояло столкнуться со множеством испытаний. Ведь вокруг неё были одни лишь враги.
«Холодная свекровь, недружелюбный свёкор, слуги, презирающие хозяйку дома...»
Недоброжелателей было гораздо больше, но пока она решила сосредоточиться на этих.
Мысленно покачав головой, Ивелин внезапно вспомнила о трудности совсем иного рода, нежели тяготы семейной жизни.
А именно — о втором главном герое, Фенрисе.
Фенрис был вторым императорским принцем. Обладатель черных волос, мягких черт лица и крайне обходительного нрава. Можно сказать, полная противоположность Дифрину как внешне, так и по характеру.
Но если бы в сюжете появился такой нормальный человек, это не был бы мрачный роман.
Он влюбляется в Ивелин и начинает проявлять знаки внимания крайне ненормальными способами.
«Например, похищение или заточение».
Почему в этом мире нет ни одного нормального человека?
В тот момент, когда Ивелин думала о том, что со всеми персонажами здесь что-то не так, раздался недовольный голос Дифрина:
— Ты вообще меня слушаешь?
Подняв голову, она увидела, что Дифрин слегка нахмурился.
«Похоже, я невольно проигнорировала его слова».
Ивелин захлопала ресницами.
— Что?
— Как я уже говорил в свадебном зале, спальни у нас будут раздельные. Обедать мы тоже будем порознь.
А, так вот о чем он.
Ивелин кивнула с таким видом, будто это было само собой разумеющимся.
— Да, давайте так и сделаем.
— У меня будет много дней, когда я буду уходить рано и возвращаться поздно, так что тебе нет нужды выходить и приветствовать меня.
Хотя встречать и провожать мужа входило в обязанности жены, если этого можно было не делать, Ивелин была только «за».
— Хорошо.
Когда она и в этот раз с готовностью согласилась, Дифрин пристально посмотрел на неё. Словно видел перед собой незнакомку.
Ивелин запоздало спохватилась.
«...Кажется, я ответила слишком быстро».
До самого развода ей нужно было придерживаться образа влюбленной в Дифрина женщины. Чтобы у него не возникло никаких подозрений. А когда дело дойдет до разговора о разводе, она должна будет принять это с настроением: «Я всё еще люблю тебя, но у меня нет другого выбора...».
Дифрин с недовольным видом открыл рот:
— Послушай, ты... —
Ивелин посмотрела на него с невинным выражением лица, безмолвно переспрашивая: «Да?»
Дифрин шевельнул губами, но тут же отвел взгляд к окну.
— ...Ничего.
Ивелин прекрасно понимала, о чем он сейчас думает.
Ему наверняка хотелось спросить: «Ты чего-то не того съела?», видя её поведение, столь отличное от привычного.
Начиная с того, как она бесцеремонно схватила его за руку в зале, и заканчивая тем, как спокойно она реагировала на его холодные указания — она казалась ему другим человеком.
«Собственно, я и есть другой человек».
На первых порах она планировала притворяться прежней Ивелин, но постепенно собиралась менять линию поведения.
По характеру она была не из тех, кто может вечно терпеть. Если бы она вела себя как оригинальная Ивелин, она бы просто задохнулась от тоски. Да и справиться с грядущими событиями было бы невыносимо трудно.
«Хмм...»
Ивелин украдкой взглянула на Дифрина.
Он был образцом холодного и бесчувственного мужа. Не только идеальная внешность, но и выдающиеся способности — теперь она понимала, почему оригинальная Ивелин так робела перед ним.
С другой стороны, глядя на Дифрина, она поймала себя на мысли, что ей хочется хотя бы раз привести этого похожего на статую мужчину в замешательство. Это будет непросто, но Ивелин решила когда-нибудь попробовать.
Оставив пустые раздумья, Ивелин сосредоточилась на том, что должно было произойти в ближайшее время.
Когда они выйдут из этого экипажа, то окажутся в поместье герцога Ривонок в столице.
К счастью, там не будет родственников мужа, но расслабляться было нельзя.
В памяти ярко всплывали сцены из романа, где над Ивелин издевались горничные.
Адаптация к жизни в поместье была для Ивелин своего рода первым серьезным препятствием.
Потому что не только приближенные Дифрина, но и все слуги презирали или недолюбливали Ивелин — хозяйку дома, которую не любил сам герцог.
«Особенно стоит опасаться одного человека».
Приближенный Дифрина, который всё-таки довел Ивелин до горьких слез.
В этот момент за окном показался величественный особняк. Белоснежное здание с темно-синей крышей, раскинувшееся на огромной территории, напоминало снежное поле под ясным небом, из-за чего его и прозвали Сноувилл-хаус.
Вскоре экипаж остановился.
У главных ворот выстроились слуги.
«Ну что ж, пора готовиться к погружению в эту яму со змеями».
Кучер открыл дверь кареты и произнес:
— Мы прибыли, господин.
Дифрин коротко кивнул и вышел, Ивелин последовала за ним.
Не успела она сделать и пары шагов, как почувствовала на себе ледяной взгляд.
Обернувшись, Ивелин встретилась глазами с высоким мужчиной.
«А вот и он, тот, кого стоит опасаться».
Лицо мужчины было таким же бесстрастным, как у Дифрина, а взгляд, направленный на неё, не сулил ничего доброго.
Ивелин спокойно рассматривала его.
Высокий, как и Дифрин, с темно-серыми волосами и красивым лицом.
Этого человека в безупречно отглаженной рубашке и белоснежных кожаных перчатках, с вечно недовольным выражением лица, звали Рикал.
Если быть точнее, это был виконт Рикал Клиффорд, который служил помощником Дифрина в столице.
Будучи доверенным лицом Дифрина, Рикал был одним из тех, кто был предан ему всей душой.
«И он же был одним из тех, кто считал этот брак крайне нежелательным».
Рикал надеялся, что Дифрин женится на дочери высокопоставленного аристократа, союз с которой принесет пользу в будущем.
Дифрин, даже если не брать в расчет титул молодого герцога, был многообещающим человеком, в юном возрасте занявшим пост министра императорского двора. Более того, он был ближайшим соратником первого императорского принца, так что, когда принц в будущем взойдет на престол, успех Дифрина был предопределен.
Поэтому Рикал придавал огромное значение его браку. Знатная семья жены должна была стать крыльями для его дальнейшего продвижения.
Однако в итоге место рядом с Дифрином заняла леди из бедной и безвестной семьи барона.
Разумеется, Рикал был глубоко разочарован этим союзом и невзлюбил Ивелин.
Таким образом, Рикал стал первым испытанием, обрушившимся на Ивелин после свадьбы.
Он придирался к каждой мелочи, не давая ей жизни.
И как же Ивелин должна пройти это испытание?
В оригинале Ивелин, не выдержав холодного отношения Рикала, со слезами на глазах умоляла его о снисхождении. Рикалу это тоже не нравилось, но по сюжету ему приходилось смириться.
В итоге препятствие было преодолено, но сам процесс Ивелин совершенно не устраивал.
«У меня нет ни малейшего желания терпеть такое пренебрежение».
Ивелин направилась прямо к Рикалу, который холодно наблюдал за ней.
Рикал слегка поморщился, видя, что Ивелин приближается, но заставил себя разгладить морщинку на лбу и отвесил вежливый поклон.
— Поздравляю вас с тем, что вы стали членом семьи герцога, леди Ивелин. Надеюсь на плодотворное сотрудничество в будущем.
— Вы ведь Рикал Клиффорд, помощник моего мужа? Я тоже надеюсь на ваше содействие, — произнесла Ивелин с улыбкой, в её голосе звучали вкрадчивые нотки.
— Но, похоже, вы были крайне заняты всё это время. Вы помощник моего мужа, однако мне кажется, что мы впервые обмениваемся приветствиями.
На самом деле Рикал и Ивелин встречались и раньше. Но это был первый раз, когда он действительно поприветствовал её.
Он следовал за Дифрином как тень, но ни разу не заговорил с Ивелин первым.
Да и сейчас, если бы она сама не подошла к нему, он бы вряд ли удосужился поклониться должным образом.
— ...Прошу прощения. Я запоздал с приветствием.
Услышав замечание с явным подтекстом сарказма, Рикалу ничего не оставалось, кроме как склонить голову.
— Ничего страшного. Должно быть, вы всегда так заняты, что у вас и минуты свободной нет.
Ивелин ответила любезным тоном, но про себя довольно усмехнулась.
«В любом деле главное — сразу захватить инициативу».
Она не сделала ничего особенного, но испытала удовлетворение от того, что смогла хоть немного отплатить за то пренебрежение, которое терпела прежняя Ивелин.
В этот момент сзади раздался голос Дифрина:
— Думаю, на этом приветствий достаточно.
Дифрин, который, как она думала, уже давно ушел в дом, стоял неподалеку, скрестив руки на груди, и наблюдал за Ивелин.
Подарив Рикалу на прощание мягкую улыбку и бросив: «На этом я откланяюсь», Ивелин с гордо поднятой головой направилась к Дифрину.
Это был момент её первого вступления в это «логово врага».
Войдя в особняк, Ивелин окинула взглядом высокие потолки, под которыми раздавалось эхо, и спросила Дифрина:
— Где моя спальня?
— Иди за мной.
Дифрин ответил коротко и начал подниматься на второй этаж. Однако конечным пунктом была не спальня Ивелин, а его собственная.
Он ослабил галстук, туго стягивающий шею, и произнес:
— Ты займешь комнату рядом с моей. Хоть мы и супруги лишь формально, нам следует жить в соседних комнатах, чтобы ходило меньше слухов.
Ивелин нашла такую заботу забавной. Ведь все жители империи и так знали, что это брак без любви, заключенный по воле покойного герцога Ривонок. Какой смысл теперь притворяться и селиться в соседних комнатах?
— Твои поручения будут выполнять горничные. Если тебе понадобится что-то еще, скажи об этом Рикалу.
— Хорошо.
— Если соберешься куда-нибудь, перед домом всегда будет стоять экипаж, можешь им пользоваться. Если же его не окажется на месте, попроси старшую горничную Патрицию вызвать карету.
— Я поняла.
Когда Ивелин легко согласилась, Дифрин нахмурился.
— И еще.
Ивелин захлопала глазами. Дифрин произнес ледяным тоном:
— Если тебе не хватает тепла, найди кого-нибудь другого. Я не собираюсь быть твоей грелкой.
Он явно намекал на то, как она самовольно схватила его за руку в свадебном зале.
«Какой же он всё-таки колючий».
Как раз по пути сюда она уже придумала предлог для тактильного контакта, помимо простого держания за руки, так что его слова её не задели. Ивелин послушно кивнула без тени сожаления.
— Да, извини, если это было тебе неприятно.
Несмотря на её слова, лицо Дифрина не смягчилось.
«Я ответила именно так, как ты хотел, в чем теперь проблема?»
Ивелин невольно пристально посмотрела на Дифрина, и тот медленно заговорил:
— Послушай, ты...
— ... —
— Ты случайно не съела что-то не то?
Она гадала, когда же он задаст этот вопрос.
Это было ожидаемо, но Ивелин снова притворилась, что не понимает, о чем речь.
— Съела что-то не то?..
Взгляд Дифрина на мгновение стал острым.
— Та Ивелин, которую я знаю, не стала бы отвечать так невозмутимо.
Как он и сказал, оригинальная Ивелин в такой ситуации наверняка бы с несчастным видом закусила губу и покорно кивнула.
Всё-таки подражать прежней Ивелин, пусть даже поверхностно, было для неё крайне утомительно. Настоящий характер то и дело норовил вырваться наружу.
Но Ивелин быстро взяла себя в руки.
Раз уж её раскусили, то, пожалуй, лучше вести себя более открыто.
— Дифрин, отныне я не буду той Ивелин, которую ты знал.
Ивелин встретилась с ним взглядом и продолжила:
— Я понимаю, что этот брак был для тебя в тягость, но и для меня тоже.
— ... —
— Все вокруг твердили, что наш союз — это морганатический брак, и тыкали пальцами в меня и мою семью. Поэтому я решила стать сильнее. Чтобы меня признали как твою жену и чтобы не стать позором для семьи Ривонок.
Ивелин старательно играла свою роль, скрывая горечь и в то же время изо всех сил стараясь казаться сильной.
Дифрин какое-то время молча смотрел на неё, а затем, словно сдавшись, тяжело опустился в кресло.
— ...Делай что хочешь.
Затем он потянулся к тумбочке рядом с креслом и открыл ящик. Там лежала стеклянная баночка с таблетками.
Дифрин достал пару таблеток и закинул их в рот.
«Похоже, головная боль снова дает о себе знать».
Глаза Ивелин блеснули.
Это был идеальный шанс осуществить план, который она наметила еще в экипаже.
http://tl.rulate.ru/book/169124/13636716
Готово:
