Ивета расчесывала распущенные волосы, тяжело вздыхая. Как и ожидалось, ночь уже вступила в свои права, но тот, кого она ждала, так и не пришел.
Этого и следовало ожидать. Подобное будущее было предсказано тем, как он уклонялся от ответов, не давая никаких подтверждений.
И все же в глубине души то и дело вспыхивала надежда. А вдруг он придет? Вдруг он не отвернется от нее?
«Зная, что он не придет, я все равно веду себя как дура…»
Научившись смирению, она стала легче принимать отказы. Но, как ни странно, в случае с Каликсом это правило не работало.
Она продолжала надеяться и желать любви, которая была бы больше, чем просто дарованная им доброта. Сейчас ей следовало бы оставить эти чувства, но мысль о том, что они все еще живут в ней, вызвала у нее горькую усмешку.
Однако этим эмоциям суждено было исчезнуть в тот самый момент, когда она сегодня приняла свое последнее решение.
Время незаметно перевалило за полночь. Наступил самый темный час. Ивета оставила приготовленный чай и безучастно направилась к кровати. Чай уже давно остыл.
Она намеренно не искала новостей о Каликсе, лишь несколько раз подогревала чай, пока ждала его. Все это было бесполезно, ведь Каликс так и не заглянул к ней.
Ивета внезапно вспомнила, сколько у нее осталось таблеток снотворного средства. Осталось всего три штуки.
Она протянула руку к прикроватной тумбочке, чтобы найти снотворное средство, но тут же сложила ладони вместе. Она как раз пыталась сократить дозу, опасаясь, что звон в ушах может быть вызван именно лекарством.
«Может, оно и к лучшему…»
Даже если она ляжет в постель, ей все равно будут сниться только жуткие кошмары.
— Супруга, вы спите?
В этот момент вместе со стуком в дверь раздался голос Каликса. Ивета, мгновенно побледнев, поспешно вскочила и бросилась к двери.
Отворив дверь спальни, она увидела мужчину, который смотрел на нее со сложным выражением лица. Видимо, он только что вернулся из города — от него отчетливо пахло улицей.
— …Каликс.
В ответ на ее зов Каликс слегка нахмурился и приподнял уголки губ. На его щеках проступили ямочки. У Иветы на мгновение заложило уши, но она, слегка опустив глаза, потянула мужчину за руку, приглашая в комнату.
— …Вы все-таки пришли.
— Мне не понравилось то, что вы назвали это «последней просьбой».
Каликс привычным жестом отодвинул стул для Иветы, сопровождая ее. Манеры, въевшиеся в плоть и кровь. От каждого его мимолетного жеста сердце Иветы болезненно ныло. Ей нельзя было обманываться. Он был добр ко всем, так что даже в этом не было ничего особенного.
Когда Каликс сел на стул напротив, ромашковый чай, приготовленный Иветой заранее, слегка колыхнулся. Насколько же он остыл? Она молилась о том, чтобы температура чая совпадала с температурой ее сердца. Ей казалось, что так она сможет сохранить хоть немного спокойствия.
Ивета смотрела на прозрачную жидкость и сглатывала сухую слюну. Ее мутило. В желудке было пусто, но ей хотелось, чтобы ее вырвало хотя бы желчью.
— Ивета, вы всегда будете моей женой, — внезапно заговорил Каликс, шепча эти слова так, будто вбивал клин. В тот же миг слабая улыбка, игравшая на лице Иветы, бесследно исчезла. Если бы только он сказал это чуть раньше. Горькое сожаление, так и не высказанное, тихо рассыпалось в ее душе.
— Да. Я тоже надеюсь, что смогу ею быть, — произнесла Ивета, глядя в затуманенные глаза Каликса.
— …Это чай, который помогает уснуть. Я всегда пью его перед сном.
Каликс, выглядевший необычно дезориентированным, казалось, не собирался притрагиваться к чаю. Ивета первой поднесла чашку к губам, и холодный чай, наполнивший рот, еще сильнее отяжелил ее сердце.
— Где вы были?
Ивета почувствовала на себе взгляд Каликса, как только заговорила. Однако она продолжала невозмутимо смотреть на чашку чая. Ей не хватало смелости встретиться с ним взглядом.
— Мне любопытно, — добавила Ивета дрожащим голосом, и Каликс тут же негромко ответил:
— Я виделся с дочерью герцога Сабриной. Все отношения с ней окончательно разорваны.
— …
— Мы больше никак не связаны, и это никак не навредит вам, супруга.
— …А.
— …Поэтому я хотел бы, чтобы и вы привели свои дела в порядок. Я готов ждать, сколько потребуется.
Каликс внимательно изучал ее лицо, словно ожидая ответа, который сорвется с ее губ. Это был допрашивающий взгляд, выискивающий малейшее изменение в выражении лица. Этот блеск в глазах казался горячее палящего солнца, и Ивета почувствовала жажду.
— Это не заслуживает… ответа. Не правильнее ли было бы сначала спросить, действительно ли между нами были такие отношения?
Ивете не нужно было оправдываться. Она отрицала всё, но именно он раз за разом отказывался верить в ее невиновность.
Ивета не чувствовала вины перед Каликсом из-за письма, которое сомневалась отправлять. Она не хотела покидать его мирным путем. Когда Каликс начал попрекать ее, она почувствовала, как остатки вины и привязанности окончательно растаптываются.
— Я видел много таких людей, как вы, супруга. Они обещают вечность, но в итоге поворачиваются спиной. Пряча за пазухой кинжал с самого начала. Возможно, вы приблизились ко мне лишь для того, чтобы приставить лезвие к моему горлу, когда я потеряю бдительность… Причина, по которой я не могу доверять вам…, очевидна. В такой женщине, как вы, нет ни капли правды.
Каликс, угрюмо возражавший на обвинения Иветы медленным тоном, внезапно вскочил с места. Он с силой надавил на веки рукой и направился к двери.
— Каликс!
Ивета поспешно вскочила и схватила Каликса за запястье. Она коснулась его руки рефлекторно, видя, как неустойчиво он выглядит, но Каликс, мгновение посмотрев на ее руку, развернулся и нежным жестом откинул волосы с ее лица. Словно смотрел на самое любимое существо.
— И все же я… глупо продолжаю хотеть верить вам…
Инстинктивно понимая, что вы опасная женщина… Ивета поспешила поддержать мужа, который медленно закрывал глаза, не договорив. Когда лицо Каликса опустилось ей на плечо, она не успела почувствовать его вес, как ее обдало его жаром, отчего стало трудно удерживать равновесие.
— Сонливость наваливается, так не пойдет. Видя, что с вами все в порядке, мне…, пожалуй, стоит уйти.
Ивета, обхватив за талию Каликса, который полностью прильнул к ней, медленно потащила его вперед.
Ей пришлось крепко сжать губы. Иначе сквозь них могли бы прорваться слова горькой обиды. Разве она не говорила десятки раз…, прося его поверить ей? Но именно Каликс раз за разом отталкивал ее. И теперь, когда он проявлял свою запоздалую искренность, срок годности уже вышел. Ее сердце было безнадежно испорчено.
— …
Как только Ивете удалось уложить его на кровать, Каликс посмотрел на нее затуманенным взглядом и закрыл глаза.
Видимо, он был ужасно измотан, раз держался до последнего на одной лишь силе воли. Только тогда Ивета разомкнула крепко сжатые губы и выдохнула. Нижняя губа, на которой выступила капля крови, саднила. Ивета вытерла губы тыльной стороной ладони и принялась медленно рассматривать его лицо.
Длинные ресницы, тени под ними. Губы, дарящие горячее и вязкое ощущение…
Ивета с силой нажала указательным пальцем на губы Каликса. Под кончиком пальца ощутилась их мягкость.
— Я ненавижу тебя.
— …
— Встреча с тобой не была удачей. Для меня это стало очередным несчастьем.
Ивета собиралась вырваться из этого бесконечного круга неудач. Она принесет в жертву свое сердце — единственное прекрасное, что у нее было, — и сбежит навсегда.
И все же, словно боясь, что кто-то увидит, Ивета тайком коснулась губ Каликса своими. Он по-прежнему не шевелился.
Но как только она отстранилась от его губ, ее запястье было перехвачено. Ивета, тяжело дыша, попыталась отдернуть руку, но не смогла справиться с силой Каликса, и ее тело было повалено на кровать.
— Ах!
Их губы столкнулись в грубом поцелуе. Язык, вторгшийся в ее рот, прошелся по зубам и впился в ее язык.
Когда она, задыхаясь от непрекращающегося поцелуя, попыталась отвернуть голову, Каликс, уже нависший над ней, снова обхватил ее за подбородок. И вновь поцеловал. Так, словно собирался поглотить само ее дыхание.
— Калик, с…
Ивета, инстинктивно оттолкнув Каликса в плечи, нащупала рукой вазу, стоявшую на прикроватной тумбочке.
Одновременно с грохотом падающих предметов Каликс послушно отстранился под ее напором. Однако он не собирался уходить и смотрел на нее, словно ожидая ее позволения. Когда она встретилась с его красными глазами, отвергнутая любовь снова выскочила наружу, подобно бракованному товару.
Самые прекрасные чувства уже давно выцвели. Теперь оставались лишь обида и ненависть, которые было бы уродливо произносить вслух. Но даже истоком этих чувств была мольба, обращенная к Каликсу. В конце концов Ивета ослабила хватку, напоминая себе, что именно об этой ситуации она больше всего мечтала на протяжении всего их брака.
Ваза, выскользнувшая из ее рук, с грохотом разбилась о пол. Но Каликс, не обращая на это внимания, сжимал Ивету в объятиях, не желая отпускать.
Ивета по встретившемуся взгляду инстинктивно поняла, что он потерял рассудок. Точную причину она не знала, но его взор был мутным.
«Если он ничего не вспомнит…»
Она первой обхватила Каликса за затылок, притягивая его к себе. Каликс, словно только этого и ждал, снова поцеловал ее.
— М-м…
Сквозь губы мужчины прорвался тихий стон, который он не смог сдержать. Жадно слившиеся губы разъединились, и мужчина медленно провел ладонью по щеке Иветы. Не в силах вынести взгляда, в котором через край плескалось чувство собственничества, Ивета закрыла глаза.
Вслед за этим на ее шее один за другим начали расцветать поцелуи, а осторожные, но горячие руки принялись расстегивать пуговицы неглиже одну за другой.
— Ах…
Когда мягкое и нежное прикосновение его губ опустилось на кожу, Ивета крепко сжала губы, пытаясь сдержать рвущийся наружу стон.
Каликс, обыскивавший ее тело, на мгновение задержался у ее губ, таящих вязкое тепло, а затем впился зубами в ее ключицу. Из-за того, что он покусывал и сосал впадинку, Ивета в конце концов не выдержала и всхлипнула, не в силах сдержать стон, срывающийся с губ.
— …Ах!
Вскоре руки мужчины начали блуждать по ее груди. Из-за того, что он ласкал ее, не выпуская из объятий, при каждом трении их тел у нее по всему телу пробегала дрожь.
Ивета затрепетала, когда его тепло проникло в те места, которых никогда не касалась чужая рука. Сначала это были руки Каликса, затем — его губы. И, наконец…
— Каликс…, Каликс.
Она звала его не ради ответа. Просто в этот момент ей было все равно, даже если имя мужчины сотрется из памяти, она лишь хотела как-то унять томительное чувство, сковывающее ее тело. Но Каликс лишь мягко поглаживал лицо Иветы, дрожащей под ним, каждый раз, когда она произносила его имя.
— Ах, х-а…
Момент, который она представляла десятки раз, оказался не таким сладким, как она думала. Внизу живота продолжало бурлить от острой боли и жгучего ощущения, не покидающего ее.
Это была ночь, которую он не вспомнит, и о которой будет помнить только она одна.
http://tl.rulate.ru/book/169021/13854640
Готово:
