— Михаэль, вы говорили, что раньше держали кошку?
— Было дело.
— И с ней вы тоже так обращались?
— Разве это важно? Ты гораздо милее той кошки, поэтому за тобой приятнее ухаживать.
— Я милее кошки?
— Конечно, ты ведь даже понимаешь человеческую речь.
Мне стало очень приятно от этих по-детски наивных слов о том, что я милее кошки. Это ведь значило, что среди всех, о ком Михаэль заботился до сих пор, я — самая важная.
На обратном пути, который был довольно долгим, я без умолку болтала. Я немного переживала, не устанет ли Михаэль от моей болтовни, но, к счастью, он, казалось, был рад моему щебету.
Когда солнце начало клониться к закату, впереди показался лес, где мы должны были встретиться с остальными.
В этот момент мне в голову пришла отличная идея.
— Ах, Михаэль. Насчёт Священного оленя.
Я обернулась и посмотрела на Михаэля, и он встретился со мной взглядом.
— Может, дадим ему имя?
— Имя?
— Мы ведь теперь всегда будем вместе. Не можем же мы вечно звать его просто «Священный олень».
— Ну, мне кажется, «Священный олень» — вполне достаточно.
— Михаэль, вы его хозяин, как вы можете так говорить! Олень же расстроится.
Священный олень был очень умным и, казалось, понимал каждое наше слово. Впрочем, это было естественно для животного, на котором ездила сама Богиня. К тому же я уже успела привязаться к нему после того, как он был рядом со мной вчерашней ночью.
— В таком случае, выбери сама.
— Можно? Но это ведь ваш Священный олень.
— Но ведь это ты мне его подарила. Так что будет правильно, если имя дашь ты.
Предложение Михаэля было неожиданным, так как я считала, что имя оленю должен давать именно он. Но упускать такую возможность мне не хотелось. Почему-то мне казалось, что если Михаэль сам будет придумывать имя, он назовет его первым, что придет в голову, без всякого старания. Так что лучше уж я дам ему какое-нибудь значимое имя.
На Священном олене ездила Богиня луны, и он был таким белоснежным, что казалось, будто он сияет...
— Я хочу назвать его Рут.
Как только я договорила, Священный олень плавно опустился на землю. Я привычно ждала, когда Михаэль сойдет первым, но он почему-то не шевелился.
— ...Михаэль?
Я уже несколько раз его злила, поэтому его молчание меня напугало. Я хотела обернуться и заглянуть ему в лицо, но в этот миг перед глазами потемнело. По теплу я поняла: Михаэль закрыл мне глаза своей широкой ладонью.
— Почему именно это имя?
— Ну...
— Это всего лишь зверь. Обязательно ли давать ему такое имя?
— Рут сияет, словно луна...
— ...
— А, н-нет. Если вам не нравится, Михаэль, то и мне тоже! Давайте... продолжим звать его просто «Священный олень»?
Я почувствовала, как пальцы, закрывавшие мне глаза, напряглись. Он не давил сильно и не причинял боли, но я ощущала его скованность. Однако после короткого молчания рука исчезла.
— Это шутка.
Михаэль улыбался. Его холодный голос словно мне почудился.
— Рут...
— ...
— Слишком благородно, но имя хорошее.
Михаэль улыбался, но в то же время казался рассерженным, а еще в его улыбке сквозило что-то еще. Мне стало не по себе от мысли, что я снова сделала что-то, что могло ему не понравиться.
— Михаэль, просто...
Я хотела сказать, что всё в порядке и пусть он живет без имени.
— Роуз! Михаэль!
Но в этот самый момент появились остальные. Михаэль, даже не взглянув на меня, с улыбкой поприветствовал группу, так что я не смогла продолжить разговор об олене.
— Ох, от девчонки же половина осталась! — запричитала Бекки. Она схватила меня за подбородок, поворачивая голову туда-сюда, и принялась отчитывать Михаэля: — Ты что, морил её голодом?
Пабиче вскоре утихомирил Бекки, но благодаря её суматохе атмосфера разрядилась. Я украдкой поглядывала на Михаэля, но он, казалось, больше не беспокоился об имени Священного оленя.
— Путь до Храма Гамилы был неблизким, ты не устала?
— Всё в порядке, Пабиче.
— Если немного пройти вперед, там будет деревня. Потерпи еще чуть-чуть.
— Не беспокойтесь. В последнее время я стала выносливее, так что это пустяки!
— Наша малышка совсем приободрилась, а?
Хоть он и говорил так, в его тоне явно чувствовалось отношение как к ребенку. Порой это было неловко или даже обидно, но, честно говоря, мне было приятно, ведь меня впервые так искренне любили.
Конечно, не все в группе были от меня в восторге. Достаточно было взглянуть на Сида, который стоял в стороне и холодно наблюдал за мной. Михаэль тоже отзывался о нём не лучшим образом, поэтому Сид мне не нравился. Я хотела его проигнорировать, но вещь в его руках привлекла моё внимание.
Михаэль тоже заметил мой взгляд и, указав на предмет в руках Сида, спросил:
— Сид, что это?
В руках Сида был маленький лук. Вряд ли Михаэль не узнал оружие. Сам он в основном использовал лук, но этот отличался от того, что Михаэль всегда носил на плече. Одно было ясно наверняка: этот лук не подходил самому Сиду. Он выглядел слишком маленьким и легким для него.
Сид проигнорировал вопрос Михаэля и, пристально глядя на меня, нахмурился. Сняв капюшон, который он всегда носил, Сид подошел ко мне и внезапно протянул маленький лук.
— Что это?..
— Сама не видишь?
— Я вижу, что это. Я имею в виду, зачем вы даете это мне...
Бекки хихикнула и похлопала Сида по плечу.
— Просто прими, Роуз. Это он тебе подарок делает.
— Подарок?
Сид, не скрывая раздражения, сбросил руку Бекки со своего плеча. Бекки, привыкшая к такому поведению, продолжала посмеиваться над ним.
— Я не умею пользоваться луком.
— Никто не умеет с самого начала.
— Но...
Я тоже хотела быть им хоть капельку полезной. Этот лук казался мне шансом. Однако я не могла учиться просто потому, что захотела. Если Михаэль не позволит, я не смогу принять этот подарок.
— Сид, кажется, ты занялся бесполезным делом.
Как и ожидалось, Михаэль не позволил мне учиться стрельбе из лука. Он схватился за лук, который был у меня в руках. Сид тоже вцепился в него, не давая Михаэлю забрать оружие.
Между ними вспыхнуло напряжение, и даже весело смеявшиеся до этого Пабиче и Бекки посерьезнели.
— Роуз ничего не нужно делать.
— Если она хочет идти с нами, она должна вносить свой вклад.
— Я взял Роуз с собой, чтобы заботиться о ней.
Михаэль расслабленно улыбался, но взгляд Сида был пугающим. Сид всегда смотрел на Михаэля с таким выражением, менялась лишь степень неприязни. Это было даже не просто недовольство, а скорее презрение и отвращение. Я недоумевала, почему он путешествует с ним, если так его ненавидит, но сейчас важнее было то, что они были на грани драки.
— До сих пор нам везло, и мы проходили относительно безопасные места, но дальше всё будет иначе.
— В опасных местах я сам её защищу.
— Можно подумать, ты всемогущий Бог. В конце концов, ты тоже лишь наполовину...
Лицо Михаэля начало каменеть.
— Сид! — Пабиче вклинился между ними, разнимая их.
На мгновение застывшее лицо Михаэля снова озарила беззаботная улыбка, но я не могла забыть то выражение, которое увидела секунду назад.
— Послушав вас обоих, я думаю, что Михаэль прав, — сказал Пабиче.
— ...
— Роуз еще маленькая, ей ни к чему учиться владеть оружием. Верно?
Пабиче старался сгладить углы, поглядывая на Михаэля, но Сид, похоже, не собирался отступать.
— Если ты действительно думаешь об этой девчонке, то должен понимать, что гиперопека — не выход. Среди нас есть кто-то всемогущий, как Бог?
— Сид, прошу, давай просто отступим...
— Никто из нас не сможет защитить её идеально в любой ситуации.
— Эй, ну хватит...
Пабиче, стиснув зубы, отчаянно пытался остановить Сида, и по его лицу было видно, насколько серьезна ситуация.
— Она должна уметь хотя бы сопротивляться в худшем случае!
— Сид, я и не знал, что ты так печешься о Роуз. Но у неё есть особая сила. Ты и сам знаешь.
— Какая у неё сила, кроме того, что она вечно истекает кровью!
Сказав это, Сид, казалось, сам испугался своих слов. Он взглянул на меня и схватился за голову.
Я знала, что слаба. Знала, что ничем не могу помочь, кроме как отдавать свою кровь. Но необязательно же было выставлять меня такой обузой... Я тоже хочу уметь защитить себя, хочу быть полезной Михаэлю не только своей кровью. Просто сейчас я ничего не умела.
Слова Сида были неоспоримой правдой, но от них у меня защипало в глазах, а в горле встал горький ком. Но я не заплакала. Я успела взять себя в руки прежде, чем слезы хлынули наружу.
Михаэль обнял меня за плечи, словно утешая.
— Не принимай близко к сердцу, Роуз.
Сид больше не проронил ни слова. Казалось, он и сам был сбит с толку тем, что наговорил.
Я была очень благодарна Михаэлю, который принимал меня такой, какая я есть — беспомощной, и мне было очень стыдно перед ним. Я не хотела, чтобы Михаэль меня бросил, и не хотела причинять ему боль. Поэтому я пообещала себе беспрекословно слушаться его, но...
— Сид, я понял твою мысль.
— Ха-а...
— Но Роуз и так достаточно хороша, поэтому...
Если в жизни и был момент, когда я должна была пойти против воли Михаэля...
— Я буду учиться.
То это был именно он.
— Я хочу учиться стрельбе из лука у Сида.
http://tl.rulate.ru/book/169007/13852247
