Благодаря тому, что Элиза и Кальверн с полной отдачей сыграли свои роли, прежние слухи начали постепенно утихать, но вместо них поползли другие. Шептались, будто Элиза приворожила Кальверна с помощью любовного зелья, созданного благодаря алхимии, или что герцог Клауд был против брака из-за её низкого происхождения, но Кальверн проигнорировал волю отца и настоял на своём. Люди выдумывали самые невероятные истории.
«Не знаю, кто пускает эти слухи, но воображение у него богатое».
Элизе это казалось нелепым, но в то же время она чувствовала гордость, ведь это означало, что их игра была убедительной. Ей даже стало спокойнее.
«Будем продолжать в том же духе, ни больше ни меньше».
Только так потом, когда-нибудь, когда папа покинет этот мир, он сможет уйти со спокойным сердцем. Элиза смотрела на лицо барона Зерны, который крепко спал после приема лекарств, и выражение её лица омрачилось. Для Элизы, у которой не было других кровных родственников, барон Зерна был единственным близким человеком. В детстве она краем уха слышала, что её бабушка по материнской линии жива, но никогда её не видела, так что для неё этой женщины не существовало. То же самое касалось и матери. Элиза знала, что та умерла при родах, и чувствовала к ней благодарность и тоску, но она не была ей так дорога, как отец.
— Поэтому живи долго, папа.
«Не оставляй меня одну. Ведь у меня, кроме тебя, никого нет». Элиза крепко сжала руку барона Зерны и несколько раз прошептала эти слова.
**** Герцог Клауд лично отправился в Храм, чтобы выбрать благоприятный день. Свадьбу Кальверна и Элизы назначили на первое воскресенье грядущего мая.
«Остался всего месяц».
Говорили, что чем выше титул аристократа, тем больше подготовки требуется. Успеют ли они всё закончить в срок? На самом деле, благодаря тому, что герцог Клауд подготовился заранее, для самой свадьбы почти ничего не требовалось, но проблема была в Элизе. Супруга герцога и мать Кальверна скончалась от хронической болезни десять лет назад, поэтому место хозяйки герцогской резиденции пустовало. Это означало, что Элиза должна была взять на себя обязанности хозяйки дома Клауд. Конечно, Кальверн с самого начала просил её идеально исполнить эту роль, но она думала, что будет лишь «младшей» хозяйкой. Она представляла, как будет следовать за герцогиней, словно цыпленок, помогая ей, но всё оказалось иначе. Это было настоящее испытание — одна преграда за другой.
«Что ж, значит, придётся покорить и эту вершину».
Элиза с боевым настроем начала готовиться к тому, чтобы стать хозяйкой герцогского дома. Обычно дочерей аристократов обучали этому с детства, но с Элизой всё было иначе. У неё не было такой возможности, да и желания учиться не возникало, поэтому она жила свободной жизнью. И вот теперь, когда пришло время учиться, ей приходилось нелегко. С простым заучиванием она справлялась хорошо, но вот с вышивкой или бальными танцами возникли проблемы. Особенно Элизе не давались бальные танцы. Даже учитель, которого прислал Кальверн, качал головой — настолько она была лишена чувства ритма и грации.
«Впервые об этом узнаю».
Это осознание пришло к ней спустя девятнадцать лет. Она никогда не бывала на светских раутах, так что неудивительно, что она этого не знала. У неё даже не было дебюта. Хотя танцевать ей доводилось, но это были не изысканные и элегантные бальные танцы, а вольные, так называемые «дикие пляски». В последний раз она танцевала так два года назад на площади во время фестиваля вместе со своим единственным другом Ником. После того как Ник покинул Империю по семейным обстоятельствам, она больше не участвовала в празднествах. Вспомнив о Нике, Элиза невольно наморщила нос.
— Как он там, интересно.
Поначалу они с Ником переписывались, но это было год назад. Он сказал, что отправляется в закрытое место и какое-то время не сможет выходить на связь, и вот уже год от него не было вестей. Элиза и хотела бы написать первой, но не знала, куда он уехал, так что это было невозможно.
— С ним ведь ничего не случилось?
«Да вряд ли. Этот парень выживет, даже если его бросить в логово монстров». Интересно, как бы Ник отреагировал на новость о её замужестве? Наверняка пришёл бы в ужас. Мог бы расхохотаться, заявив, что сочувствует мужчине, который на ней женится, или расстроиться из-за того, что они не смогут исполнить обещание когда-нибудь вместе отправиться в путешествие по континенту. Элизе было всё равно, какой будет его реакция, лишь бы он подал весточку, что жив. А если бы он смог прийти на свадьбу, было бы ещё лучше.
— Эх, ладно. Буду тренироваться.
Переживаниями делу не поможешь. Элиза на время отложила мысли о Нике и сосредоточилась на танцах. Она уже выучила все движения и шаги, но тело её не слушалось. Попадать в такт тоже было трудно. В таких случаях помогали только изнурительные тренировки.
— Раз, два, раз, два.
Элиза вслух считала ритм, переставляя ноги. Поскольку в бальных танцах важна слаженность с партнером, было бы хорошо тренироваться с кем-то вместе, но за неимением помощников она занималась в одиночестве.
— Раз, два, раз... Ой!
Она уже думала, что впервые закончит танец без ошибок, но на повороте ноги, как назло, заплелись. Элиза поспешно ухватилась за стол, едва удержав равновесие.
— Фух... ?!
С облегчением вздохнув от того, что не упала, она обернулась к двери и увидела там Кальверна. Что он здесь делает? Элиза замерла от неожиданности. Кальверн же смотрел на неё с интересом.
— К-как давно вы здесь стоите?
— С того момента, как ты, придерживая подол платья, начала выполнять правый поворот.
Это значит, он пришёл как минимум десять минут назад! Элиза вскрикнула от возмущения:
— Если пришли, надо было подать голос! Зачем стоять и молча наблюдать, как привидение!
— Я несколько раз давал о себе знать. Просто ты была так сосредоточена, что не заметила.
Неужели? Элиза сомневалась, но проверить это не могла, поэтому решила оставить всё как есть, хоть и чувствовала неловкость. Ей было стыдно, что он увидел её в таком нелепом виде. Хотя на дворе был только апрель, ей стало жарко, словно в разгар лета. И дело было не только в усердной тренировке.
— Я принесу чай, а вы присаживайтесь на диван.
Ей хотелось пить, да и нужно было принять нежданного гостя, поэтому Элиза велела Кальверну присесть и ушла в кухню. Кальверн сел на диван и оглядел гостиную. Старая деревянная мебель, выцветший ковер, книжные полки прямо в комнате — видимо, отдельного кабинета не было.
«Она говорила, что и приемной нет».
И не только этого. Ни дворецкого, ни слуг. Когда Кальверн впервые узнал об этом, он был крайне удивлен. Даже если они аристократы лишь по названию, они всё равно дворяне. Как такое возможно? Это не укладывалось в его голове. Взгляд Кальверна упал на журнальный столик. Там лежала книга с засаленными страницами: «Принципы алхимии». Точно, она же говорила, что владеет алхимией. Он узнал об этом, когда наводил справки об Элизе.
— Прошу, ваш чай.
Элиза поставила перед Кальверном чашку. Ярко-желтый настой выглядел освежающе.
— Впервые чувствую такой аромат.
— Разумеется. Ведь этот чай приготовила я.
— Он создан с помощью алхимии?
— Откуда вы знаете, что я занимаюсь алхи... А.
Заметив книгу на столике, Элиза тихо охнула.
— Нет, он не алхимический. Я просто подобрала сочетание трав из тех, что продаются в лавках.
— Ты и такое умеешь?
— Основы алхимии заключаются в смешивании трав. Этот чай хорошо снимает усталость, так что пейте побольше.
— Как раз то, что мне нужно.
Пока Кальверн пил чай, Элиза, сидевшая напротив, с легким напряжением наблюдала за ним. Этот чай был одним из тех, которыми она гордилась больше всего, но это была субъективная оценка. Поэтому ей было и любопытно, и тревожно узнать реакцию Кальверна. А вдруг ему не понравится? Он ведь мог и разозлиться, решив, что она угостила его какой-то бурдой.
— Неплохо.
О, кажется, ему пришлось по вкусу. Какое облегчение. Элиза наконец улыбнулась.
— Если вам понравилось, я могу дать вам немного чайных листьев с собой, чтобы вы могли пить его в резиденции.
— Зачем мне брать их с собой? Ты сама можешь об этом позаботиться.
Элиза чуть было не спросила: «Это еще почему я?», но вовремя прикусила язык. Роль идеальной хозяйки включала в себя и заботу о муже, так что это действительно входило в её обязанности.
— Хорошо.
Но почему от этих слов стало так странно на душе? Чувство было и неловким, и в то же время каким-то необычным.
— Так зачем вы пришли? Разве мы не должны были встретиться завтра?
Они договаривались встретиться в герцогской резиденции, чтобы вместе осмотреть подготовленные свадебные подарки.
— Верно. Но сегодня я зашел по другому делу.
— По какому?
— Даю тебе три дня. До истечения этого срока ты должна переехать в герцогскую резиденцию.
Что за бред среди бела дня? От такого внезапного заявления Элиза широко захлопала глазами.
— С чего вдруг в резиденцию? Разве я не должна переехать туда после свадьбы?
— Скоро ты станешь женой молодого герцога. Если ты и дальше будешь оставаться в этом ветхом доме, люди сочтут это странным. Так что переезжай в резиденцию заранее.
Элиза с трудом сдержала смешок от того, что это прозвучало как приказ. Он был прав, но его командный тон вызвал у неё протест. К тому же, это был дом, в котором она родилась и выросла, место, полное дорогих сердцу воспоминаний. И даже если это была правда, слышать, как её дом называют «ветхим», было неприятно. Она уже хотела отказаться, но Кальверн добавил, прежде чем она успела вставить слово:
— Переезд в герцогскую резиденцию пойдет на пользу и твоему отцу. За ним будет легче ухаживать.
— ...
Поскольку он упомянул отца, Элиза проглотила возражения. С рациональной точки зрения, пребывание в резиденции определенно было лучше и для неё самой, и для барона Зерны. Вот только признавать это вслух мешала гордость, и Элиза замялась.
— Почему ты колеблешься? — спросил Кальверн, словно не понимая её реакции. — Неужели ты не осознаешь, что жизнь в герцогской резиденции гораздо комфортнее?
«Я всегда это чувствовала, но у этого мужчины напрочь отсутствует чуткость. И говорить красиво он тоже не умеет». Элиза мысленно вздохнула и ответила:
— Как я могу не осознавать? Конечно, я это понимаю.
— Тогда почему медлишь?
Сказать ему правду или нет? Элиза немного подумала и решила высказаться.
— Это из-за вас, молодой герцог.
Нравится ей это или нет, но ей предстояло прожить с этим человеком остаток жизни, и если всё будет продолжаться в том же духе, она просто сгорит от негодования.
— Хоть мой статус и ниже вашего, я не ваша служанка и не подчиненная. Вы даже не спросили моего мнения, приняли решение и теперь приказываете мне беспрекословно подчиниться. Как мне может это нравиться?
Кальверн со слегка удивленным выражением лица смотрел на Элизу, которая, глядя ему прямо в глаза, чеканила каждое слово. До сих пор не было ни одной женщины, которая осмелилась бы смотреть ему прямо в глаза во время разговора. Все лишь стыдливо краснели и отводили взгляд, словно смущаясь. Даже гордая принцесса не могла выдержать его прямого взора. Но поведение Элизы отличалось от всех женщин, которых он знал. Так было с самой первой их встречи. Вспомнив их первое знакомство, Кальверн слегка приподнял уголки губ. Тогда он сразу понял, что столкнувшийся с ним мальчишка вытащил у него кошелек. Но не стал ловить его просто потому, что было лень. Ему не хотелось тратить время на поимку и нравоучения, привлекать лишнее внимание прохожих и опаздывать на встречу из-за такой чепухи. Да и денег в кошельке было немного.
— Послушайте!
И всё же произошло нечто непредвиденное. Та случайная встреча в итоге привела к браку.
— Вам смешно от моих слов?
Элиза, не зная, о чем думает Кальверн, решила, что он над ней насмехается, и раздраженно спросила его об этом.
— Вовсе нет, — отрезал Кальверн. — Я улыбнулся, потому что мне нравится твой дерзкий характер. Из тебя выйдет отличная хозяйка дома.
«Это был комплимент?» Элиза недоверчиво покосилась на Кальверна.
— И у меня не было намерения пренебрегать тобой или отдавать приказы. Если это прозвучало именно так, приношу свои извинения. Впредь буду осторожнее.
Он извинился так легко, что Элизе стало даже неловко за свою вспышку гнева. Она смягчилась и кивнула.
— Хорошо.
«Всё-таки он не такой плохой человек, как кажется». Вот только она никак не могла понять, почему он вел себя так при их первой встрече.
— Вы сказали переехать в течение трех дней? Понятно. Я соберусь как можно скорее.
Элиза сделала глоток чая и поднялась со своего места.
— Если вам больше нечего сказать, я вас провожу.
— У тебя какие-то срочные дела?
— Мне нужно практиковаться в танцах. Учитель сказал, что завтра устроит мне экзамен.
Про тренировку была правда, а вот про экзамен она присочинила. Она боялась, что иначе он не уйдет.
— ...
Но, кажется, даже после этих слов уходить он не собирался.
— Молодой герцог, — позвала Элиза, поторапливая его. Кальверн, всё это время не отрывавший взгляда от чашки, наконец заговорил.
— Я видел, что ты тренируешься одна. Почему одна?
— Потому что мне не с кем.
— Почему это не с кем? — Кальверн поднялся с места и снял верхнюю одежду. — У тебя есть я.
http://tl.rulate.ru/book/168944/11791692
Готово:
