Внезапно Анашу охватило беспокойство: неужели он забыл о ней? Она позвала его через дверь.
— Командир? Я могу войти? Вхо…
Прежде чем она успела договорить, дверь распахнулась. Анаша подняла голову. В тот же миг её чёрные глаза округлились, встретившись с его взглядом.
— Что случилось? Что-то произошло?
— Пока я был на тренировочной площадке, вы всё время оставались в кабинете командира?
— Я лежала… нет, сидела на диване. А что?
— Брошь, которую я оставил на столе, исчезла.
— Что?
Глаза Анаши, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Ведь, судя по обстоятельствам, именно она была под самым большим подозрением.
Она тут же проскочила мимо него в кабинет командира. Девушка даже залезла под стол, гадая, не упала ли вещица туда, но броши нигде не было.
— Вы про ту серебряную брошь? Вы уверены, что оставили её именно на столе?
Лихирт ответил, что уже осмотрел всё вокруг стола. Он снял брошь и положил её туда всего два часа назад. Ошибиться он не мог.
— Она была очень дорогой?
— …Это наследство моего отца.
Он говорил спокойно, но для Анаши эти слова прозвучали иначе. Раз он герцог, значит, прежний герцог скончался, и эта вещь — реликвия, оставшаяся от покойного.
Анаша почувствовала свою ответственность. Если только у броши не выросли ноги, её наверняка кто-то украл, пока она ходила относить полотенце. Она ощутила укол совести: если бы она получше присматривала за кабинетом командира, этого бы не случилось.
Тем более что он даже не думал её обвинять или подозревать. В такой ситуации подозрения были бы естественны, но Лихирт не выказал ни капли сомнения.
«То ли он слишком добрый, то ли…»
Анаша посмотрела на него, думая о том, что рыцари пришли бы в ужас от таких её мыслей, и отвернулась. Она принялась осматриваться в поисках какой-нибудь зацепки, способной указать на преступника.
Это точно были не рыцари. Все они тренировались на тренировочной площадке, так что незаметно улизнуть никто бы не смог.
«Может, пробрался кто-то посторонний? Или же…»
И тут её взгляд упал на чёрное перо, лежащее под окном. Анаша подобрала его. Открытое окно, блестящая брошь на столе и, наконец, перо ворона на полу.
— Ворон! Должно быть, её унёс ворон!
Она где-то слышала, что у воронов есть привычка воровать блестящие вещи. Не успев вдоволь восхититься собственной дедукцией, Анаша тут же перемахнула через подоконник и взобралась на дерево.
— Я схожу поищу её!
— В этом нет необходимости.
Анаша, уже собиравшаяся обшарить все окрестные гнёзда, замерла на месте. Она обернулась. Подумав, что ослышалась, она заглянула ему в лицо, но оно оставалось совершенно бесстрастным.
— Вам не нужно утруждать себя из-за таких пустяков.
— Что…?
— В конце концов, это дело не имеет к вам никакого отношения.
— Но ведь это память об отце. Вы потеряли важную вещь…
— Для меня это лишь личное дело. Пока это не мешает службе, всё в порядке. Так что вам не стоит беспокоиться.
Впервые она подумала, что он невероятно холоден. Анаша и раньше считала его человеком не просто вежливым, а скорее сухим, но не ожидала, что он окажется настолько расчетливым.
— Командир… как бы это сказать, в вас совсем нет сердечности.
Лихирт, собиравшийся уйти, остановился и обернулся к ней.
На его лице не отражалось никаких эмоций — то ли он их скрыл, то ли уже успел успокоиться. Однако Анаша уже видела его лицо мгновение назад. Оно было встревоженным — впервые на её памяти. Настолько, что она рефлекторно спросила, что случилось.
— Заданий у меня нет, так что времени вагон и делать мне совершенно нечего. Вы же сами видели: я с самого утра на диване сижу.
Анаша, примостившись на ветке, посмотрела на него сверху вниз.
— Вы заняты, у вас нет времени на поиски, вам нужно работать. Так что я, раз уж у меня много свободного времени, поищу её вместо вас.
— Но у вас нет причин делать это. Как и выгоды, которую вы могли бы получить.
— Ради сердечности.
При этих чётко произнесённых словах синие глаза Лихирта едва заметно расширились.
— Если я благополучно найду брошь, проявите ко мне немного сердечности.
Порыв ветра растрепал её короткие волосы. Анаша продолжала, встретившись с ним взглядом:
— С дедушкой… то есть, с прежним командиром мы были почти как семья. Ну, фактически и были семьёй. Когда не было заданий, я часто выполняла его поручения, а если он жаловался на боль в плечах, то делала ему массаж.
Вспомнив о дедушке, Анаша тихонько рассмеялась.
— Если командир попросит о помощи, я помогу. В любой мелочи, даже в чем-то личном. Я ведь и при первой нашей встрече вам помогла.
В её голосе зазвучали ворчливые нотки. Ей стало немного обидно, что он так холодно проводит черту, будто того случая и вовсе не было.
— Может, это прозвучит внезапно, но я хочу подружиться с командиром поближе. И не хочу в будущем постоянно делить всё на служебное и личное, соблюдая дистанцию.
— …….
— Так я могу помочь?
Лихирт не сразу нашёл, что ответить. До сих пор никто не пытался приблизиться к нему, если того не требовала служба. Напротив, он был из тех людей, с которыми окружающим трудно иметь дело — в лучшем случае на него смотрели с опаской или чувством неловкости.
Поэтому её слова о желании подружиться прозвучали для него крайне непривычно.
Эта новизна вскоре сменилась опасением. Всегда трудно протянуть руку к тому, с чем никогда раньше не сталкивался. И всё же он не смог отвергнуть её предложение. Словно решение было принято с самого начала, он, поколебавшись, всё же произнёс:
— …Прошу вас.
Услышав его честный ответ, Анаша довольно зажмурилась. Затем она вскочила на ветку и в мгновение ока исчезла из виду.
Собрав все блестящие вещицы, какие только смогла найти, Анаша вернулась в главный корпус. Обойдя здание, она начала раскладывать их на самых видных местах.
Забравшись на дерево, Анаша стала наблюдать за происходящим внизу. Она верила, что раз приманка на месте, преступник скоро объявится.
Однако она ошиблась. За три с лишним часа она не увидела ни одного ворона. Когда солнце уже клонилось к закату и земля окрасилась в багряные тона, в ближайших кустах послышался шорох, и показалось маленькое существо.
— Мяу.
Белоснежный кот, сидя под деревом, издал протяжный крик. Он иногда забредал в рыцарский орден, и Анаша как-то раз с ним играла. С тех пор стоило ему увидеть её, как он начинал мяукать, требуя ласки.
— Нельзя. Уходи.
— Мяу… мяу.
— А ну брысь!
— Мяу.
Поскольку кот и не думал уходить, принявшись точить когти о ствол дерева, Анаше пришлось спуститься.
— Нравится, когда тебя гладят?
Анаша посмотрела на кота, который терся головой о её руку и громко мурлыкал. Его шерсть была не просто чистой, а лоснилась. Решив, что у него явно есть хозяин, она похлопала его по спине.
В этот момент над её головой раздалось громкое «кар-р!». Ворон, спикировав вниз, опустился на землю прямо там, где лежали блестящие предметы. Схватив один клювом, он стремительно взмыл в небо.
— А!
Анаша вскочила и бросилась вдогонку за птицей. Оставшийся в одиночестве кот разок мяукнул и снова скрылся в кустах.
За окном заунывно лил осенний дождь. Лихирт отложил дела и коснулся ладонью поверхности стола. Он дважды постучал, но с потолка не последовало никакой реакции.
Он поднял голову. То ли он уже окончательно привык к женщине, внезапно появляющейся сверху, то ли пустующий потолок вдруг показался ему каким-то чужим. Как и он сам, каждый час проверяющий, не пришла ли она.
Тяжело вздохнув, Лихирт поднялся с места. На душе было неспокойно, росло чувство тревоги, и он понял, что работать дальше не сможет. Он подошёл к окну и стал смотреть на мокнущие под дождём деревья.
В последний раз он видел её три дня назад. То ли она всё ещё искала брошь, то ли просто больше не появлялась.
Брошь, реликвия его отца, была одной из немногих ценных для него вещей. Но это касалось только его самого, а не её.
Лихирт пожалел, что попросил её о помощи. Даже если вещь нужно было найти, ему следовало сделать это самому.
Он гадал, не мокнет ли она сейчас под дождём. Ему хотелось, чтобы она скорее бросила поиски и вернулась. В то же время он размышлял о том, что заставляет её так упорно не сдаваться.
«Сердечность…»
Вспоминая её слова, Лихирт смотрел на капли дождя, застывшие на стекле. Вскоре одна капля бесшумно соскользнула вниз и исчезла из виду, но он, погружённый в необычно долгие раздумья, этого не заметил.
Анаша открыла глаза, когда время уже близилось к вечеру. Дождь, ливший весь день, наконец прекратился, и комнату залил свет заката. Стряхнув с себя сонную одурь, она быстро вскочила с кровати и приготовилась к выходу.
Два дня она рыскала по всей столице, преследуя каждого ворона, попадавшегося на глаза, но брошь так и не нашла. Сегодня утром из-за дождя поиски пришлось отложить, и она проспала полдня, зато теперь была полна сил.
Анаша миновала крепостную стену и вышла на окраину. Она уже обыскала почти всю столицу, оставалась только эта местность.
Бродя по окраине столицы, Анаша наткнулась на ворона уже после захода солнца. И не на одного, а на целую стаю. Вид птиц, облепивших старое дерево и громко каркающих, нагонял жути.
http://tl.rulate.ru/book/168921/13833278
