Лицо тетушки Лилы, провожавшей врача, было мертвенно-бледным.
— Ан.
— Да...
— Ты когда-нибудь виделась со своими тётями?
Вопрос прозвучал неожиданно. Ан медленно покачала головой. Лицо тетушки совсем помрачнело. Ан не решилась спросить, в чем дело. Она лишь наблюдала за тем, как женщина тяжело вздыхает.
— Сколько тебе лет в этом году?
— Пять.
— Вот как.
В этом году Ан исполнилось пять лет. Несмотря на то, что она была худой как щепка и маленького роста, ей часто говорили, что она не по годам развита. К тому же она хорошо училась. Она щелкала математические задачи, которые не могла решить даже молодая госпожа в доме хозяев. Так что присматривать за мамой ей тоже было вполне по силам.
— ...Ты должна хорошо заботиться о маме.
Тётушка Лила, тихонько утирая слезы, погладила Ан по щеке. Девочка кивнула. Тётушка Лила тоже не могла оставаться рядом с ней надолго. У неё самой было семеро детей. Если бы не узы крепкой дружбы, она бы не смогла оставлять свой дом на столь долгое время.
Хотя Ан мало что понимала во взрослых делах, она знала, что тётушка Лила тяжело трудится, поэтому поскорее проводила её домой. И осталась с мамой вдвоем. Она посмотрела на бледную маму. Ее изнуренное лицо явно выдавало в ней тяжелобольную.
— Мама, не волнуйся. Теперь я буду заботиться о тебе. Главное — поправляйся. Хорошо?
Она прошептала это, вытирая пот с лица матери. Ан обняла её, мечущуюся в лихорадке и не слышащую слов дочери. И она обратилась с молитвой к отцу, которого не помнила.
«Папа, если ты на небесах... Если ты присматриваешь за нами, пожалуйста, пусть мама поправится. Позволь маме и мне прожить долгую и здоровую жизнь».
Однако, вопреки молитвам, мама прожила недолго. Ан посмотрела на мать Ленока, вспоминая лицо своей матери, которое теперь едва теплилось в памяти. Королева-мать, чьи длинные черные волосы были аккуратно собраны в высокую прическу, и сегодня смотрела на сына невероятно нежным взглядом.
Но Ленок не смотрел на мать. Его взгляд был прикован к чашке, которую Ан сжимала своими тонкими пальцами. Ан тихо сидела между матерью и сыном, поглаживая чашку. Изящная чашка с тиснением в виде цветов была наполнена красным чаем.
— Я слышала, ты собираешься в поместье в Сапорасе вместе с Анной. Шарлотта тоже поедет?
— Нет. Шарлотта не любит лес.
— Ох. Но Шарлотте наверняка понравится все, что ты делаешь вместе с ней.
— Рыбалка кажется ей скучной, да и охоту она не особо жалует.
— Если говорить об охоте, Анне она, кажется, тоже не по душе. Верно, Анна?
В этом молчаливом противостоянии матери и сына, где ни один не желал уступать, казалось, можно было задохнуться. Голубые глаза Ингрид обратились к Ан. Сухие губы девочки дрогнули. Она не знала, что ответить. Вернее, чью сторону ей следовало занять в такой ситуации?
Эта битва воль продолжалась уже несколько лет, но Ан так и не научилась в ней ориентироваться. Как же правильно отреагировать? Герцогиня Валенска с самого начала велела ей не садиться с ними за один стол. Но если бы это было так просто, она бы так не мучилась.
— Я...
— Анне нравится гулять в лесу. И ей нравится наблюдать, как я охочусь.
— Если так, то и Шарлотте понравится. В этот раз возьми Шарлотту с собой. Тогда и Анне не будет скучно.
— Шарлотта сама так сказала? Что хочет поехать?
— Ленок.
Резкий, но сдержанный зов сорвался с алых губ. Ленок посмотрел на мать, которая пристально глядела на него, точно таким же взглядом. Он не хотел брать Шарлотту в Сапорас. Это место было их личным миром, только для него и Ан.
Летом они всегда отправлялись в Сапорас. Вилла, где можно было насладиться и морем, и лесом, была тихой и уединенной. Для Шарлотты, которая любила пышные балы и шумную городскую суету, там было мало интересного. Он знал на собственном опыте: ей там не понравится.
Шарлотте наскучивали такие унылые места, как загородные поместья. Поэтому она обычно привозила своих друзей и каждый вечер проводила за азартными играми, песнями и танцами.
Ему было всё равно. Пока она не пыталась разлучить Ан с ним, пока не бросала на Ан косые взгляды и не распускала сплетни в кругу своих друзей...
Его раздражало и злило то, что Ан не знала, куда себя деть, стараясь подстроиться под нее. Ан была его собственностью. Подруга или кто-то еще — неважно, как называть их отношения. Не имело значения, какое определение им давали другие.
— Королевская свадьба уже не за горами.
— Я знаю это и без ваших напоминаний.
Лицо Ингрид застыло от резкого ответа Ленока. Сын в последнее время был слишком колючим. У него и раньше был непростой характер. Она вспомнила покойного мужа. Он был человеком, который порой казался бесчувственным и даже несколько ограниченным в своей прямолинейности. Ленок был точной копией отца внешне, но, похоже, совсем не унаследовал его спокойный нрав.
«Хотя кое в чем они все же одинаковы».
Желание обладать женщиной, которая не подходит им по статусу. Да, в этом они были едины. Ингрид перевела взгляд на бледную девушку, которая сидела словно на иголках. Прошло четырнадцать лет с тех пор, как она увидела ее впервые. С того момента, когда та была лишь тощей девчонкой, Ингрид считала ее красоту необычайной.
«Но всё же она не может сравниться с Леди Шарлоттой».
Благородные дамы, близкие к матери Шарлотты, не упускали случая высказаться в адрес Ан, появившейся с ярлыком «девушки, вмиг покорившей сердце своенравного принца», и исподтишка принижали её. Говорили, что хоть она и красива, но не идет ни в какое сравнение с блистательной Леди Шарлоттой. Что для простолюдинки она на редкость мила, но не более того...
«Поэтому они говорили, что она — пустое место».
Однако и по сей день сердце Ленока принадлежало этой «ничем не примечательной» простолюдинке. В этом и заключалась проблема. Насколько бы прекрасна ни была Шарлотта, для Ленока это не имело никакого значения.
— Зато Анна прекрасно знает своё место.
Эту фразу часто повторяла Герцогиня Хелена де Валенска. Поскольку Хелена вырастила Ан с большой заботой, она вместе с Софией, Графиней Хербон и своей близкой подругой, часто вставала на сторону девушки. У Ан не было амбиций. Она не только не смела претендовать на место королевы, но даже не помышляла о том, чтобы быть удочеренной аристократической семьей.
Что, если бы на месте Ан был кто-то другой? Девчонка такая же умная, как Ан, но при этом алчная?
— Анна не знает подобных стремлений. Если бы знала, она бы захотела стать моей приемной дочерью или приемной дочерью Софи. Это бы изрядно потрепало нервы Леди Шарлотте... даже если бы Анна и не стала королевой.
Хелена, тихо прихлебывавшая чай, заговорила. Она была права. Ан знала свое положение. Поэтому ее не ненавидел никто, кроме Шарлотты.
Причина, по которой её фрейлины защищали Ан, была не в том, что Ан была какой-то особенной. И не в том, что её красота была слишком редкой для простолюдинки.
— А ты что думаешь, Анна?
Спросила Ингрид, поджав губы в испытующей улыбке. Ан, поглаживавшая округлый бок чашки, подняла голову и посмотрела на неё. На её необычно бледное лицо легла тень.
— ...По моему скромному мнению, раз Королевская свадьба уже скоро, в этом году было бы лучше провести лето во дворце, а не на вилле.
Ан старалась говорить без запинки. Она не смотрела на Ленока. Лицо Ингрид выразило удовлетворение. Она ответила: «Это хорошая мысль».
— В поместье в Сапорасе можно поехать в любое время. И в следующем году, и через год...
Голос Ан затих. Пристальный взгляд Ленока был холодным, словно острие шила. Но так было правильно. Чтобы унять дурноту в животе, Ан сделала глоток горячего чая. Она слышала, что в него добавили немного меда, но не почувствовала ни капли сладости.
http://tl.rulate.ru/book/168578/11746046
Готово:
