87. Допрос Принца
— Кадоваки-сан.
При виде Кадоваки Махиру сразу же надела ту самую ангельскую улыбку, с которой обычно появляется в школе.
Правда, сегодня в ней ощущалась едва заметная неловкость — видно, внутри она была изрядно взбудоражена.
Золотая неделя — встретить одноклассников было более чем реально. Но вот что именно здесь объявится человек, с которым они лишь недавно начали общаться, — такого она явно не ожидала.
— Не думал, что Сиина-сан бывает в игровом центре… эм, я вам не помешал?
Увидев рядом с Махиру незнакомого парня, Кадоваки чуть растерянно опустил уголки бровей. Похоже, он ещё не понял, что это Аманэ, но стоило тому заговорить — и маска тут же слетит. К тому же Кадоваки в целом отлично подмечал людей; гарантии, что он не распознает его и так, не было.
— Нет, ничего такого…
— Впервые слышу, что у Сиина-сан есть парень.
— Мы не… в таких отношениях.
Махиру отрезала это так решительно, что у Аманэ неприятно кольнуло в груди. Впрочем, факт есть факт: они не встречаются, значит, отрицать она и должна. Скорее уж странно было бы, если бы она сказала «да», и ожидать этого — бессмысленно.
— Н-нет, но со стороны же… а?
Кадоваки, сбитый с толку её упрямством, уже собрался докапываться дальше, но вдруг перевёл взгляд на Аманэ.
Их глаза встретились — и у Аманэ дёрнулась щека.
Кадоваки уставился на него испытующе, словно что-то примеряя в голове. Для Аманэ это было крайне скверно.
— …Фудзимия?
Ну конечно. Он всё-таки вычислил, кто перед ним.
Они общались не так уж долго, но Аманэ и так понимал: у Кадоваки есть наблюдательность. Даже если Аманэ уложил волосы и оделся не как обычно, теперь, когда они начали сближаться, это уже не та степень «маскировки», которую можно прокатить.
Тот, кто ему не особо знаком, в принципе не станет разглядывать его лицо так пристально, чтобы связать этот образ с привычным Фудзимией. Но Кадоваки, похоже, из таких, кому это удаётся.
— Э… это же ты, Фудзимия… да? Рост, черты — если присмотреться… Выходит, Сиина-сан знает тебя уже давно, а в школе вы начали общаться только сейчас?
— Н-ну…
То, как Махиру запнулась, стало для него, похоже, последней деталью пазла. Кадоваки переводил взгляд с Аманэ на Махиру и обратно, слегка ошарашенный.
Раньше можно было бы просто отрицать — мол, нет никаких точек пересечения. Но теперь так не выйдет.
Тяжело вздохнув и потерев лоб, Аманэ посмотрел на Кадоваки, у которого на лице смешались любопытство и откровенное недоумение.
— …Хорошо видишь, раз понял, что это я.
— Значит, всё-таки. Ну… лицо и вообще — ты был очень «Фудзимия».
— Настолько очевидно?
— Не думаю. Навряд ли тебя сразу бы раскусили даже ребята из класса. Просто ты обычно такое выражение не носишь.
Что за «такое выражение», Аманэ не понял, но, по крайней мере, успокоился: похоже, того «парня» не станут связывать с ним просто по причине внешности.
— Но вообще то, что Сиина-сан и Фудзимия… это слишком неожиданно.
— …Ладно, скрывать, похоже, бессмысленно. Как ты и сказал, мы знакомы ещё с того времени, как не перешли во второй год. И да, признаю — мы в хороших отношениях. Но не в тех, о каких ты сейчас подумал.
— …Да?
— Да.
Махиру тоже отрицала чётко и без колебаний, так что, как ни грустно это произносить самому, Аманэ тоже поставил точку.
Если оставить недоразумение, Махиру будет только хуже. Да, с Кадоваки особых проблем он не ждал, но если тот начнёт фантазировать — или, что хуже, случайно проговорится где-то — будет беда. Значит, нужно и про молчание договориться.
Аманэ старался держаться твёрдо — и тут почувствовал, как Махиру ухватила его за край одежды и подняла на него взгляд. Похоже, ей хотелось что-то сказать, но губы она так и не разомкнула, так что он решил пока не трогать её.
Кадоваки посмотрел на них, то ли соглашаясь, то ли не до конца, и лишь слегка пожал плечами.
— Ну-у… ладно. Хотя, если честно, всё прямо как говорил Акадзава.
— Что именно?
Аманэ невольно прищурился: неужели Ицуки где-то сболтнул лишнее? Но Кадоваки улыбнулся:
— Да нет, не то, из-за чего ты переживаешь. Он говорил, что если ты нормально нарядишься, то будешь выглядеть очень круто. Вот я и подумал: ух ты, и правда хорошо собрался.
— Когда это говорит Кадоваки, звучит как издёвка.
Когда тебя хвалит лучший парень в параллели — а то и во всей школе, — остаётся только криво усмехнуться.
Кадоваки был из тех, кому ничего не нужно делать: он и так красив, «сырой материал» — готовый красавчик. Аманэ же, который лишь при стараниях выходит на уровень «чуть выше среднего», мог только завидовать. Не так, чтобы прямо злился, но всё равно думал: родись я таким — жизнь, наверное, светилась бы поярче.
— Я не с таким намерением. Просто… было бы неплохо, если бы ты всегда так выглядел.
— Не хочу. Морока. Да и если я вдруг заявлюсь в школу вот так, это же сразу бросится в глаза.
— Ну, тоже верно… Значит, Сиина-сан знала, что Фудзимия может вот так измениться.
— Это… да.
Махиру, чувствуя себя явно не в своей тарелке, кивнула. Кадоваки пристально смотрел на неё.
Но это был не взгляд подозрения и не «оценивание». Скорее — он как будто что-то для себя решал, удерживая её в поле зрения.
— Угу-угу. Кажется, я начинаю понимать.
— Что именно?
— Что Сиина-сан тоже непросто приходится.
От этой фразы Махиру заметно вздрогнула. А Кадоваки лишь тихо рассмеялся:
— Сиина-сан, ты, оказывается, удивительно понятная.
На его губах держалась мягкая улыбка — чуть тёплая, даже снисходительно-добрая, и вместе с тем какая-то печальная, будто с оттенком зависти.
— Эм… Кадоваки-сан.
— М?
— Пожалуйста… не говорите об этом другим. Что мы… близко общаемся, и вообще… всякое.
Махиру, опасаясь, что это выйдет наружу, поспешила попросить о молчании. Кадоваки кивнул без малейшей заминки.
— Не переживай. Я примерно понимаю, почему вы это скрываете, и чувства твои мне понятны. И потом — у меня нет хобби разносить такие вещи ради удовольствия.
Аманэ, пожалуй, никогда ещё так не благодарил Кадоваки за порядочность.
И ещё: у Кадоваки наверняка было своё, личное. Он слишком популярен среди девушек, а значит, и зависть со стороны парней ему знакома. К тому же он как-то говорил, что если у него появится близкая подруга, её могут начать задевать — именно из-за него.
Даже если они с Махиру не встречаются, одного слуха, что такой неприметный тип, как Аманэ, дружит с Ангелом — той, что на людях одинаково приветлива со всеми, — хватит, чтобы у кого-то засвербело.
Так что за это молчание, продиктованное пониманием, Аманэ мог быть только благодарен.
— Прости, Кадоваки.
— Да брось, это нормально. Я просто не хочу из-за ерунды потерять с тобой связь. Мы же только начали нормально общаться.
Кадоваки улыбнулся — свежо и открыто.
Аманэ поймал себя на том, что с полным спокойствием думает: да, вот поэтому он и нравится всем. Он не важничает, он дружелюбный и простой даже с парнями — для девушек такой человек, конечно, будет выглядеть ещё привлекательнее. И лицо, и характер — комплектом. Тут уж другим парням остаётся только скрипеть зубами.
— А, кстати, Фудзимия.
— М?
— Увидимся послезавтра.
Сказанная с едва заметным намёком дата — это тот самый день, когда они втроём с Ицуки собирались в караоке.
То есть: «там ты мне уже расскажешь подробнее».
Аманэ встретился с ним взглядом — и получил в ответ ехидноватую ухмылку. Видно, это было проявление доверия по-своему, так что Аманэ, чувствуя лёгкую неловкость, всё же ответил:
— Ага.
А Махиру смотрела на их обмен репликами чуть-чуть завистливо — совсем незаметно, но всё-таки.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/168285/11832029
