У него были силы!
Падая, Сотаку успел сгруппироваться и замахнуться ногой. Изо всех сил он ударил Тэцу пяткой прямо в лицо, с хрустом сворачивая ему нос!
Тэцу взвыл от боли — никогда раньше он не получал таких ран. В ярости он вскочил на ноги, размахивая кулаками и целясь в лицо Сотаку, но тот перекатом ушел в сторону. Цзин Юань тем временем сражался один против двоих. Он ничуть не уступал им, но и быстро расправиться с этими прихвостнями не мог.
Механическая птаха, наблюдавшая за дракой, тут же улетела «докладывать куда следует».
Цзин Юань начал нервничать. Габариты Тэцу говорили сами за себя, к тому же сказывалась физиология долгоживущих: один удачный удар этой горы мышц, и у Сотаку сломается кость. Хоть Сотаку тоже житель Сяньчжоу, разница в весовых категориях была колоссальной.
— Эй, мелкий белобрысый, не пялься! Босс Тэцу сейчас отделает Сотаку как пить дать. Будет как в тот раз, ха-ха-ха! Помнишь, как Сотаку валялся в грязи, словно побитая собака? — один из подручных Тэцу непрерывно пытался вывести Цзин Юаня из равновесия, напоминая о прошлом Сотаку.
Цзин Юань подловил момент, пока тот болтал, и нанес жесткий левый хук, выбив противнику пару зубов. Второй подручный тут же бросился на него с кулаками, но Цзин Юань резко присел и сбил его с ног подсечкой.
— Сотаку! Посмотрим, как ты теперь побегаешь!
Тэцу потерял рассудок от ярости. Он никак не мог достать юркого противника, в то время как Сотаку наносил ему удар за ударом. Выхватив кинжал, верзила бросился в атаку.
Сотаку быстро уклонился, но лезвие все же задело одежду, оставив длинный порез. Сотаку вспыхнул от злости: эту одежду ему купил Цзин Юань!
Тэцу беспорядочно размахивал кинжалом, но задеть свежего и быстрого Сотаку не мог. А вот Цзин Юань на другом фланге напрягся: Тэцу явно намеревался убить. Используя особенности местности, Цзин Юань повалил одного из противников и с силой наступил ему на затылок, отправляя в глубокий нокаут.
Второй прихвостень, увидев, что босс достал оружие, тоже вытащил нож — более длинный, чем у главаря, — и, встав в стойку, бросился на Цзин Юаня.
«Дело дрянь», — пронеслось в голове у Цзин Юаня. Он начал уклоняться. На одежде появились порезы, но сам он оставался невредим благодаря ловкости. Противник не владел ножевым боем, просто махал железкой как попало. Нужно лишь дождаться одного…
Цзин Юань хотел сказать «одного шанса», но у Сотаку дела пошли совсем плохо.
Огромная туша Тэцу подмяла Сотаку под себя. Одна рука верзилы сжимала горло парня, а другой он заносил кинжал. Сотаку обеими руками удерживал вооруженную руку врага, но кислород заканчивался, сознание начинало мутиться…
Сотаку решил пойти ва-банк. Вложив последние силы в руки, он изменил траекторию удара кинжала, направляя его себе в грудь, а затем резко разжал пальцы и развел руки в стороны…
Плюх!
Звук вхождения лезвия в плоть.
— Сотаку! — в отчаянии закричал Цзин Юань.
Глаза Тэцу застилало безумие. Сотаку, игнорируя рану, с силой свел разведенные руки!
Двойной удар ладонями по ушам!
З-з-з-з-з-н-н-н…
В голове у Тэцу взорвалась звуковая бомба. Мозг онемел, слух пропал, зрение расфокусировалось.
Воспользовавшись дезориентацией врага, Сотаку выпрямил пальцы правой руки, плотно прижал их друг к другу, подогнул большой палец и, используя кончики как острие копья, нанес прямой пробивающий удар в кадык Тэцу!
Одного удара хватило, чтобы верзила рухнул без чувств.
Цзин Юань, разобравшись с последним противником, подбежал к другу. Изо рта Сотаку текла кровь, речь стала невнятной.
Цзин Юань первым делом оторвал длинную полосу ткани от своей одежды, затем медленно вытащил кинжал. Благодаря живучести, свойственной народу Сяньчжоу, раны затягивались быстро, но перевязка была необходима. Он туго обмотал грудь Сотаку тканью.
Наконец подоспели Облачные Рыцари, но битва уже закончилась. Цзин Юань объяснил ситуацию, после чего всех забрали. Сотаку отправили в Комиссию по алхимии, где его быстро вылечили — в его теле от природы было много силы Изобилия, поэтому он восстанавливался быстрее обычных людей.
Примчались тётя Су и дядя Цзин. Тётя Су, рыдая, бросилась обнимать Сотаку. У того дрогнули глаза, и он осторожно, слегка неуверенно, обнял её в ответ.
Позже Облачные Рыцари допросили Тэцу и его банду, получив полную картину происшествия, которая полностью совпала с рассказом Цзин Юаня. Тэцу увели — теперь ему предстояло познакомиться с законами Сяньчжоу. Тяжкий камень, давивший на сердце Сотаку, был сброшен его собственными руками.
Вернувшись домой, они выглядели жалко: одежда превратилась в лохмотья. Приняв душ и переодевшись в чистое, мальчики сели за стол. Дядя Цзин смотрел на обоих одинаково суровым взглядом.
Цзин Юань и Сотаку понимали, что провинились, и сидели, опустив головы.
— Ну ты и герой, Цзин Юань! Раз такой крутой, чего ж сразу в генералы не пошел?! А ты, маленький Сотаку? Цзин Юань глупостей натворил, а ты туда же? Зачем полез в пекло? Не учили убегать, если опасно?!
Дядя Цзин метал громы и молнии, отчитывая обоих.
Он распекал их долго и вдохновенно, даже прерывался, чтобы глотнуть чаю.
Цзин Юань и Сотаку, не поднимая голов, переглянулись, с трудом сдерживая улыбки. Они понимали: дядя Цзин кричит не со зла, а от страха за них. В конце концов, тётя Су уговорила мужа остыть.
Мальчики понуро ушли в комнату. Там они снова посмотрели друг на друга в тишине, а потом…
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Этот смех не был насмешкой над нотациями дяди Цзина или радостью от победы над хулиганами. Это был смех, скрепляющий настоящую мужскую дружбу.
Но дядя Цзин считал иначе. Услышав доносящееся из комнаты веселье, он сначала усмехнулся, а затем решительно вытянул из брюк свой ремень.
— Я вам посмеюсь… — пробормотал он.
Вскоре из комнаты донеслось:
— Пап! Погоди, мы же…
— Ай!
— Дядя Цзин, мы не над вами смеялись!
— Не слушаю! Обоих выпорю!
— Ай!
Училище Лофу, сияние глазурованных звезд. Утренний колокол зовет учеников, чьи одежды развеваются, словно паруса. Старый учитель преподает «Канон вычислений звёздных яликов», и там, где касается кончик его кисти, Галактика сходит со страниц.
Девочка делает лодочку из листа коричного дерева, нагружает её светлячками и отправляет в глубь чернильного аромата. За окном древние деревья растут кронами вниз, их корни оплетают луну, а опавшие листья превращаются в светящихся бабочек, ныряя в рукава юношей и прячась в незаконченных стихах.
http://tl.rulate.ru/book/167976/11613634
Готово:
