Глава 80. Мощь Лика Призрака
Это была маска, изображавшая свирепого демона. Один взгляд на нее заставлял кровь стыть в жилах, а по спине пробегал ледяной холодок.
[Талант: Лик Призрака]
Тайши Цы, стоявший всего в шаге, уже приготовился нанести очередной удар воздушным клинком, как вдруг увидел, что этот красавчик ни с того ни с сего нацепил на себя жуткую личину.
— Маску надел? — Тайши Цы презрительно фыркнул. — Неужели ты думаешь, что эта нелепая поделка сможет меня напугать?
Он снова замахнулся алебардой. Но в тот самый миг, когда оружие должно было сорваться вниз, сердце Тайши Цы внезапно сжалось от необъяснимого, первобытного ужаса. Тело само собой содрогнулось, а по рукам пробежала дрожь. Из-за этой внезапной слабости удар вышел смазанным, и выпущенный воздушный клинок оказался вполовину слабее обычного.
Панг!
Воздушные потоки столкнулись, но на этот раз пошатнулся уже Тайши Цы. Острые щепки воздуха хлестнули его по лицу, заставляя поморщиться от боли. Разъяренный, он снова вскинул алебарду, но стоило его взгляду наткнуться на это «чудовище с клыками и синим лицом», как воля его снова дала трещину. Дрожь стала сильнее, и новая атака оказалась еще более жалкой.
Гао Чаньгун же, напротив, нанес удар в полную силу. Его воздушный клинок врезался в защиту Тайши Цы, заставляя того захлебнуться от прихлынувшей к горлу крови.
Наблюдавший за схваткой со стороны Юань Хун внезапно все понял. Вот оно, истинное значение таланта «Лик Призрака». Он вспомнил исторические хроники: Ланьлин-ван Гао Чаньгун был настолько прекрасен лицом, что его облик не внушал врагам никакого трепета. Чтобы исправить это, он надевал на поле боя устрашающую маску демона, повергая противников в ужас.
В Системе этот талант, очевидно, был интерпретирован как ментальная атака. Стоило Ланьлин-вану надеть маску, как «Лик Призрака» начинал подавлять волю врага, мешая ему сражаться в полную силу.
Пока Юань Хун предавался размышлениям, Тайши Цы, терзаемый внутренним смятением, начал стремительно терять позиции. Его удары становились все слабее, он едва успевал защищаться, и поражение казалось неизбежным.
«Что происходит?! Почему эта маска так на меня действует?! Если так пойдет и дальше, мне конец!» — Тайши Цы чувствовал не только страх, но и нарастающее отчаяние.
С трудом отражая очередной выпад, он бросил быстрый взгляд по сторонам. Его немногочисленный отряд — едва ли тысяча воинов — уже был практически уничтожен превосходящими силами Юань Хуна. Солдаты в панике бежали. Самого Юань Хуна теперь окружало кольцо из латников в три ряда — даже если бы Тайши Цы одолел Гао Чаньгуна, добраться до вражеского командира было бы невозможно. Более того, под натиском Ланьлин-вана он сам рисковал сложить здесь голову.
— Проклятье! — прошипел Тайши Цы.
Не раздумывая больше ни секунды, он развернул коня и во весь опор помчался прочь из лагеря.
Гао Чаньгун победил. Кризис миновал.
С бегством Тайши Цы последние очаги сопротивления угасли. Из тысячи нападавших большая часть осталась лежать на земле, остальные позорно бежали. Поваленное знамя с иероглифом «Юань» снова гордо взвилось над лагерем.
Гао Чаньгун снял маску. Глядя вслед уходящему Тайши Цы, он гневно сжал кулаки, намереваясь пуститься в погоню, но внезапно его лицо исказилось от боли. Мышцы, казалось, горели огнем после использования Божественного навыка. Ему пришлось остановиться.
— Гао Чаньгун, ты как? — Юань Хун поспешил к нему, заметив его состояние.
Юноша был бледен, но старался держаться стойко. Он покачал головой:
— Я насильно пробудил скрытые силы, тело пострадало... Но я выдержу.
— Вот и славно, — с облегчением выдохнул Юань Хун, а затем с любопытством добавил:
— Не ожидал, что в моем войске скрывается такой мастер. Как же я раньше тебя не заметил? Ты умело прятался.
Ему было крайне интересно, какую легенду Система придумала для Гао Чаньгуна на этот раз.
Тот горько усмехнулся:
— Не буду лгать господину... На самом деле я не был вашим подчиненным.
— Вот как? — Юань Хун изобразил крайнее удивление.
Гао Чаньгун продолжил:
— Я родом из Бэйхая. В прошлом месяце отправился в Ляодун торговать лошадьми. Но когда вернулся домой, обнаружил, что моя старая мать умерла от голода прямо в нашем доме... Расспросив соседей, я узнал, что Кун Жун, желая помочь Лю Бэю собрать провизию, позволил своим чиновникам силой отбирать зерно у народа. Они забрали у нас последнее...
При этих словах на глазах Гао Чаньгуна выступили слезы. Он со скрежетом зубовным добавил:
— Я возненавидел Кун Жуна и искал случая отомстить. Вчера по пути я случайно прознал, что Тайши Цы собирается совершить ночной налет на ваш лагерь. Я подумал: раз господин враждует с Кун Жуном, значит, вы — мой союзник. Я не мог остаться в стороне. Я смешался с вражеским отрядом, а когда увидел, что господин в опасности, мне пришлось открыться.
«Надо же...» — Юань Хун был тронут. Система создала для Гао Чаньгуна столь печальную и убедительную предысторию. Искренность в его голосе не оставляла сомнений.
— Не горюй так, — Юань Хун достал шелковый платок и протянул его юноше. — Отныне ты будешь сражаться под моим началом. Рано или поздно я дам тебе возможность свершить месть.
— Благодарю, господин! Ради мести за мать я готов служить вам верой и правдой до конца своих дней, — Гао Чаньгун поклонился, немного успокоившись.
Он взял платок и принялся осторожно вытирать слезы. Глядя на него, такого «хрупкого и ранимого» в этот момент, Юань Хун подумал, что Ланьлин-ван и впрямь слишком красив. Окажись он среди женщин — затмил бы любую красавицу. Если бы Юань Хун не знал правды, он бы наверняка решил, что перед ним какая-нибудь дева-воительница в мужском платье.
Первые лучи утреннего солнца осветили землю. Снегопад прекратился вместе с ночью, и небо наконец прояснилось. Юань Хун окинул взглядом окрестности: лагерь был усеян телами врагов. Тысячи павших — зрелище было поистине жутким.
— Лю Бэй, Кун Жун... Посмотрим, сколько вы еще протянете после такого разгрома, — Юань Хун обратил взор в сторону города Сями. В его глазах полыхало пламя грядущей расправы.
*
На стенах Сями.
Кун Жун все еще стоял на дозорной вышке, всматриваясь вдаль, в сторону лагеря Юань Хуна. Он с нетерпением ждал добрых вестей о разгроме врага. Рассвело, но вестей не было. Тревога понемногу заползала в его душу, заставляя нервно потирать руки.
Стоявший рядом Сунь Цянь, заметив его состояние, с улыбкой произнес:
— Почтенный правитель Кун, не извольте беспокоиться. Замысел моего господина безупречен. Он лично отправился в бой вместе с генералами Гуанем и Чжаном. Эта битва не оставит от мальчишки Юань Хуна и мокрого места.
— Надеюсь на это... Очень надеюсь, — Кун Жун кивнул, и его беспокойство немного утихло.
Он посмотрел в сторону вражеского лагеря, и на его губах заиграла пренебрежительная усмешка:
— В конце концов, этот Юань Хун — всего лишь бастард Юань Шао. Сегодня его удаче придет конец.
Едва он договорил, как на дороге, ведущей к городу, показались войска. Сунь Цянь просиял:
— Смотрите! Это наверняка мой господин возвращается с победой!
Лицо Кун Жуна расплылось в улыбке. Все страхи вмиг улетучились, он с восторгом ждал появления Лю Бэя, чтобы тот во всех красках расписал ему триумф.
Однако вскоре войско подошло ближе. Это действительно были люди Лю Бэя. Вот только вид у них был жалкий: солдаты выглядели перепуганными, многие были ранены. Они бежали в беспорядке, волоча за собой покосившиеся знамена.
Это не было возвращение победителей. Это было позорное бегство после сокрушительного поражения.
Кун Жун пошатнулся. Улыбка мгновенно сползла с его лица, сменившись маской шока и неверия.
— Как... Как же так?..
http://tl.rulate.ru/book/167816/11639446
Готово:
