Глава 19: Визит под Белым Флагом
Элира встретила их у поворота, ведущего к самому узкому и скрытому входу в Гробницу — расщелине, замаскированной водопадом. Её глаза в полумраке светились тревогой, но не паникой.
— Один человек, — прошептала она, делая быстрые знаки руками. «Мужчина. Без доспехов. С мечом, но в ножнах. Не скрывается. Стоит на виду у ручья, в ста метрах от водопада. Держит в руке... белое полотно на палке.»
Белый флаг? Кант обменялся удивленным взглядом с Бардоком. Это было... неожиданно. Охотники не просили перемирия. Кладоискатели бежали. Кто это мог быть?
— Он что-то сказал? — спросил Кант.
— Крикнул один раз, — кивнула Элира. — «Я пришел говорить, а не сражаться. Ищу предводителя Стаи. У меня есть предложение.» Голос... спокойный. Не испуганный.
Предложение. Это слово висело в сыром воздухе туннеля, тяжелое и двусмысленное. Ловушка? Возможно. Но зачем тогда белый флаг и открытое поведение?
— Гарн и Торн? — спросил Кант.
— На верхних точках, с камнями, — ответила Элира. — Ждут сигнала.
Кант задумался. Его Остриё анализировало: один человек, не скрывается — либо самоубийца, либо действительно посланец. Предложение от кого? От Виктора? Маловероятно — старый вампир не стал бы унижаться до переговоров с «животными». От Коли? Возможно. Советник любил хитрые игры. Или... от кого-то еще? В лесах хватало и других сил — бандитов, сектантов, независимых охотников.
— Хорошо, — решил Кант. — Поговорим. Бардок, с тобой. Элира, оставайся здесь. Если это ловушка и из леса выйдут другие — дай сигнал, и мы уходим внутрь, блокируем вход. Гарн и Торн пусть бьют по любой движущейся цели, кроме нас и этого человека.
Они выбрались через запасной выход — узкую вертикальную расщелину, заросшую папоротником, выходившую в полукилометре от водопада. Обогнув по скалам, они вышли к ручью выше по течению и двинулись вниз, оставаясь под прикрытием деревьев.
Незнакомец стоял там, где и описала Элира. Высокий, худощавый мужчина в походном плаще поверх простой, но крепкой одежды. Седина пробивалась в его темных волосах и короткой бороде. Меч в простых, но добротных ножнах висел на поясе. В правой руке он держал импровизированный белый флаг — наконечник копья, обмотанный светлой тканью. Он не ерзал, не оглядывался по сторонам, а просто стоял, наблюдая за лесом спокойным, оценивающим взглядом. В его позе читалась привычка к опасности, но не агрессия.
Кант вышел из-за ствола векового дуба, оставив Бардока в тени. Он не скрывал своей внешности, но и не трансформировался. Просто стоял, позволяя незнакомцу его рассмотреть: человек с бледной кожей, изможденный, но с прямым станом, и с теми самыми длинными, неестественными когтями, вместо ногтей.
Незнакомец встретил его взгляд. В его серых глазах не было ни ужаса, ни отвращения. Было любопытство и... усталая решимость.
— Ты и есть тот, кого называют Хозяином Леса? Предводитель Немой Стаи? — спросил мужчина. Голос у него был низким, хрипловатым, как у того, кто много курит у костра.
— Меня зовут Кант, — ответил он, не приближаясь. — А тебя?
— Меня зовут Эрхард, — сказал незнакомец. — И я пришел сюда, потому что слухи о вас... отличаются от слухов об обычных оборотнях.
— Чем именно? — спросил Кант, оставаясь на месте.
— Тем, что вы не режете скот в деревнях. Не нападаете на путников на дорогах. Вы убили двух охотников Виктора и отпустили третьего с посланием. Вы действуете... осмысленно. Как люди. Или как очень умные звери.
— И что из этого? — спросил Кант, чувствуя, как Бардок за его спиной напрягся, готовый в любой момент выскочить.
— Из этого следует, что с вами, возможно, можно договориться, — сказал Эрхард прямо. — У меня есть предложение. Взаимовыгодное.
— Говори.
Эрхард воткнул древко с белым флагом в землю, освободив руки, но не делая резких движений.
— Я не слуга Виктора. Не охотник. Я... был наемником. Солдатом удачи. А теперь я — лидер небольшой группы таких же, как я. Людей, которым надоело быть пешками в играх вампиров. Мы знаем эти леса. Знаем тропы, тайники, слабые места в патрулях Виктора. Мы выживаем, грабя обозы вампирского лорда и уклоняясь от его стражей.
Кант молчал, позволяя ему говорить.
— Но сейчас ситуация меняется, — продолжил Эрхард. — Виктор удвоил награду за ваши головы. И не только. Он пообещал земли и титулы любому, кто вас уничтожит. В леса хлынут не только профессиональные охотники. Сюда придут банды головорезов, фанатики, жаждущие славы идиоты. Лес станет полем боя. И моим людям... нашему бизнесу, нашему убежищу, это навредит. Сильно.
— И ты хочешь, чтобы мы ушли? — спросил Кант, и в его голосе прозвучала ледяная нотка.
— Нет, — быстро ответил Эрхард. — Я хочу предложить вам союз. Временный. Тактический.
Бардок не выдержал и вышел из укрытия, его мощная фигура была красноречивее любых слов. Эрхард вздрогнул, увидев его, но не отступил.
— Союз? С людьми? — прошипел Бардок. — Вы все либо рабовладельцы, либо охотники!
— Не все, — парировал Эрхард, не отводя взгляда от Канта. — Некоторые из нас просто хотят жить свободно. И для этого мы готовы сотрудничать даже с... необычными соседями. У нас есть информация. Мы знаем, когда и откуда придут следующие охотники. Мы можем отвлечь часть сил. Предупредить вас. А вы... — он сделал паузу, — вы можете сделать то, чего не можем мы. Вы можете наносить удасы по самым сильным отрядам Виктора, по его логистике. Ослаблять его, пока он сосредоточен на вас. Мы не будем сражаться плечом к плечу. Но мы можем действовать в тени, помогая друг другу выживать.
Кант изучал его. Человек говорил искренне. Его логика была прагматичной и жестокой. Он предлагал сделку с дьяволом, потому что сам был одним из мелких бесов этого ада.
— Что ты хочешь взамен? — спросил Кант. — Помимо спокойствия в твоих владениях?
— Оружие, — сказал Эрхард без колебаний. — Серебряное оружие, которое останется от охотников, что вы убьете. Доспехи. Припасы. Нам оно не нужно для борьбы с вами. Но оно нужно для борьбы со всеми остальными. А также... — он немного помедлил, — если вы действительно не просто звери, у вас могут быть знания. О травах, ядах, путях через горы. Мы можем обмениваться.
Союз из взаимной выгоды и общей угрозы. Кант понимал логику. Это был шанс получить разведданные, глаза и уши в человеческом мире. Но это был и риск. Предательство было в природе таких людей.
— Как мы можем тебе доверять? — спросил Кант прямо.
— Вы не можете, — так же прямо ответил Эрхард. — Также, как и я не могу доверять вам. Но у нас общий враг — Виктор и тот хаос, который он сеет. И общая цель — выжить. Это более прочная основа для сделки, чем клятвы на крови. Я предложу вам знак доброй воли. Через три дня к восточной границе леса, к Старому Дублю, прибудет отряд «Сломанного Солнца». Не трое. Двенадцать человек. С ними будет маг-заклинатель из свиты Коли. Они будут искать вход в ваше логово с помощью артефакта, который чует ликанскую кровь. Вот вам информация. Проверьте её. Если я прав — подумайте над моим предложением. Оставьте ответ там же, у Дуба, в дупле на высоте человеческого роста. Знаком согласия будет... серебряный наконечник стрелы. Отказа — обугленная ветка.
Он выдержал паузу, дав словам висеть в воздухе.
— Я ухожу. Один. Вы можете убить меня сейчас, но это не принесет вам ничего, кроме лишнего трупа. А информация может спасти вашу шкуру.
Кант смотрел на него. Человек был либо гениальным блефером, либо отчаянно прагматичным партнером. В любом случае, он был интереснее, чем очередной охотник с арбалетом.
— Уходи, Эрхард, — сказал Кант наконец. — Мы проверим твои слова. И дадим ответ.
Эрхард кивнул, без лишних слов выдернул свой белый флаг из земли, повернулся и зашагал прочь, не оглядываясь, быстро, но не бегом, растворяясь в лесной чаще.
Бардок выпустил воздух, которого, казалось, не дышал все это время.
— Ты веришь ему?
— Пока нет, — ответил Кант, глядя в ту сторону, где исчез незнакомец. — Но он прав в одном — общий враг делает странных союзников. И информация... информация дороже золота. Собирай Стаю. У нас есть три дня, чтобы подготовиться к встрече гостей. И решить, хотим ли мы завести себе... деловых партнеров в лице людей, которые продали бы нас за монету, если бы цена была выше.
Он посмотрел на свои когти. Мир вокруг него усложнялся. Это уже была не просто борьба за выживание. Это становилось политикой. Игрой престолов в миниатюре, где ставкой была их жизнь и их будущее. Кант чувствовал, как тяжелеет груз решений. Но в этом была и странная горечь свободы. Он больше не раб. Он игрок. И первый ход только что сделал человек по имени Эрхард. Теперь очередь была за Немой Стаей.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/167717/11432436
Готово:
