В Советском Союзе было четыре университета с мировым именем: МГУ, Ленинградский университет – который окончили два лидера страны, Путин и Медведев, – а также Киевский университет на Украине и Белорусский университет в Беларуси.
И вот такое элитное учебное заведение внезапно прислало приглашение в Третью среднюю школу Бинчэна. Неужели их заинтересовали те двое ребят, что блестяще выступили на международной олимпиаде по математике в прошлом году? Но ведь они уже в двенадцатом классе, и пару месяцев назад Университет Цинхуа зачислил их к себе без экзаменов.
Директор лично вскрыл конверт. Внутри лежало приглашение, напечатанное на двух языках: китайском и русском. К великому удивлению директора, среди приглашенных учеников он узнал лишь одно имя, а остальные места и вовсе оставались вакантными.
Директор потер виски и взглянул на своего заместителя: ─ Послушай, старина Сунь, этот Фэн Юй из десятого класса… он ведь шурин того самого босса Ли, который пожертвовал школе деньги на строительство спортивной площадки?
Заместитель директора Сунь кивнул: ─ Именно так. У нас в школе всего два Фэн Юя. Второй – это одиннадцатиклассница.
─ Взгляни-ка на это письмо. Что скажешь? ─ директор протянул ему бумагу.
Заместитель директора Сунь принял документ и внимательно изучил заголовок. «О приглашении Третьей средней школы города Бинчэна к участию в международном летнем лагере для старшеклассников, организуемом Московским государственным университетом». Название длинное, но суть интригующая. Обычно университеты приглашают школьников в лагеря, когда те уже перешли в одиннадцатый класс и имеют за плечами серьезные награды – так вузы заманивают к себе талантливых абитуриентов.
Если бы МГУ искал будущих студентов, логично было бы звать одиннадцатиклассников. Но Фэн Юй только пошел в десятый! Более того, в письме стояло жесткое условие: участники должны быть именно из десятых классов. Это выглядело крайне странно.
Может, лаомаоцзы решили похвастаться мощью своего образования и выбрали для этого их школу? Что ж, тогда они обратились не по адресу! Китайские школы – одни из лучших в мире. А Третья средняя входит в тройку сильнейших в Китае. Успеваемость у ребят блестящая, и даже десятиклассники точно не ударят в грязь лицом перед иностранцами.
Но почему в списке именно Фэн Юй и остальные? Все четверо были теми самыми учениками, о которых просил позаботиться босс Ли. Неужели за этим приглашением стоят его связи?
Заместитель директора Сунь скользнул взглядом по именам: первым шел Фэн Юй, за ним Ли На, Вэнь Дунцзюнь и Лю Кунь. Оставалось еще шесть свободных квот для учеников и пять мест для сопровождающих учителей.
Если в этом деле не замешан Ли Шицян, заместитель директора Сунь готов был съесть свою шляпу. Он решил вызвать Фэн Юя и расспросить его. Если всё чисто, он сам возглавит делегацию – такая поездка сулит огромный почет. Если он станет капитаном группы и добьется успеха, то через пару лет, когда директор уйдет на покой, кресло руководителя школы достанется ему без борьбы.
─ Господин директор, предоставьте это мне, ─ сказал Сунь. ─ В любом случае, это прекрасная новость. Если позволите, я хотел бы подать заявку на должность руководителя группы в этом летнем лагере.
Директор бросил на него короткий взгляд: ─ Маленькая Су, учительница из параллели одиннадцатых классов, весьма толковая. Ее тоже стоит включить в список.
Сунь понимающе закивал: ─ Согласен, она отлично подходит. А как мы распределим оставшиеся места? ─ Он прекрасно знал, что «маленькая Су» – племянница директора.
─ М-м, остальное пусть решает управление образования, ─ распорядился директор. ─ Я свяжусь с ними сам. А ты иди к ученикам, отбери лучших из десятых классов. ─ У директора был свой расчет: раз такая честь выпала школе в его правление, нужно подсуетиться. Глядишь, перед пенсией переведут в управление образования или хотя бы дадут там должность по совместительству. Это не только отсрочит уход на покой, но и обеспечит совсем другие льготы после отставки.
В классе вовсю шел урок. Классный руководитель объяснял ключевые моменты программы, чтобы ученики лучше проявили себя на экзаменах в конце семестра, – и это несмотря на то, что он вел китайский язык.
Внезапно раздался стук в дверь. Учитель терпеть не мог, когда его прерывали, особенно родители учеников. Он обернулся, готовый обрушить на незваного гостя гневный взгляд, но тот в мгновение ока сменился почтением. Учитель в три прыжка оказался у двери.
─ Заместитель директора Сунь! Какими судьбами? Желаете послушать урок?
Тот лишь отмахнулся: ─ Мне нужен Фэн Юй из вашего класса. Позовите его.
Снова Фэн Юй. Похоже, у этого парня действительно серьезные подвязки у начальства.
Когда Фэн Юя вызвали в коридор и он увидел заместителя директора, он сразу всё понял. Приглашение пришло. Брат Ки, как всегда, оказался надежным человеком.
Фэн Юй обещал родителям, что поступит в столичный вуз, причем в один из двух лучших. Пекинский университет – колыбель великих ученых, и Университет Цинхуа – кузница будущих государственных лидеров. И, конечно, оба они – рассадники будущих богачей.
Фэн Юй страстно желал попасть туда. С одной стороны – чтобы исполнить мечту родителей, которые хотели гордиться сыном-выпускником лучшего вуза страны. С другой – ради собственных целей. Он хотел найти там будущих гениев и лидеров рынка, чтобы переманить их к себе! А если кто-то не захочет работать «на дядю», он просто инвестирует в их мечту. В конечном итоге всё равно всё будет работать на прибыль Фэн Юя.
Для поступления он выбрал идеальный план: заставить эти университеты самих заметить его и предложить «целевой набор» или рекомендацию к зачислению без экзаменов.
Хотя систему целевого набора часто критиковали, профессора и академики всё еще могли лично отбирать талантливых ребят, если те соответствовали их высоким требованиям.
Для рекомендации же требовались либо награды крупных конкурсов, либо выдающиеся достижения в школе. У Фэн Юя же, если не считать подаренной зятем площадки, особых заслуг не числилось, а репутация была даже хуже, чем у отъявленных забияк.
Поэтому он и придумал способ «навести лоск» на свою биографию – участие в международном лагере по официальному приглашению. С учетом того, как его зять обрабатывал руководство Третьей школы, к выпускному классу место в списке рекомендованных им четверым было обеспечено. Впрочем, Лю Куню – этому «ботанику» – никакие льготы не нужны, он со своими мозгами поступит куда угодно.
Если же и этого не хватит, Фэн Юй планировал «обработать» профессоров: выделить им целевое финансирование на научные исследования. Всегда найдется тот, кто в благодарность поможет с зачислением.
Поговорив с Фэн Юем, заместитель директора Сунь убедился, что идею с лагерем подсказал зять мальчика. Это было просто великолепно! Школа прославится на всю страну, его имя попадет в центральные издания – шутка ли, приглашение от самого МГУ!
Что касается списка участников, Фэн Юй, поколебавшись, попросил добавить туда Пышку. Когда он обсуждал это с братом Ки, отношения Пышки и Вэнь Дунцзюня еще не зашли так далеко. Сунь взглянул на Фэн Юя и кивнул. Даже если бы парень не попросил, он бы всё равно включил Чжан Хань в список – директор бы настоял на этом.
Насчет оставшихся пяти мест нужно было хорошенько подумать. Одно он оставит директору, два заберет себе, а оставшиеся два отдаст секретарю парткома и его заместителю. Так он обеспечит себе их поддержку, когда придет время претендовать на пост директора.
Вернувшись в кабинет, заместитель директора Сунь не мог сдержать улыбки. Знакомство с Ли Шицяном и зачисление Фэн Юя в школу определенно было его самым гениальным ходом.
Примечание 1: МГУ в те годы входил в топ-10 или топ-12 мировых рейтингов. ЛГУ занимал примерно 28-е место, Киевский университет – во втором десятке, хотя позже его позиции просели из-за утечки кадров в Москву. Белорусский университет входил в первую десятку.
Примечание 2: Система рекомендаций к зачислению существовала с момента основания КНР, была расширена в годы Культурной революции, отменена после восстановления госэкзаменов, вновь запущена в 1988 году и окончательно регламентирована к 2000 году.
http://tl.rulate.ru/book/167637/11523713
Готово:
