Хоу Хайтао выразил согласие, но Ли Шию все еще колебался. Они отвечали за производство, и если товар не удастся продать, убытки лягут на плечи завода. И хотя Фэн Юй как инвестор тоже пострадает, его капиталы казались бездонными – один только увлажнитель воздуха принес ему баснословную прибыль.
Нерешительность Ли Шию только раззадорила Фэн Юя. С видом человека, принимающего тяжелое, судьбоносное решение, он произнес: ─ Директор Ли, я понимаю ваши опасения. Давайте поступим так: расходы на перенастройку оборудования я беру на себя. Более того, мы подпишем договор на OEM-производство. За каждый выпущенный экземпляр я буду платить заводу по тридцать юаней. Так вы гарантированно останетесь в плюсе при любом раскладе.
От этих слов Ли Шию стало еще тяжелее. Каждый раз, когда Фэн Юй заказывал у них OEM-производство, он в итоге срывал огромный куш. Но в тех товарах выгода была очевидна: либо низкая себестоимость, либо пустая рыночная ниша. А в этом безлопастном вентиляторе он в упор не видел потенциала для взрывных продаж.
Взять хотя бы те холодильники марки Тайхуа – разве не на днях они сбыли последнюю партию? Ли Шию и понятия не имел, сколько Фэн Юй на них заработал. Он рассудил, что и у Фэн Юя случаются промашки, так что лучше придерживаться консервативной стратегии. Он выбрал OEM-производство.
Когда Ли Шию определился, Фэн Юй с улыбкой переключился на Хоу Хайтао: ─ Директор Хоу, рыночные риски этого вентилятора велики, и я как инвестор могу вообще не вернуть вложения. Раз директор Ли выбрал стабильную оплату за производство, весь риск ложится исключительно на мои плечи. Поэтому в этот раз Харбинский авиастроительный завод не получит процентные дивиденды – мы заменим их на фиксированные. То есть за каждый проданный безлопастной вентилятор я буду выплачивать вам по десять юаней. Разработку я по-прежнему финансирую сам, и результаты, включая патенты, остаются за мной. Вы согласны, директор Хоу?
Внутри Фэн Юй буквально кричал: «Ну же, соглашайся, скорее соглашайся!»
В будущем, когда такие вентиляторы только появились на рынке, их цена составляла около пятисот долларов. А себестоимость? Всего двадцать с лишним. Можно представить, какая там была маржа.
Пусть позже, когда данные о себестоимости обнародовали, цена упала сначала до ста долларов, а затем и до тридцати, к тому моменту компания уже успела выкачать десятки миллионов прибыли, а спрос все равно превышал предложение. В конечном счете эта технология принесла создателям несколько сотен миллионов долларов.
А сколько они потратили на разработку и тесты? Всего пару миллионов. В основном деньги ушли на эксперименты с углом наклона кольца и углом наклона лопастей спрятанной турбины.
Фэн Юй не знал точных параметров турбины, но угол наклона кольца помнил отчетливо – шестнадцать градусов. Он запомнил это благодаря спору с другом во время попойки, когда они проверяли информацию в Baidu.
Остальными двумя необходимыми технологиями авиастроительный завод уже обладал. Проблема была лишь в их габаритах: нужно было все миниатюризировать и соответственно снизить мощность. В конце концов, это просто вентилятор, а не авиадвигатель и не военная разработка – излишняя мощь тут ни к чему.
Выслушав условия, Хоу Хайтао тут же возмутился: ─ Менеджер Фэн, что это за разговоры? Наше прошлое сотрудничество ведь прошло отлично! Вы же видели потенциал нашего КБ – как быстро мы выдали результат. Почему в этот раз мы переходим на фиксированные выплаты?
Фэн Юй парировал без тени сомнения: ─ В таком случае я могу просто заказать у вас разработку этой технологии и выкупить ее полностью. Миллиона юаней хватит? Мало – возьмите два, назовите свою цену. Вы не хотите брать на себя риски, но хотите делить прибыль? С какой стати? Да, у вашего завода есть технологии, но не забывайте: в Бинчэне есть еще Политехнический университет и Кораблестроительный. У них эти наработки тоже имеются!
Первый совместный проект был лишь приманкой. Если бы два крупных завода согласились продолжать работу на прежних условиях, Фэн Юй не стал бы возражать. Но сейчас они не видели реальности, не понимали перспектив и хотели получить выгоду на пустом месте. Как Фэн Юй мог это допустить?
─ Но цена за единицу не может быть всего десять юаней! ─ воскликнул Хоу. ─ Электромашиностроительному заводу вы платите тридцать!
─ Пожалуйста, выделяйте линию, ставьте рабочих, и я тоже дам вам тридцать юаней. ─ Фэн Юй был непреклонен. Ничего не делать, получать деньги за просто так, да еще и жаловаться, что мало? Говоря грубо: нищему подали, а он ворчит, что суп остыл?
Если бы Фэн Юй не метил в будущем на автомобильные технологии авиазавода, он бы давно их бросил.
Тут в разговор вклинился Ли Шию, явно недовольный претензиями коллеги: ─ Директор Хоу, десять юаней – это немало. Наши рабочие в поте лица вкалывают за тридцать, при этом мы задействуем линии, а ведь есть еще износ оборудования и зарплаты, которые никто не отменял.
─ Пятнадцать юаней! ─ торговался Хоу Хайтао. ─ И я гарантирую, что разработка будет завершена в кратчайшие сроки. Пятнадцать – это совсем недорого. Даже если вы продадите десять тысяч штук, я заработаю всего сто пятьдесят тысяч. Нам придется задействовать экспертов-инженеров, а это скажется на выполнении оборонных заказов. Мы несем большие издержки.
Фэн Юй посмотрел на него с нескрываемым презрением. Инженеры экспертного класса? Можно подумать, он не платит за их работу. Неужели Хоу думает, что Фэн Юй не видел прошлые отчеты? Зарплаты этих экспертов на его проекте были в шесть раз выше их заводских окладов! И он даже не стал спрашивать, куда уходит эта разница.
─ Пятнадцать? Давайте двенадцать. У завода пластмасс тоже высокие расходы, вы думаете, кольцо такой формы легко отлить? Мои затраты огромны, будущая прибыль туманна, а если проект провалится – представляете мои убытки?
В итоге сошлись на тринадцати юанях. Фэн Юй в душе ликовал. Пусть в Китае такой вентилятор поначалу не найдет массового покупателя, но на Западе рынок огромен. В Европе и Америке живет миллиард человек, и по самым скромным оценкам миллион штук они купят. При цене в сто долларов и прибыли как минимум в пятьдесят процентов, это даст пятьдесят миллионов долларов чистой прибыли.
И это Фэн Юй считал по самому пессимистичному сценарию, не беря в расчет внутренний рынок. А имея его идеи и вводные данные, разработка вряд ли затянется дольше года. Инвестиции же, по его прикидкам, составят миллион-два юаней – точно не больше миллиона долларов.
Кто откажется поставить миллион долларов против пятидесяти миллионов чистой и, что немаловажно, легальной прибыли?
К тому же, принцип работы этого вентилятора в будущем можно превратить в еще одно изобретение, покорившее мир – сушилку для рук! И это принесет еще как минимум сотню миллионов долларов.
Подписав контракты с обоими заводами, Фэн Юй перечислил первый транш в пятьсот тысяч на разработку. В частном порядке он пообещал Хоу Хайтао: если закончат до конца года, он выплатит премию не меньше двухсот тысяч!
Разобравшись с делами, Фэн Юй вернулся к школьным будням. Приближались экзамены, и ему совсем не хотелось получить нагоняй от отца из-за плохих оценок.
В это время в Третью среднюю школу Бинчэна пришло приглашение. Письмо прилетело из Советского Союза, а отправителем значился МГУ – один из ведущих вузов мира, входящий в десятку лучших университетов. Даже если бы речь шла о научном обмене, такое письмо следовало отправить в университет – например, в местный Политех, который считался топовым техническим вузом Китая. С чего бы МГУ присылать приглашение в обычную среднюю школу Бинчэна?
Примечание 1: Сушилка для рук в ее современном виде была изобретена японцами в 93-м году. Первые образцы по размеру напоминали напольные кулеры, а сверху у них было кольцо, как у безлопастного вентилятора. На самом деле идея вентилятора и родилась из конструкции сушилки.
Примечание 2: Кондиционеры в то время уже существовали, но в Европе продавались плохо: сложная установка, громоздкость, высокая цена, шум и огромное энергопотребление. Поэтому электрические вентиляторы все еще оставались основным средством спасения от жары на рынке.
http://tl.rulate.ru/book/167637/11523712
Готово:
