Лион и Цивар Вивар шли по узким улочкам, направляясь к месту, где остановились Гаммир и остальные.
После короткого разговора в замке с графом Гранпеном Лион был официально призван на службу. Указ о мобилизации должны были обнародовать сразу после того, как люди Мэдисона доставят тела гоблинов назад в город.
Это станет официальным распоряжением.
Как и сказал граф Гранпен, долг каждого гражданина Империи — защищать её земли и народ от внешней угрозы. Когда указ вступит в силу, отказаться не сможет никто.
Лион, не обременённый ни семьёй, ни обязательствами, мог бы просто уйти. Или даже открыто отказаться.
Но последствия были бы очевидны: жизнь беглеца. Пришлось бы прятаться — то ли на севере, то ли в дикой чащобе где‑нибудь у гор Махакам.
Оставаться на землях Нифгарда он уже не смог бы — слишком рискованно.
Его лицо попало бы на каждый городской плакат: “Розыск. Ведьмак. Опасен.”
А ведьмак, оказавшийся в розыске, не убежит. Его внешность слишком узнаваема. Даже те, кто никогда не встречал его лично, по описанию сразу поймут, кто перед ними.
Но бежать Лион не собирался.
Ведь граф Гранпен поставил перед ним не задачу уничтожить всех гоблинов поголовно — это попросту невозможно.
Первое, что он должен был сделать, — найти логово гоблинов и освободить похищенных женщин, живых или мёртвых.
По сведениям, собранным Циваром, эти твари убивали всех мужчин, а женщин брали в племя — для размножения и утех. Значит, шанс, что пленницы ещё живы, оставался.
Лион намеревался выследить их и спасти, а Мэдисон Финрир должен был выделить войска для поддержки.
Второе задание — отыскать лабораторию, где создавали гоблинов, или того, кто за всем этим стоял. И уничтожить — без следа.
Два пункта — всё, что требовалось. Первый не казался сложным: надо лишь выйти на след монстров и проследить до логова.
Сложнее было со вторым — зацепок не было вовсе.
К счастью, граф дал ему хоть намёк — в провинции Гранпен действительно существует посёлок Риен, всего в полдня верхом отсюда. Начать можно с него.
Прежде чем приступить, Лион собирался найти Дензела и отменить контракт на сопровождение. Неустойку граф обещал компенсировать полностью.
— Цивар, — неожиданно спросил он в дороге, — а у гоблинов своя письменность когда-нибудь была?
Он вспомнил, как Стрэйгруб ещё много лет назад рассказывал ему о “рыцарском дыхании” и вскользь упоминал историю гоблинов, их язык и даже письменность.
— Да нет у них никакой письменности, — уверенно отрезал Цивар, взглянув на спутника. — Если кто скажет обратное — речь, верно, о гномах. Я ведь говорил тебе, Лион: если раздеть гоблина и гнома догола, так и те, и другие себя не различат.
— А вот когда откроют рот — разница сразу видна, — хмыкнул он. — Мой дед рассказывал: язык у гоблинов есть, но примитивный, не сложнее лая зверя. Такому племени просто негде было развить письменность. У них мозг работает только на жажду да страх. Если найдёшь “гоблинские руны” — знай, перед тобой знак гномий.
Лион кивнул. Значит, многие чародеи — включая самого Стрэйгруба — ошибались.
А ведь действительно, гоблины — пережиток ветхих эпох. Ещё до того, как люди пришли с запада, их, возможно, уже стерли с лица земли.
Стрэйгруб прожил чуть больше шести сотен лет — старейших его вряд ли найти. Учёные же зависели от знаний эльфов, а эльфы с гномами никогда не ладили.
Лион невольно усмехнулся. Кажется, он наткнулся на занятное, хоть и бесполезное открытие.
Гномы не любили записывать историю — их легенды жили лишь в пересказах. Эльфы же описывали прошлое стихами и эпосами.
Но коль гномы дружили с гномами-мелкашами — возможно, именно они пострадали от конфликта между старшими расами. Когда эльфы и гномы объединились, чтобы истребить гоблинов, тех, кто был им близок, — мелких гномов — позже и прозвали гоблинами?
— О чём задумался, Лион? — нарушил молчание Цивар, остановившись рядом.
— Просто догадка одна пришла в голову, — ответил тот, усмехнувшись краешком губ.
— Делись! — оживился Цивар. — А я потом угощу тебя гномьей огнёвкой!
Лион вкратце пересказал свои рассуждения.
Цивар разочарованно махнул рукой:
— Вот и всё? Да мы это сто лет знаем! Эльфы, эти святоши, вечно в белых одеждах. Чем чище кровь — тем больше спеси. Берегись их, Лион: уж если улыбнулся эльф — считай, нож за спиной держит.
— Принято, — коротко ответил ведьмак.
Они дошли до трактира, где остановились их товарищи, и сразу поняли, что дело серьёзное: у дверей собралась целая толпа.
— Выдайте чудовищ! Повесить их, псов проклятых! — раздавались крики.
— Осмелитесь ослушаться графа? —
— Прочь отсюда всех уродов! И гномов, и полуэльфов, и мелких выродков! —
— Я же говорил — все они людоеды! Твари! —
Толпа бушевала, требуя выдать поселенцев-гномов, укрывшихся в трактире.
На крыльце, с суровым лицом, стоял Мэдисон Финрир. Он нахмурился, держа меч на перевес, и холодно приказал:
— Все заткнулись! Это приказ графа. Кто сделает шаг вперёд — я ему кишки выпущу! —
Повернулся к своим солдатам: — Если кто двинется — режьте без колебаний.
Лион, не обращая внимания на выкрики, уверенно протиснулся вперёд. Толпа расступалась: одно его лицо гасило в людях всякую решимость.
— Вернулись, — Мэдисон облегчённо выдохнул, увидев Лиона и Цивара. — Простите, мои люди ещё не прибыли, но должны быть с минуты на минуту.
— Как там Ритак Соллас? — спросил Лион без предисловий.
Мэдисон пожал плечами:
— Целитель говорит — воспаление, вызванное какой‑то заразой. Подробностей не знает, сейчас разбирается. — Он жестом пригласил их. — Пойдёмте, покажу.
Они прошли внутрь. Снаружи кто‑то выкрикнул:
— Значит, граф предаёт свой народ?! Почему монстров не казнят?!
Мэдисон развернулся, и голос его стал ледяным:
— Схватить этого болтуна!
Стоило ему сказать — и толпа тут же рассеялась, словно не было её вовсе.
Лион посмотрел вслед убегающим жителям, всё ещё выкрикивавшим “Предатель!” и “Монстры!”.
— Не боишься, что потом донесут на тебя? — спросил он.
Мэдисон зло усмехнулся:
— Донесут? Эти бездельники, что и законов не знают? Героями внезапно прикинулись. Пусть только попробуют. Я первым прикажу их вздёрнуть. Подожди — как только тела гоблинов доставят в город, весь их вой стихнет сам собой.
Они остановились у двери на втором этаже. Гаммир и несколько солдат ждали у входа.
Когда подошёл Лион, дверь отворилась, и наружу вышел худощавый старик, с головой, почти лишённой волос.
— Увы, — покачал он головой, — это за пределами моих умений. Подобного заражения я ещё не встречал. Мои лекарства лишь немного замедлят его гибель. Нужен настоящий магический эликсир. И чародей, который знает, что делает.
http://tl.rulate.ru/book/166880/11306607
