Как воевода племени Амани, Зул'джин всегда пристально следил за верхушкой власти высших эльфов. Информация о лидерах Луносвета была для него на вес золота. Его шпионы в столице Кель'Таласа регулярно поставляли донесения о каждом значительном лице в Совете.
Король, советники, магистры, верховные жрецы и предводители следопытов – их возможности и слабости были изучены и подтверждены в многочисленных стычках. Единственным исключением оставался Кель'тас. Принц проводил почти всё время в Даларане, человеческом королевстве магов. Этот город был слишком далеко, а его магические заслоны были непроницаемы для лазутчиков троллей. Даже те немногие, кому удавалось проскользнуть внутрь, не могли приблизиться к принцу.
Даже на фоне своих коллег-магов, склонных к затворничеству, Кель'тас слыл истинным затворником. Член Совета Кирин-Тора, один из фактических правителей Даларана, он не занимался преподаванием, редко появлялся на публике и игнорировал большинство заседаний, предпочитая проводить вечность в лабораториях и библиотеках.
Из-за своего высокого статуса и затворничества Кель'тас почти не имел задокументированных случаев участия в реальных боях после своего возвышения до ранга архимага. Никто не знал истинных пределов его силы и глубины его магических резервов. Можно сказать, что после гибели Медива Кель'тас стал самым загадочным магом на всем Азероте.
Но в одном Зул'джин не сомневался: Кель'тас входил в тройку сильнейших магов Даларана и, скорее всего, достиг легендарного ранга. Двое других – архимаг Антонидас и Красус – не раз публично восхищались его талантами.
Даже сам Анастериан Солнечный Скиталец, живая легенда и тот самый «палач», что сокрушил империю Амани две тысячи восемьсот лет назад, с гордостью заявлял: магическое искусство его сына превзошло его собственное и приближается к уровню самого Дат'Ремара. Ходили даже слухи, что талант Кель'таса в обращении с Арканой сопоставим с тем, что демонстрировал Иллидан в эпоху Войны Древних.
Именно этого эльфа Зул'джин опасался больше всего. С самого начала битвы он искал его взглядом, зная, что дряхлый Анастериан не покинет трон, а значит, верховным главнокомандующим будет принц. Зул'джин даже обдумывал план «обезглавливания» армии: выследить Кель'таса, принять облик дракондора, совершить молниеносный бросок и захватить его в заложники. С такой картой на руках он заставил бы остроухих отступить.
Конечно, это казалось несбыточной мечтой. Как мог изнеженный принц, ни разу не бывавший на поле боя, так рискнуть собой? Он наверняка отсиживается в тылу под охраной легиона гвардейцев.
Но реальность оказалась ошеломляющей. Кель'тас не просто появился в небе над Зул'Аманом – он в одиночку шел на таран!
— Кель'тас, ты сам ищешь своей смерти! — Зул'джин оскалился в хищной усмешке.
Секунду назад он был поражен тактикой эльфов. Как они смогли так быстро распределить цели и нейтрализовать всех Лоа разом? Гибель Зул'Амана казалась неизбежной, и воевода почти поверил в гений принца, пропитавшись к нему невольным уважением.
Но теперь его терзали сомнения. «Может, весь этот блестящий план составила Лириса или сам Анастериан? Или, чего доброго, Антонидас подсказал? А принц – просто напыщенный индюк, приехавший за легкой славой?», – размышлял тролль. — «Имея победу в кармане, броситься в лобовую атаку без охраны… Это не отвага, это непроходимая тупость!»
— Иди ко мне, «Его Высочество», — прошипел Зул'джин, не сводя глаз с приближающейся фигуры. — Ты сам лезешь в петлю, и я не разочарую тебя.
Воевода сосредоточился, ожидая момента, когда эльф ступит на плиты алтаря. Он знал, что маги такого уровня – мастера телепортации и Скачка. Стоит ситуации запахнуть жареным, и они исчезнут в мгновение ока. Но Зул'джин не собирался давать ему этот шанс. Он задавит его непрерывным потоком атак, сбивая концентрацию и ломая кости.
Ему не нужно было побеждать Кель'таса в одиночку. Нужно было лишь продержаться до прибытия Малакрасса. Когда легендарный тролль-охотник за головами и легендарный жрец объединят усилия, у принца не останется ни единого шанса.
— Ближе… Еще ближе! — Шептал Зул'джин, сжимая рукоять Клинка искаженных пророчеств.
Внезапно дракондор Кель'таса замер в сотне метров от цели. Принц, которого воевода уже счел безрассудным, вскинул свой золотой посох. Огромные объемы огненной энергии начали стягиваться к навершию, формируя сгустки яростного пламени. Но они полетели не в воеводу.
Снаряды обрушились на деревянные мосты, соединявшие два главных строения в сердце цитадели. Сухое дерево вспыхнуло мгновенно. С треском и гулом пламя взметнулось к небу, отрезая кратчайший путь для Повелителя проклятий. Между дворцом жреца и алтарем воеводы раскинулось озеро, и теперь Малакрассу придется делать огромный крюк. Он потеряет драгоценное время!
— Проклятье! — Выплюнул Зул'джин. — Я ошибся. Он вовсе не глуп!
«Он просчитал, что я позову на помощь. Он пошел на сближение только для того, чтобы я не успел сбежать, пока кастуется блокада для Малакрасса! Теперь я один… Нет!»
«Если Малакрасс не может прийти ко мне, то я сам приду к нему!», – решил воевода. Он сорвался с места, на ходу принимая облик орла Амани, и мощными взмахами крыльев начал забирать к югу, в обход пламени.
В то же время Малакрасс в сопровождении своих верных слуг тоже начал обходной маневр, стремясь соединиться с вождем. Кель'тас мгновенно среагировал. Он направил дракондора наперерез Зул'джину, на ходу вскидывая руку. Огненные шары размером с кулак посыпались градом, отсекая троллю пути отхода.
Зул'джин метался, уворачиваясь от снарядов. И в этот миг Кель'тас исчез.
Скачок!
Силуэт эльфа на долю секунды размылся и возник прямо над головой тролля. Принц наотмашь обрушил свой тяжелый посох на череп Зул'джина!
Огромное древко, ведомое силой и инерцией эльфийского воителя, двигалось с пугающей быстротой. Край металлического набалдашника, заточенный по приказу Кель'таса до бритвенной остроты, врезался в голову орла. Перья и кожа лопнули, сталь с мерзким хрустом вошла в кость черепа. Амани-орел, чей скелет был крепче камня, издал истошный крик, когда в его голове разверзлась глубокая рана, обнажая пульсирующую плоть.
http://tl.rulate.ru/book/166279/10884608
