На следующее утро Шэнь Чанцин дождался обещанного Цзян Ба сюрприза.
— Глава Цзян, вы уверены, что это успокоит гнев господина? — раздался дрожащий голос снаружи. Говорил мужчина средних лет, и рядом с ним слышались болезненные стоны.
— Усмирит ли это его гнев, я не знаю, — холодно усмехнулся Цзян Ба. — Но я знаю, что если ты этого не сделаешь, крепость Чжэн станет второй крепостью Чжао.
Когда Шэнь Чанцин открыл дверь, он увидел Цзян Ба с несколькими незнакомцами.
Вот он, сюрприз?
Он ничего не понял.
За его спиной появились дядя Цзян и Цзян Лян.
— Чжэн Тао? — Шэнь Чанцин не узнал пришедшего, но дядя Цзян узнал его сразу. Глядя на мужчину рядом с Цзян Ба, он замер от удивления. Это был глава крепости Чжэн, заклятого врага крепости Цзян!
«Чжэн Тао?»
Услышав это, Шэнь Чанцин догадался, кто это.
Чжэн Тао выдавил из себя улыбку. Его взгляд скользнул по дяде Цзяну и остановился на Шэнь Чанцине.
— Я Чжэн Тао, глава крепости Чжэн. Услышав, что господин Шэнь совершил прорыв, я пришёл с дарами, чтобы поздравить вас.
Сказав это, он сделал знак, и вперёд вышел здоровенный мужик, тащивший за собой циновку. На ней лежал мужчина с перебитыми руками и ногами.
Он был бледен, слаб и тихо стонал от боли. Шэнь Чанцин своим острым взглядом сразу определил, что у него перерезаны сухожилия на руках и ногах.
— Чжэн Мин! — дядя Цзян и Цзян Лян, увидев его, в ярости стиснули зубы.
— Мой неразумный брат поступил не по чести, напав исподтишка, что привело к таким последствиям. Мне очень жаль, что так вышло с братом Цзяном, — Чжэн Тао приказал бросить Чжэн Мина к ногам дяди Цзяна и Цзян Ляна. — К счастью, виновник пойман. Его судьба теперь в ваших руках.
— Глава Чжэн, вы не щадите даже собственного брата, — холодно хмыкнул дядя Цзян, глядя на стонущего Чжэн Мина.
...
Он с горечью подумал: «Воистину, миром правит сила. Если бы не прорыв Чанцина, эти высокомерные люди никогда бы не вели себя так униженно».
Чжэн Тао сухо усмехнулся. Хоть он и говорил с дядей Цзяном, но украдкой наблюдал за реакцией Шэнь Чанцина.
Увидев, что тот остаётся невозмутимым, Чжэн Тао стиснул зубы и взял у своего человека небольшой деревянный поднос. Как и вчера у Цзян Ба, на нём лежала старая книга и пять пузырьков с лекарством.
— Я слышал, господин Шэнь интересуется боевыми искусствами, — сказал Чжэн Тао, протягивая поднос. — Я принёс вам нашу семейную технику «Хватка, Пронзающая Кости» и пять пузырьков лекарства для крови и ци. Надеюсь, господин Шэнь примет этот дар.
Шэнь Чанцин был удивлён. Цзян Ба действительно преподнёс ему сюрприз. Каждая техника боевых искусств была опорой для крепости во внешнем городе. То, что Чжэн Тао добровольно отдал свою, говорило о его искренности.
Но он не спешил принимать. Он посмотрел на дядю Цзяна.
В конце концов, вражда с крепостью Чжэн была из-за него.
— Чанцин, бери, — дядя Цзян, конечно, не собирался упускать такой шанс. Он посмотрел на лежащего на земле Чжэн Мина. — Стать калекой — вот лучшее наказание для него. Лян, отшвырни его обратно.
Цзян Лян, кипя от ярости, подошёл и со всей силы пнул Чжэн Мина.
Он не сдерживался. Чжэн Мин закричал, перекатился к ногам Чжэн Тао и начал кашлять кровью. Если ему немедленно не помочь, он долго не проживёт.
Чжэн Тао сделал вид, что ничего не видит.
Шэнь Чанцин взял «Хватку, Пронзающую Кости» и лекарства.
— Не дайте ему умереть здесь. Убирайтесь.
Раз уж дядя Цзян принял решение, Шэнь Чанцин не собирался больше вмешиваться.
С «Хваткой, Пронзающей Кости» его понимание боевых искусств должно было углубиться. Каждая техника, по сути, была способом развития человеческого тела.
Если он постигнет достаточно способов, отбросит лишнее и возьмёт лучшее, то, возможно, сможет создать свой собственный, новый метод.
— Да, господин Шэнь, — Чжэн Тао, словно получив помилование, поспешно взвалил Чжэн Мина на спину и ушёл со своими людьми.
Хоть цена была высока, но если гнев господина был усмирён, это того стоило. А что до «Хватки, Пронзающей Кости», то он давно сделал копию, так что наследие не прервётся.
Когда они ушли, Цзян Ба снова заговорил.
— Чанцин, здесь есть ещё одна техника.
Он подвёл к нему Чжао Хэшаня.
У Чжао Хэшаня осталась одна рука, но выглядел он гораздо лучше, чем раньше. Он протянул свиток.
— Господин Шэнь, в моей крепости практиковали технику закалки кожи. Надеюсь, она вам поможет.
Крепость Чжао была разрушена, и у Чжао Хэшаня не было лекарств. Но, узнав от Цзян Ба, что Шэнь Чанцин интересуется боевыми искусствами, он без колебаний отдал свою семейную технику.
— Хорошо. Глава Чжао, не волнуйтесь. Через час я верну её вам.
Шэнь Чанцин не стал церемониться и взял свиток.
Техника называлась «Сутра Закалки Кожи». Очевидно, она была направлена на укрепление кожи.
— Тогда мы пойдём, — Цзян Ба и Чжао Хэшань, увидев, что он принял дар, ушли.
Шэнь Чанцин вернулся во двор, отдал пять из десяти пузырьков лекарства Цзян Ляну, но тот сказал, что с его данными столько не нужно, и взял только три.
Затем Шэнь Чанцин попросил дядю Цзяна найти ему комнату и принялся изучать «Хватку, Пронзающую Кости» и «Сутру Закалки Кожи».
...
В старой, но чистой комнате.
«„Хватка, Пронзающая Кости“ и „Кулак Небесной Тверди“ во многом похожи. Хоть и акценты разные, но суть одна — особым образом тренировать руки, чтобы генерировать кровь и ци».
Шэнь Чанцин закрыл «Хватку, Пронзающую Кости».
Он не знал, кто создал эти техники, но был уверен, что их создатели пришли к одним и тем же идеям о развитии рук.
И эти идеи были ключом к раскрытию потенциала.
Это вселило в него уверенность. Он чувствовал, что близок к озарению.
Он с нетерпением взял «Сутру Закалки Кожи» и начал читать.
Через четверть часа.
«Жаль. У «Сутры Закалки Кожи» мало общего с двумя другими. Озарения не будет. Похоже, нужно изучить больше».
Шэнь Чанцин с сожалением понял, что трёх техник было слишком мало.
Выйдя из комнаты, он увидел, что во дворе появился ещё один человек.
— Братец Чанцин, я слышал, ты вдруг заинтересовался боевыми искусствами? — увидев его, к нему с улыбкой подошёл Лян Хуэй.
— Да, — кивнул Шэнь Чанцин. — Я подумываю заняться этим.
— Ты знаешь, что у этих техник низкий потолок, а тренироваться так же сложно, как и совершенствоваться? И там, и там есть свои барьеры. Зачем тратить силы на прорыв барьера крови и ци, если можно прорываться в совершенствовании?
Лян Хуэй попытался его отговорить.
— Послушай старого брата. Почитай для общего развития, но не губи себя.
— Брат Лян прав. Но всегда стоит попробовать. Кто знает, может, и получится? — сказал Шэнь Чанцин. — К тому же, боевые искусства — это тоже способ стать сильнее.
Барьер крови и ци? Ха-ха, для него не было никаких барьеров.
С его даром, при наличии достаточного количества лекарств, он мог быстро достичь вершин!
— Раз уж ты знаешь, что в совершенствовании тебе далеко не уйти и Царства Создания Ядра не видать, то боевые искусства действительно могут повысить твои шансы на выживание, — Лян Хуэй знал о данных Шэнь Чанцина и больше не стал его отговаривать. — В конце концов, на заданиях ты не всегда сможешь на меня полагаться.
— А может, когда я сам провалюсь при прорыве в Царство Создания Ядра, то тоже займусь боевыми искусствами. Тогда, боюсь, придётся у тебя совета просить. Ха-ха.
Он посмотрел на свитки в руках Шэнь Чанцина и покачал головой.
— Но если уж заниматься, то не таким барахлом. В библиотеке нашего Управления есть техники и получше.
— Библиотеке?! — замер Шэнь Чанцин.
— Ах да, забыл сказать. В Управлении есть библиотека, где хранятся боевые искусства, — объяснил Лян Хуэй. — За тысячу лет во внешнем городе были уничтожены сотни крепостей. И всё, что от них осталось, в основном попало в руки Управления.
— Например, таких техник среднего уровня, как у тебя в руках, там не меньше пятидесяти. А ещё есть с десяток техник высокого уровня. Если уж хочешь заниматься, то лучше вернись и выбери что-нибудь стоящее. С твоими заслугами в этот раз тебя туда точно пустят.
Слушая его, Шэнь Чанцин застыл в изумлении…
...
http://tl.rulate.ru/book/166232/11636310
Готово:
