Бенджамин, облачённый в доспехи, больше всего напоминавшие легендарного героя, и излучавший сейчас не свойственную ему обычно хищную решимость, словно вдохнул в растерянных стражей новую силу. Даже Уолтер, до того терзавшийся сомнениями и страхом, подавил в себе желание отговорить господина. Он понял: решение принято, и теперь его долг — лишь защищать.
— Всем приготовиться! — громовым голосом скомандовал он, мгновенно возвращая себе привычную холодную строгость. — Проверить оружие и факелы! Держать построение! Барри, ведёшь нас!
Отряд собрался без промедлений. Впереди — Уолтер и сам Бенджамин, за ними восемь ополченцев, недавно зачисленных в стражу. В руках у них были пики, охотничьи луки и топоры.
Покинув Морозный Городок, они шагнули в сумрачную чащу Серошепчущего Леса. Чем дальше продвигались, тем темнее становилось вокруг. Ветви древних деревьев тянулись к небу, словно искривлённые тени великанов. В воздухе стоял странный запах — тяжёлый, сладковато-мясной, от которого хотелось сжать крепче рукоять оружия. Барри, превозмогая боль и страх, полагался лишь на охотничий инстинкт, указывая путь. Вокруг они встречали изломанные кусты, расцарапанные когтями стволы, и на земле — следы, будто вырезанные лезвием. Всё здесь подтверждало слова Барри.
— На стороже! — внезапно рявкнул Уолтер и вскинул руку. Отряд мгновенно застыл. Лес будто перестал дышать.
Перед ними открылась ужасающая картина. Ветви обломаны и разбросаны, мох пропитан засохшей кровью, на корнях дерева висит порванный кусок кожаного доспеха — ровно там, где в последний раз видели Ханса.
По знаку Уолтера двое лучников заняли позиции по сторонам, держа натянутые тетивы. Бенджамин снял с плеч длинный лук, вложил стрелу и, словно беркут, пронзил взглядом тьму. Всё его существо говорило: это не барон, а закалённый в десятках смертельных схваток странник.
— Разделиться, но не терять друг друга из виду, — негромко приказал Уолтер. — Смотреть под ноги… и вверх.
Они двинулись вперёд, осмотрительно переступая корни. В лесу царило мёртвое безмолвие. Только ветер скулил в кронах, и слышалось их тяжёлое дыхание.
И вдруг —
Шорох — и из кустов вырвалась тень! Не успел никто крикнуть, как она метнулась на одного из ополченцев с пикой.
Существо двигалось невероятно быстро. Видно было лишь мрак, пару зелёных, светящихся глаз — и ужасающую скорость!
— Слева! — Уолтер будто взорвался голосом. Его меч с визгом вырвался из ножен, ослепительно блеснув сталью.
Но сталь оказалась медленнее стрелы.
Свист — и стрела, летящая быстрее, чем можно уследить взглядом, вонзилась тварям прямо в грудь, пригвоздив их к стволу ближайшего дерева. Пронзительный визг — и тишина.
Уолтер шагнул вперёд, меч описал короткую дугу — и с сухим треском отделил чудовищу голову. Из раны брызнула густая, зеленоватая кровь.
— Великолепный выстрел, милорд! — Уолтер вытер клинок и с уважением поклонился. — Такое мастерство... не каждому рыцарю дано.
Теперь стало ясно, с чем имели дело. У чудовища было тело, напомнившее волчье, но неестественно вытянутое, с длинными конечностями, оканчивавшимися чёрными, как обсидиан, загнутыми когтями. Голова — мерзкий гибрид волка и гигантского насекомого, с хитиновыми пластинами и чудовищной челюстью, усеянной мелкими зубами; глаза — огромные, фасеточные, всё ещё светились мертвенным изумрудным светом.
Такого не описывал ни один бестиарий.
— Идём дальше. След по крови, — произнёс Бенджамин тихо, но твёрдо. — Барри, веди.
След вёл всё глубже в лес. Уолтер шёл впереди, ополченцы — позади. Вскоре на них снова напали такие же чудовища — «волкожуки». Они бросались сверху, из-за камней и корней.
Теперь же Уолтер показал, почему его называли рыцарем, прошедшим настоящую войну. Его меч двигался без излишеств, точно, быстро, смертельно верно. Каждый взмах означал смерть. Бенджамин стоял рядом, готовый прикрыть, но не успевал — от Уолтера исходило спокойствие и сила. Страх в сердцах ополченцев постепенно сменялся храбростью.
Вскоре следы крови привели их к зияющему провалу в земле, заваленного корнями и лозами. Из дыры веяло смрадом и холодом, будто само зло поселилось там.
— Милорд, разрешите войти первыми, — твёрдо сказал Уолтер, заслоняя Бенджамина собой. — Внутри может быть слишком опасно.
Бенджамин колебался мгновение, затем кивнул. — Осмотрительно. Будет хоть тень сомнения — отходите.
Уолтер взял двух ополченцев с факелами и исчез в темноте тунель. Но вскоре изнутри донёсся его сдержанный крик, за ним — звон стали и глухие удары.
Бенджамин побледнел. Через секунду воздух прорезал вопль боли.
— Всё! Ждать нельзя! — Бенджамин выхватил факел у ближайшего ополченца. — Смельчаки — со мной! Остальные — держите вход, строй сомкнуть!
Он ворвался в темноту первым.
Пещера оказалась огромной, и в смрадном воздухе факелы вспыхнули, отражаясь от влажных стен. В центре бушевала схватка. Уолтер бился с чудовищем, в несколько раз превосходящим прежних. Оно имело тело медведя, но спину и плечи заслоняли слои твёрдого хитина, а с боков торчали дополнительные конечности — острые, как копья, насекомые отростки, которыми оно колотило с бешеной силой.
Рядом неподвижно лежал ополченец, из-под доспеха сочилась кровь. Уолтер едва держался, на его броне зияли глубокие рассечённые трещины.
Чудовище встало на задние лапы и, взревев, обрушило лапу величиной с щит. Уолтер не успевал закрыться — отбил одно лезвие, но второе шло сверху.
— Эй! — крикнул Бенджамин и метнул копьё.
Оно вонзилось под мышку чудовища, заставив того взвыть. Рана была не смертельна, но дала короткий миг.
Этого мига Уолтеру хватило. Меч в его руках вспыхнул холодным серебром и превратился в бурю. Серия ударов — точных, безупречных. Звон — и все насекомьи конечности отлетели.
Монстр заревел, пошатнулся.
— Выводим наружу! — скомандовал Бенджамин.
Уолтер, пятясь, увлек за собой чудовище. Когда оно вырвалось к свету у входа, ополченцы уже стояли сомкнутым строем.
— КОЛЬЯ! — прорычал Бенджамин.
Десятки копий ударили одновременно. Некоторые отскочили от панциря, но другие пробили мягкие суставы. Монстр взвыл, но двигаться больше не мог. Уолтер, выбрав момент, прыгнул, и, вложив всё остаток сил, вонзил меч в раскрытую пасть чудовища. Клинок прошёл насквозь — от рта до затылка.
Тварь содрогнулась и рухнула замертво.
Только тогда Уолтер, задыхаясь, опёрся на меч и опустил голову. — Милорд… я подвёл вас… заставил идти в опасность…
Бенджамин подошёл, тяжело, но спокойно. — Мы оба поспешили, — сказал он, положив руку ему на плечо. — Гнев мешает рассудку. Но никто из нас не отступил. А теперь выносим раненых. И очищаем место.
Воздух вокруг ещё дрожал от боли и усталости, но над мёртвым чудовищем уже горели факелы — первый свет новой победы.
http://tl.rulate.ru/book/166170/10902759
