Сюзанна проснулась, поначалу дезориентированная тем, что оказалась в чужой постели. Вид бинтов на руках напомнил ей о событиях дня. Нужно было поторапливаться и выяснить, что, черт возьми, происходит.
На ней были только бинты и ночная сорочка. Ее собственную одежду утащили в стирку, но на стуле она приметила стопку вещей, а рядом – свои туфли. Были приготовлены плотные хлопковые штаны и простая туника. Она мысленно поблагодарила Адрианну за то, что та оставила одежду, которую легко надеть. Пока она одевалась, в дверях появилась хозяйка дома с буханкой хлеба и чаем.
— Я знаю, что ты спешишь, но съешь что-нибудь и выпей чай. А потом прими вот это зелье, чтобы закончить исцеление. Оно не подействует как надо, если ты не подкрепишься, чтобы помочь организму.
Жуя толстые ломти свежего хлеба, Сюзанна пробормотала:
— Чт-то-ниб-будь случилось?
Арианна выглядела как встревоженная мать, пытающаяся излучать спокойствие и терпящая в этом полный крах. — Может быть, не уверена. Оззи и Алистер ушли в таверну, но так и не вернулись. И я почти уверена, что моя дочь увязалась за ними.
— Ушли с ними в подвал?
— Нет, в подземелье, которое теперь находится в цокольном этаже таверны. Я заходила туда, пока ты спала. Там для тебя записка.
Сюзанна осушила зелье и схватила еще кусок хлеба. — Понятно. Я туда. Дерек там?
— О, он там, это уж точно. С каких это пор он начал беспробудно пить еще до полудня?
=============================================================
Дерек как-то боком сидел за столом. Перед ним стояло несколько пустых кружек и открытая бутылка Хайкернского бренди. Он выстраивал в ряд шесть стопок и наливал бренди в седьмую.
Прекрасно, еще одна проблема, которую надо решить. Но не сейчас. Сюзанна сбежала по лестнице, а затем в самый низ, в подпол. И верно, там обнаружилась лестница, ведущая вниз, к двери, выглядящей как классический вход в подземелье. К ней была приколота записка.
«Алистер говорит, что подземелье вот-вот лопнет от избытка маны, мобов или чего-то еще. Это плохо. Мы вдвоем идем внутрь прибить несколько крыс. Скоро вернемся. – …Оззи.»
Ни слова о Зефир. Значит, когда они входили, ее с ними не было. Конечно, она могла войти раньше. Стала бы она? Разумеется, стала бы. Папа когда-то был искателем приключений, а она определенно «папина дочка». Лучше исходить из того, что Зефир зашла внутрь и сейчас с ними. Бросаться туда в одиночку бессмысленно. Все это началось, когда ей пришлось одной биться с одним крысочеловеком, а целое подземелье таких тварей ей не по зубам. А пока пришло время выяснить, с чего это ее босс решил уничтожить запасы спиртного.
Дерек все еще был там. К стопкам добавилась еще одна грязная, и он только что наполнил следующую. Сюзанна подхватила стопку бренди, опрокинула ее в себя и отобрала у него бутылку. — Этим делу не поможешь. Что происходит?
Дерек посмотрел на нее. Ему явно не хватало сна, а лицо покрыла двухдневная щетина. Если подумать, он выглядел слегка помятым еще вчера, когда она пришла на ночную смену. — Крысы!! Проклятые крысы. Ненавижу крыс. И Билли ненавижу. И контракты. Верни бутылку.
Под пустыми пивными кружками лежал заляпанный двухстраничный контракт с логотипом АКМЕ. Она прибрала на столе. Вытерла пиво с контракта и заглянула в него. — Это тот самый контракт, который ты подписал, когда продал Билли половину таверны?
Дерек кивнул. — Зря я это сделал. Теперь мне еще хуже, чем было.
— Почему хуже? Что случилось, Дерек?
Дерек для убедительности ударил кулаком по столу. — Крысы случились. Этот проклятый квест каждый день твердит мне, что у меня «Крысы в подвале». Эвелин и шагу в это заведение не ступит, пока в подвале крысы. И это еще до того, как появились те, здоровенные.
Сюзанна вздохнула. Она выставила две стопки. Капнула пару капель в стопку Дерека, наполнила свою, а затем закупорила бутылку. — Ладно, давай-ка ты начнешь с самого начала и расскажешь мне всю историю.
Приободренный символическим подношением бренди, Дерек поведал свою историю. Эвелин была дочерью содержателя таверны в Дейлсфорде, милях в тридцати к югу от Седжвика. Дерек вырос там и хотел ухаживать за ней, но ее отец отказывал, пока он не докажет, что способен сам управлять таверной. Содержать таверну – тяжелый труд, и старику нужен был зять, способный взять на себя семейное дело.
Дерек продал все, что имел, и купил захудалую таверну здесь, в Седжвике. Большая часть прибыли уходила на выплату займа, но через пять лет он полностью расплатился. Он снова попросил ее руки, надеясь, что они смогут наладить жизнь здесь. Но за его милой Эвелин охотился кто-то еще. Да и сама она колебалась между ними. Ее папаша оказался прагматиком: кто принесет приданое в 500 золотых монет, тот получит Эвелин и станет наследником семейной таверны.
— И когда Билли зашел узнать, не хочешь ли ты продать долю, ты попросил 500 золотых? — Сюзанна просматривала контракт в поисках ловушки, в наличии которой не сомневалась.
— Ага, мы немного поторговались. Билли нужна была таверна, чтобы кормить своих рабочих. Мне нужно было золото. Я просил две тысячи, он предложил пятьсот за половину. В итоге мы на этом сошлись, я съездил в Дейлсфорд и выплатил ее приданое. Деньги пойдут в ту таверну. В каком-то смысле они со временем ко мне вернутся. Или вернулись бы.
— Мне правда стоило повнимательнее прочитать контракт и подумать, но я торопился. В контракте были и другие условия. АКМЕ хотела гарантировать успех таверны, и мы должны были принимать только наличные. Билли не хотел сам управлять таверной, он просто хотел иметь над ней контроль. Часть контракта гласит, что я несу ответственность за прибыльность таверны и обязан ею управлять.
— Ты не брал наличные? В смысле, я-то беру. Кроме тех завсегдатаев, которым ты позволяешь пить в долг.
Дерек уставился в свою пустую стопку. — Вот именно, и в этом проблема. Видишь ли, в маленьком городке налички не густо. У фермера полно картошки и моркови, а не медных пенни. Мне нужны продукты для таверны, так что местные обычно платят едой, сеном, яйцами, пустыми бочками или чем угодно еще, что я могу использовать. Стоило об этом подумать покрепче. Мы договорились о «простой схеме распределения прибыли». АКМЕ забирает 20%, а я оставляю остальное и оплачиваю счета.
Сюзанна нашла этот пункт: «АКМЕ будет выплачиваться доля прибыли каждый месяц в размере 20% от стоимости всей еды и напитков, отпущенных таверной. Оплата производится в монетах царства, независимо от того, чем были оплачены еда и напитки».
Сюзанна попыталась прикинуть расходы таверны и пришла к скверному выводу, учитывая объем бартера. — Полагаю, это оставило тебя без гроша в кармане?
— Ага, и я бы мог с этим разобраться, дай мне время. Нужно просто следить, чтобы выручка наличными покрывала долю АКМЕ. Управление таверной не казалось большой бедой. Мы с Эвелин могли бы поработать здесь пять лет, обучить управляющего и уехать в Дейлсфорд. В контракте сказано, что таверна должна оставаться открытой, иначе я должен вернуть АКМЕ 500 золотых за нарушение условий. Но теперь она не приедет.
Картина у Сюзанны начала складываться. — Из-за крыс?
Дерек тяжело вздохнул. — О, да. Крысы. У нее паническая боязнь крыс. И что хуже, до ее отца дошли слухи о том, что тут творится. Демоны бегают, поджигая все вокруг, крысы в подвале, авантюристы приходят за квестами. Он не позволит ей переехать сюда и выйти замуж за содержателя таверны в проклятой деревне. И я его не виню. Я сам до смерти напуган большую часть времени. Даже в собственный подвал спускаться не хочу.
— Дерьмо. Значит, она не приедет. Ты застрял здесь, у папаши уже есть 500 золотых. Он их вернет… когда-нибудь. Тем временем другой парень тоже платит 500 и забирает Эвелин. Ты сидишь здесь с разбитым сердцем. А я получаю алкоголика в качестве босса. Да, ситуация паршивая. Мне нужно поговорить с Билли.
Билли был в конце дороги, у тех жутких, покрытых рунами камней. Верн с ним спорил. Новая девица, Лейла, стояла рядом с отсутствующим видом. Ее команда рабочих прибыла в Седжвик вчера. Они слонялись без дела и выглядели недовольными.
По крайней мере, темная мана больше не сочилась из руин на дорогу. Она заметила, что все излишки древесины были аккуратно сложены в длинную линию перед дорогой и до самой опушки леса по обе стороны. Она чувствовала огромное скопление темной маны за этой преградой, удерживаемое, словно вода плотиной. Пандус вел вверх и через четырехфутовую кучу бревен.
— Это не сработает, Верн, мы уже пробовали с пятью. — Билли мерил шагами землю, время от времени пытаясь взглянуть на рунные камни.
Верн стоял на своем:
— Ну, может, семь сработает. Кажется, это магическое число. Лейла, мотивируй своих людей.
Лейла переговорила с рабочими и отобрала семерых. Они выстроились в ряд и по ее сигналу взбежали на пандус и рванули к городу, стараясь рассредоточиться. Один за другим огромные стоячие камни вспыхивали, и молнии били с неба, испепеляя бегущих. Кроме последнего. После шести ударов грома и вспышек молний остался один человек. Он пробежал около сорока ярдов. В крайнем изумлении он вскинул руки к небу, вопя:
— Я жив! Да!
БУМ! Седьмой удар молнии настиг его.
Верн крикнул Билли:
— Видишь, есть прогресс. Нам просто нужно больше рабочих разом.
Ох, Сюзанне совсем не хотелось лезть в это. Она не собиралась никому рассказывать о том, что видит ману и кое-что смыслит в рунах. Нет. Не ее работа. Что напомнило ей, зачем она здесь.
— Мистер Билли, есть минутка? Нужно поговорить о контракте с Дереком.
Билли посмотрел на нее и выдавил слабую улыбку:
— Извини, Сюзанна. Я занят важными делами. Лейла, объясни ей.
Лейла была только рада поставить маленькую ведьму на место. — Это Дерек тебя прислал? Хватит позволять мужикам распоряжаться твоей жизнью, хани. Он просто использует тебя как пушечное мясо. Он уже приходил сюда поговорить. И, как и в прошлый раз, ответ – нет.
— Он подписал контракт. Если ему не нравилось то, что там написано, стоило составить контракт получше. Ты работаешь на АКМЕ, дорогуша, так что просто заткнись и катись своим маленьким задом обратно в таверну. Дерек может либо продолжать делать то, что обязан, либо объявить дефолт и столкнуться с последствиями, либо найти лоха, который выкупит его долю и возьмет все на себя.
Сюзанна попыталась сохранить спокойствие:
— Послушайте, я уверена, должен быть какой-то выход…
Лейла улыбнулась:
— СТОП! Все, что ты скажешь, не имеет значения. Хочешь ему помочь? Просто скажи Дереку, чтобы начал сдавать тебя в аренду с почасовой оплатой. Я знаю, ты любишь внимание, так пусть он хоть что-то получает за то, что ты вертишь задницей перед каждым встречным мужиком.
Спокойствие улетучилось. Оно убежало и не обещало вернуться.
— Ой, у вас тут паук. Боже, их тут полно, давайте я их смахну. Ой! У вас, должно быть, целое гнездо в одежде.
Жуки начали лавиной сыпаться из одежды Лейлы, пока та с криками скакала кругами, пытаясь их стряхнуть. Сюзанна отступила, в ужасе прикрыв рот рукой. Насекомых становилось все больше. Лейла принялась срывать с себя вещи, раздеваясь почти догола. Она была вся покрыта насекомыми и не переставала хлопать по коже, которая быстро покрывалась волдырями.
Все застыли. Никто не знал, что сказать. Лейла с воплем ярости припустила обратно к деревне. Билли подошел к Сюзанне, косясь на разбросанную одежду, кишащую ползучими гадами.
— Гнездо насекомых?
— Должно быть. Ей стоит быть осторожнее. Это было по-настоящему пугающе.
Билли тщательно подбирал слова:
— Послушай, Сюзанна. Я ценю твое желание помочь Дереку. Я понимаю, что он в затруднительном положении. Но пусть он сам во всем разберется. Он найдет способ выплатить АКМЕ обещанную долю. Пока это происходит и таверна кормит рабочих, я доволен. Контракт на данном этапе изменить нельзя. Он зарегистрирован в игре и в штаб-квартире АКМЕ. Ни я, ни Верн ничего не можем с этим поделать.
— Ты отлично справляешься в таверне. Практически сама ею управляешь. Тебе не о чем беспокоиться, твое место за тобой закреплено. Но Лейлы лучше избегай.
Сюзанна кивнула. Затем она улыбнулась, помахала оставшимся рабочим, а следом и Верну. — Хорошо, Билли. Спасибо, что попытался. Пойду готовить обед для всех.
На обратном пути она снова перечитала контракт. Вернувшись в таверну, она с облегчением увидела, что Гранжа заставляет Дерека съесть сэндвич.
— У меня есть идея, Дерек. Продай таверну мне.
Дереку потребовалось время, чтобы это обдумать. — Продать таверну тебе? Но у тебя же нет денег. Я знаю, что ни у кого из вас, рабочих, их нет.
Сюзанна изложила свои доводы:
— Это неважно. Ты хочешь уйти, но не можешь, пока кто-то другой не возьмет таверну на себя. Я могу это сделать. Ты укатишь в Дейлсфорд и женишься. Если она предпочитает тебя тому другому парню, твой тесть будет только рад, что ты поработаешь в той таверне, пока он не уйдет на покой.
— И ты заберешь мою таверну здесь даром?
Сюзанна покачала головой:
— Нет. Я тебя не обману. Я здесь уже на пять лет. Я буду управлять таверной и платить тебе по 10 золотых монет в месяц, начиная с сегодняшнего дня. Это 600 золотых за пять лет. Думаю, это честно, учитывая, что ты продал половину за 500, а теперь тут проблемы с крысами.
Гранжа ушла на кухню и вернулась вместе с Бетти, пока Дерек размышлял. Она принесла чистый лист, вырванный из конца кулинарной книги, перо и чернила. — Она предлагает тебе отличную сделку, Дерек. Иди женись на той девчонке, пока ее не увели.
Дерек принял решение:
— Вы правы. Если кто-нибудь напишет купчую, я подпишу. Руки сейчас что-то не слушаются.
Через час Дерек уже был в пути. Сюзанна присела с Гранжей и Бетти, чтобы обсудить, как лучше вести дела. Гранжа прожила в Седжвике всю жизнь и жаждала более серьезных задач. Бетти была рада взять на себя больше готовки. Сюзанна настояла на том, чтобы продумать схему распределения прибыли, если дела пойдут в гору.
Они как раз закончили, когда начал подтягиваться вечерний народ. Первым был Сэр Тимоти в сопровождении дюжины авантюристов. Увидев Сюзанну, он отвесил быстрый поклон. — Мы вернулись, прекрасная дева. Начнем с пары раундов «Темного Блада».
Другим посетителем был пожилой мужчина в щегольском костюме из серой ткани и белой рубашке. Он снял пальто и шляпу-котелок, уселся у бара и принялся разглядывать бочонки с элем. Сюзанна подошла к нему, обслужив Тимоти и его свиту. Те мигом опустошили бочонок «Темного Блада». Ей и правда пора было заняться пивоварением и пополнить запасы.
Джентльмен попросил по маленькой кружке каждого из сортов, которые Дерек традиционно варил сам. Он вставлял короткие замечания, спрашивал названия элей или сортов пива и делал пометки в маленькой книжице. В конце концов он попросил маленький стакан Пива «Дубинка» и один – «Темного Блада». Он не выглядел пьяным, когда допивал остатки.
Сюзанна спросила его:
— Выбираете, что вам по вкусу? Нужно что-нибудь еще?
— Это мое хобби, совмещенное с работой. Так много маленьких таверн, и у каждой свои характерные напитки. Весьма занятно.
— Рада, что вам нравится. А работа?
— О, она не столь приятна. Я инспектор Пива «Дубинка». У него есть «характерный» вкус, который компания хочет воспроизвести как здесь, в ГЕНЕЗИСЕ, так и в другом мире. Рад констатировать, что ваша версия столь же пресна и непривлекательна, какой ей и положено быть.
— Однако нам нужно поговорить об этом «Темном Бладе». Кстати, приятный вкус. Весьма темный, с хорошей пенкой. В нем есть интересные нотки, которые я не могу до конца распознать. Но мне он по душе.
— Но официально у нас проблема, так как вы виновны в нескольких видах нарушения авторских прав и тем самым аннулировали соглашение, которое у нас заключено с этой таверной и, косвенно, с корпорацией «АКМЕ».
http://tl.rulate.ru/book/166053/10865620
Готово:
