Глава 24. Строительство
— Господин Цаншань, взгляните, — тонкий палец Узумаки Мито скользнул по развернутой на массивном столе карте, пергамент которой тихо зашуршал. — Эта территория обладает наибольшей площадью. Я планирую превратить её в настоящий город. А вот здесь, в самом центре, — её палец уверенно ткнул в точку пересечения силовых линий, — будет наш дом. Я спроектирую его по образу и подобию императорского дворца: величественным и неприступным.
Она перевела дыхание, её глаза горели огнем созидания, когда она продолжила экскурсию по чертежам:
— Взгляните на это плоскогорье. Рельеф здесь неровный, каменистый, но трава густая и сочная, а ручьи кристально чисты. Это идеальное место для пастбищ. А вот эта низина, укрытая от ветров... — Мито очертила широкий круг. — Здесь земля ровная, словно стол, и воды в избытке. Мы разобьем здесь бескрайние сельскохозяйственные угодья.
В грандиозном плане Узумаки Мито было предусмотрено всё: от жилья и продовольствия до логистики и одежды. Божественное Царство должно было стать самодостаточным миром. Сейчас для начала масштабных работ не хватало лишь малого: тяглового скота, качественных инструментов и, конечно же, опытных ремесленников.
Учиха Цаншань слушал внимательно, с каждой минутой ощущая всё большее удовлетворение. Этот мир, скрытый от посторонних глаз, становился его крепостью. Поразмыслив немного, он отдал приказ:
— Пусть шиноби займутся прокладкой дорог. Нам нужны дерево, камень, руда — всё, что можно добыть здесь и сейчас.
Оставив своих подчиненных — бывших врагов, а ныне верных слуг — трудиться в поте лица, Цаншань покинул пределы Божественного Царства. Он призвал Земляную Ладью, и та, послушно раздвигая пласты почвы, понесла его сквозь толщу земли к дому Нара Ёшино.
— Господин Цаншань!
Стоило ему только появиться в гостиной, как Нара Ёшино, словно почувствовав его присутствие сердцем, выбежала навстречу. Не в силах сдержать порыв, она бросилась в его объятия, прижимаясь всем телом, словно ища защиты и тепла.
Цаншань ласково приобнял женщину, вдыхая аромат её волос, и, глядя на неё сверху вниз, спросил:
— Милая, мне нужен твой совет. Ты не знаешь, где в нашем мире лучше всего развито животноводство? Мне необходимо собрать большую партию скота.
— Животноводство? — Ёшино на мгновение замерла, её глаза расширились от удивления. Вопрос был столь неожиданным в момент близости, что она растерялась. Нахмурив лоб в попытке вспомнить что-то полезное, она наконец неуверенно произнесла:
— Господин Цаншань... Я слышала от Шикаку, что крупных центров, специализирующихся только на этом, вроде бы нет. Всё разбросано по разным странам, понемногу тут и там... Знаете, может быть, стоит дождаться возвращения Шикаку? Уж он-то наверняка знает больше, его аналитический ум хранит множество сведений.
Договорив, она вновь прильнула к груди Учихи Цаншаня, её взгляд затуманился, а мысли о политике и экономике улетучились, уступая место совсем иным желаниям.
Понимая, что Ёшино, проводящая большую часть времени дома, вряд ли владеет информацией о внешнем мире, Цаншань не стал настаивать. Заметив, что время ещё раннее, он нашел просторную комнату, чтобы скоротать ожидание за тренировкой тайдзюцу, которая плавно перетекла в иные, более приятные упражнения с хозяйкой дома.
---
Нара Шикаку переступил порог своего дома, и тяжелая складка залегла меж его бровей. Он прошел на кухню, заглянул в столовую — нигде не было накрытого стола, не витал аромат свежего ужина. В животе предательски заурчало, но голод был не самой большой его проблемой. Вспомнив о задании, которое лично поручил Хокаге, он тяжело, устало вздохнул.
— Эх...
— Шикаку, что с тобой? Случилось что-то серьезное?
Голос прозвучал неожиданно. Шикаку вздрогнул и обернулся. Из ванной комнаты, вытирая влажные волосы полотенцем, выходил Учиха Цаншань. Вид у него был свежий и довольный, словно он только что смыл с себя все заботы мира.
— Рассказывай, я слушаю, — бросил Цаншань, проходя в гостиную.
— Да, господин Цаншань, — Шикаку бросил быстрый, полный сложной гаммы чувств взгляд на Цаншаня, а затем на раскрасневшуюся Ёшино, которая суетилась с чаем. Глава клана Нара тут же опустил глаза в пол, скрывая эмоции, и перешел на деловой тон:
— Сегодня Хокаге неожиданно вызвал глав разведывательных подразделений. Был отдан приказ прочесать деревню. Они ищут... сильного неизвестного шиноби.
— Вот как? — Цаншань с интересом опустился на мягкий диван, принимая дымящуюся чашку из рук Ёшино. — И какова же причина такого переполоха?
Шикаку помолчал, собираясь с мыслями, анализируя ситуацию, как шахматную партию.
— Есть информация, господин. Всё началось с переговоров с Кумогакуре. При сверке списков выяснилось чудовищное несоответствие в потерях. Кумогакуре утверждает, что у них бесследно исчезло более тысячи шиноби. Они требуют вернуть пленных, полагая, что те находятся у нас. Но в военных отчетах Конохи этих людей нет. Хокаге в замешательстве. Он подозревает, что это дело рук кого-то из внутренних кланов Конохи, кто действовал тайно. Если это подтвердится, деревню ждет новая смута. Хокаге не потерпит силы, которая ему неподконтрольна, он не успокоится, пока не найдет виновного.
Шикаку сделал паузу, а затем, повинуясь инстинкту самосохранения и преданности, опустился на колени, склонив голову к самому полу:
— Ваш покорный слуга предполагает, что исчезновение шиноби Облака — дело рук господина Цаншаня. Я размышлял над тем, как отвести подозрения, и прошу прощения, если мои новости потревожили ваш покой.
— Похоже, я действовал слишком жестко, — усмехнулся Цаншань, почесывая подбородок. В его голосе не было страха, лишь легкое удивление. — Не думал, что выполнение пары-тройки миссий вызовет такой резонанс. Я всего лишь хотел пополнить запасы... Что ж, и каково твое решение, стратег?
Шикаку, не поднимая головы, четко и быстро изложил план:
— Господин Цаншань, во-первых, вам стоит временно воздержаться от открытых прогулок по деревне. Разведка, Анбу и «Корень» сейчас будут рыть землю носом. Во-вторых, необходимо предупредить всех, кто находится под вашим контролем: пусть ведут себя естественно, но крайне осторожно. Пусть ищейки Хокаге ищут — они ничего не найдут, если мы не дадим им повода. В-третьих, тактика полного отрицания. Это тот совет, который я дам Хокаге касательно ответа для Кумогакуре. Мы ничего не знаем, никого не брали.
— Если мы будем твердо стоять на своем, — продолжил Шикаку, — со временем шум уляжется. Без доказательств никто не решится на открытый конфликт.
Говоря это, Шикаку хотел было поднять взгляд, чтобы оценить реакцию хозяина, но в памяти всплыла недавняя картина — Цаншань, выходящий из ванной, и Ёшино... Он сглотнул и еще ниже опустил голову, уткнувшись лбом в прохладный пол.
— Разумно. Так и поступим, — кивнул Цаншань. Он откинулся на спинку дивана, и его рука привычно легла на шелковистые волосы Ёшино, пристроившейся рядом. Учиха с наслаждением выдохнул. — Позже я раздам инструкции. Кстати, Фугаку, Чоза, Иноичи и Хиаши — все они уже под моим контролем. Если возникнут сложности, можешь координировать действия с ними.
Цаншань сделал глоток чая и вдруг спросил:
— Шикаку, ты ведь должен знать. Где в Мире Шиноби можно раздобыть много скота? Лошади, коровы, овцы, свиньи, птица... А еще мне нужны ремесленники, инструменты, станки. И всё это в больших, очень больших количествах.
— Э-э?.. — Шикаку, чей мозг всё еще просчитывал варианты политического прикрытия, опешил. Он резко вскинул голову, но, поймав взгляд Цаншаня, тут же снова её опустил. — Господин, как я и говорил, животноводство у нас не является приоритетной отраслью. Однако... Если вам нужно всё и сразу, да еще и в промышленных масштабах... Возможно, стоит обратить внимание на Страну Волн.
— Страна Волн? — переспросил Цаншань.
— Да. Фактическим хозяином там является судоходный магнат Гато. Это один из богатейших людей мира, настоящий монополист. У него есть связи, склады, торговые пути и деньги, чтобы достать абсолютно всё, что угодно.
— Точно! — глаза Учихи Цаншаня хищно сверкнули. Он хлопнул себя по колену. — Как я мог забыть про этого жирного гуся? Гато... Говорят, золота у него больше, чем у иного даймё.
Цаншань заерзал, устраиваясь поудобнее, чем вызвал смущенный кашель Ёшино, на которую он случайно навалился. Успокоив женщину легким поглаживанием, он пробормотал себе под нос:
— Для строительства Божественного Царства нужны ресурсы, горы ресурсов. А раз в деревне сейчас неспокойно, самое время устроить небольшое путешествие. Гато идеально подходит на роль спонсора. Кстати... там ведь должна быть одна красотка... как её... Цунами, кажется? Ну да ладно, на месте разберемся.
---
На рассвете, едва закончив утреннюю тренировку, Учиха Цаншань покинул дом Нара. Он двигался быстро и бесшумно, словно тень, скользящая по пробуждающимся улицам Конохи.
Первым делом он навестил Учиху Микото, затем заглянул к Акимичи Масае и Яманаке Рино. Каждой из них он сообщил о текущей ситуации в деревне и оставил четкие инструкции. Разумеется, дело не ограничилось сухими приказами — он нашел время для ласки и утешения, заверив своих женщин, что им нечего бояться, пока он держит ситуацию под контролем. Предстояла долгая отлучка, и он хотел, чтобы они запомнили его тепло.
Закончив с делами, он не стал проходить через главные ворота. Вместо этого он использовал технику, уйдя под землю, и вынырнул уже далеко за пределами охраняемого периметра.
Оказавшись в лесу, Цаншань сменил одежду шиноби на неприметный дорожный костюм и направился на юг. Путь к морю, откуда можно было переправиться в Страну Волн, лежал через густые леса и тракты Огненной Страны.
Шагая по дороге, он предавался воспоминаниям. Страна Волн... Первая серьезная арка в истории Наруто. Первый настоящий вызов для команды №7. Злодей-капиталист Гато, трагическая фигура Забузы Момочи и Хаку — юноша с внешностью прекрасной девы.
«Помнится, в прошлой жизни я часами пытался повторить ручные печати Какаши и Забузы во время их битвы на воде», — Цаншань невольно улыбнулся своим мыслям. Та наивность теперь казалась забавной.
Путешествие не было скучным. Дороги в эти времена кишели сбродом: дезертиры, ронины, бандиты всех мастей, падшие шиноби. Для обычного путника встреча с ними сулила смерть, но для Учихи Цаншаня они были подарком судьбы.
В этот раз он не стал устраивать кровавую баню. Каждому встречному разбойнику, рискнувшему косо посмотреть в его сторону, он даровал жизнь... в обмен на свободу. Мгновенный удар, наложение «Печати Сакуры», жесткий допрос — и вот уже очередной громила летит в портал, ведущий в Божественное Царство.
— Грехи нужно искупать, — философски заметил Цаншань, отправляя очередную партию бандитов в свой карманный мир.
Там, в бесконечном цикле строительства, добычи камня и валки леса, эти отбросы общества найдут своё искупление. Он с удовлетворением представлял, как эти свирепые головорезы теперь будут драться не за кошельки путников, а за право выполнить норму выработки, чтобы не получить наказание от надзирателей. Труд облагораживает, а вечный труд в Божественном Царстве облагораживает навечно.
http://tl.rulate.ru/book/164017/10816781
Готово:
