Ли Цифэн вдруг почувствовал, как расслабляется некая часть тела, и ощутил влажное тепло в паху.
— Чёрт, я что, обмочился?! Не может быть!
Кто-то первый выкрикнул это, а затем все уставились на Ли Цифэна, чей ширин был насквозь мокрым, и жидкость продолжала капать, очевидно, Ли Цифэн ещё не закончил...
— Чёрт, какая вонь мочой!
На лицах людей было выражение отвращения, даже Чжан Цзин отошла на пару шагов, боясь, что кто-то свяжет их отношения.
Многие люди издалека, услышав шум, сбежались и, увидев эту сцену, многие зажимали носы, выглядя омерзевшими, но при этом возбуждённо не расходились.
Некоторые молодые люди даже достали телефоны, чтобы сфотографировать и записать видео.
— Чёрт, мочиться на публике, да ещё и с таким напором, что не остановится, этот парень крут!
— Ха-ха. Не этот тупой бугай, а тот парень перед ним просто дотронулся до него, и тот обделался от страха!
— Правда? Обоссался от одного прикосновения? Слишком трусливо!
— Ещё бы, весь в костюме, выглядел так, будто сейчас всех порвёт, а оказался таким трусом. Заставить его притворяться!
— Мне кажется, тот младший брат не так уж прост, иначе бы он не обмочился от простого прикосновения. Но этот мужчина опозорился на всю катушку.
Слушая насмешки толпы, Ли Цифэн мечтал, чтобы под ногами открылась земля, и он мог бы в неё провалиться. С самого детства он никогда не испытывал такого позора.
Он совершенно не понимал, что с ним произошло. Почему, стоило тому человеку прикоснуться к нему, он потерял контроль? А ведь у него обычно слабость почек, частое и срочное мочеиспускание, но при этом мочится он мало, а тут он, наоборот, сходил в туалет до конца!
— Подлец! Это точно ты! Ты что-то натворил, не так ли?! — Ли Цифэн искажённым лицом взревел на Линь Чэня.
Когда тот человек коснулся его, он почувствовал, как будто ледяной холод проник ему под кожу, это точно его проделки!
Линь Чэнь не ответил, а лишь улыбнулся и сказал: — Веришь или нет, но если я дотронусь до тебя ещё раз, ты испугаешься и обгадишься прямо здесь. Сейчас было только мочеиспускание, а дальше будет понос.
Услышав это, Ли Цифэн чуть не умер от страха. Обоссаться на публике уже заставило его захотеть умереть, а если он ещё и обгадится, то лучше бы ему прибить себя головой о стену.
Он в ужасе попятился на несколько шагов, словно перед ним стоял злобно оскалившийся дьявол. Затем, видимо, посчитав, что его вид слишком позорный, он оскалился на Линь Чэня и прорычал: — Ты, пацан, подожди у меня! Я тебе этого не прощу! Я точно сделаю так, что ты не сможешь больше и шагу ступить в Юэхае!
Сказав это, он тут же ушёл, словно боялся, что Линь Чэнь догонит и снова к нему прикоснётся.
Чжан Цзин, глядя на Линь Чэня, почувствовала, что он действительно изменился, стал намного властнее и напористее, совсем не тот бедный малый, который раньше разносил бумаги в офисе. К тому же, у него, похоже, появились какие-то странные способности.
Её лицо приобрело сложное выражение, и она внезапно почувствовала сожаление. Если бы они тогда остались парой с Линь Чэнем, это, возможно, было бы неплохо. Линь Чэнь, очевидно, намного надёжнее этих богатеньких отпрысков. Но теперь думать об этом было поздно. Она могла лишь поспешить вслед за Ли Цифэном.
Толпа разошлась. Лэн Ханъянь посмотрела на Линь Чэня со странной улыбкой.
Линь Чэнь беспомощно сказал: — Что ты так смотришь на меня...
Лэн Ханъянь спросила: — Он обмочился, это ты сделал, да?
Линь Чэнь рассмеялся: — Какое это имеет ко мне отношение? Он сам слишком труслив. Я его слегка тронул, и он так испугался, что обмочился. Я вообще-то пошутил, не думал, что он такой мнительный. Или, может быть, у него проблемы с телом, недержание, кто знает.
— Пф, не хочешь говорить — и не говори. — Лэн Ханъянь закатила глаза.
Этот закатывание глаз от Лэн Ханъянь, одетой как королева, было невероятно соблазнительным, одновременно чарующим и сексуальным. Линь Чэнь на мгновение замер.
— Ну как, красиво?
— Лэн Ханъянь продемонстрировала себя перед Линь Чэнем, гордо кружась. — Я же говорила!
Линь Чэнь сглотнул и неискренне ответил: — Вроде ничего.
— Хм! Говоришь не то, что думаешь! Ты хорош! Я беру этот наряд, — Лэн Ханъянь игриво фыркнула, обращаясь к стоявшей рядом продавщице.
Та девушка-продавец тоже на секунду застыла, услышав слова Лэн Ханъянь, и тут же начала сыпать комплиментами. А затем, обращаясь к Линь Чэню, искренне сказала: — Молодой господин, ваша девушка не только красивая, но и такая изысканная, вам очень повезло.
Услышав это, Лэн Ханъянь снова самодовольно улыбнулась Линь Чэню.
Линь Чэнь не стал отвечать, а вместо этого сказал Лэн Ханъянь с улыбкой: — Спасибо тебе за то, что произошло.
Лэн Ханъянь поняла, что он имеет в виду её притворство его девушкой, чтобы выручить его, и ответила: — Пустяки. Мне просто не нравилась та женщина.
— О? Почему она тебе не нравилась? Она ведь тебя вроде не обижала?
— Тебе-то что, фыркнула Лэн Ханъянь, снова закатывая глаза, отчего Линь Чэнь остался в недоумении.
Чжан Цзин, кажется, с самого начала её ничем не задевала, разве что назвала его нищебродом?
После того как Лэн Ханъянь купила одежду, уже стемнело. Она подвезла Линь Чэня до жилого комплекса, а затем уехала.
Однако, прощаясь, она что-то невнятно пробормотала Линь Чэню: — Твоё тело слишком слабое, нужно больше укрепляться. Не нужно комплексовать из-за той... той проблемы с потенцией и импотенцией. И вообще, даже если ты не сможешь этого делать, ничего страшного, ведь в отношениях между мужчиной и женщиной есть не только это.
Эти слова поставили Линь Чэня в тупик. Затем она, покраснев, уехала на машине, словно убегая.
Линь Чэнь смотрел, как синий Porsche исчезает в ночной мгле, и пробормотал: — Что с этой женщиной такое? Почему она такая таинственная? Но вообще-то она неплохая, не такая уж и высокомерная, даже миленькая.
Внезапно он усмехнулся и посмотрел на большое дерево в тёмном углу: — Я говорю, ты можешь выходить? Ты следил за нами весь путь, зачем тебе это надо?
Едва он договорил, как из-за дерева вышел мужчина лет двадцати пяти-шести. Мужчина был мускулист, с короткой стрижкой, на лице шрам — сразу видно, что он из тех, с кем лучше не связываться.
— Ты смог меня обнаружить?
На лице мужчины появилось удивление.
— Тебя удивляет, что я тебя нашёл? Ты что, думаешь, что твои навыки слежки очень высоки?
— Линь Чэнь насмешливо спросил.
Когда они возвращались, он заметил, что за ними следует машина. Когда они вышли, из этой машины тоже вышел человек и пошёл следом за ними. Тот следовал быстро и скрытно, но для нынешнего Линь Чэня это было то же самое, что открыто ходить перед ним.
Сначала он подумал, что этот человек идёт за Лэн Ханъянь, но, увидев, что она уехала, преследователь всё ещё стоял на месте, словно ждал, пока она уйдёт.
Поэтому Линь Чэнь молчал о его присутствии, решив разобраться сам после того, как Лэн Ханъянь уедет. Раз это не из-за неё, значит, это из-за него самого.
Линь Чэнь с сомнением спросил: — Ты от Ли Цифэна?
Он подумал, что, вероятно, только Ли Цифэн, опозорившийся перед ним, мог послать кого-то разобраться с ним. Что же до Лю Шаньхуа и его компании, которых он уже избивал, то у них не хватило бы духу снова мстить.
Мужчина презрительно фыркнул: — Ли Цифэн? Тьфу! Такой отброс не может мной командовать! Он не достоин!
Линь Чэнь заинтриговался, он никак не мог представить, кто ещё мог бы прийти ему насолить. — О? Тогда от кого же ты?
Мужчина самодовольно произнёс: — Я человек господина У!
— Господин У? Кто это такой? Ты можешь говорить чётко и сразу всё выложить, а не заикаться, будто у тебя запор? Тебе так скучно?
— Ты...
Мужчина сердито воскликнул: — Ты не достоин даже знать, кто такой господин У! Тебе достаточно знать, что он — самый влиятельный наследник в Юэхае, человек, с которым ты никогда не сможешь соприкоснуться при жизни. Я пришёл сюда, чтобы предупредить тебя: держись подальше от Лэн Ханъянь. Она — женщина, приглянувшаяся господину У, не твоя вотчина.
Линь Чэнь наконец понял, в чём дело. Очевидно, какой-то местный важный господин решил, что у него с Лэн Ханъянь что-то есть, и, считая Лэн Ханъянь своей собственностью, послал кого-то, чтобы предупредить его.
Действительно, "красавица — источник бед", — подумал Линь Чэнь с горечью. Хотя у него и не было к Лэн Ханъянь никаких чувств, ему всё равно был неприятен этот господин У. Предупреждать его, но даже не появиться лично — насколько же он презирает Линь Чэня или, наоборот, насколько он ценит себя самого?
Линь Чэнь холодно усмехнулся: — А что, если я всё-таки захочу к ней присмотреться? Что ваш господин У сможет мне сделать?
http://tl.rulate.ru/book/163664/14015503
Готово:
