ия
Город округа Чуфэн.
Заплатив въездную пошлину, повозка У Мина беспрепятственно въехала в город.
Дорога была на удивление спокойной, без разбойников и лихих людей, что красноречиво говорило о талантах У Чжи как правительницы.
Однако У Мин прекрасно понимал: какой бы хорошей ни была её репутация, когда речь зайдёт об урожае этого года и о выживании целых семей, чиновники и простой люд округа Чуфэн без колебаний отвернутся от неё.
– Молодой господин, куда теперь ехать?
Старику Ло очень нравился этот юный постоялец: говорил мало, нелепых требований не выдвигал, а главное – платил щедро.
Едва въехав в город, он тут же рассчитался за дорогу. До места назначения оставалось всего ничего, а значит, можно было надеяться и на пару монет сверх уговоренного. Дорожные деньги придётся делить с постоялым двором, а вот чаевые останутся ему целиком. Оттого лицо старика сияло искренним радушием.
– О?
На лице У Мина мелькнула насмешливая улыбка.
– Тут рукой подать, старик должен доставить господина в целости и сохранности!
Старик Ло расплылся в улыбке, и его изборождённое морщинами лицо приобрело угодливое выражение.
– Что ж… Поезжай прямо к резиденции цзедуши. Чаевые не заставят себя ждать…
У Мин говорил неторопливо, но от его слов стальные руки старика Ло дрогнули так, что повозку едва не снесло на обочину.
"Мать честная… Неужто этот господин – какой-то мелкий чиновник из резиденции цзедуши?"
Старик Ло внутренне похолодел и, не решаясь больше задавать вопросы, молча погнал вола к центру города.
Резиденция цзедуши, средоточие власти округа Чуфэн, была, разумеется, самым приметным зданием. У входа застыли два огромных каменных льва, всем своим видом излучавшие величие.
Вдоль улицы перед резиденцией выстроилась вереница роскошных экипажей – это чиновники дожидались приёма у У Чжи. Множество повозок, от богатых до скромных, заполонили почти всю дорогу. Увидев это, старик Ло не посмел ехать дальше и, остановившись в стороне, виновато улыбнулся:
– Молодой господин… Дальше никак не проехать!
В этом мире сословия были строго определены. Он и рядом-то с экипажем ехать не смел, куда уж ему было нагло лезть вперёд?
– Ладно.
У Мин бросил ему несколько монет и направился к воротам резиденции.
Старик Ло, однако, не уехал. Напротив, он с нетерпением следил за спиной У Мина, горя желанием узнать, какое положение этот "молодой господин" занимает в резиденции. Если он окажется настоящим вельможей… старик чувствовал, что ему будет чем похвастаться перед другими седоками.
Перед резиденцией толпилось ещё больше посетителей, все с визитными карточками, выстроившись в очередь.
Но У Мин, не обращая на них ни малейшего внимания, направился прямиком к воротам.
Такое наглое поведение тут же приковало к нему взгляды всех присутствующих. Многие смотрели с явным злорадством, ожидая представления, но никто не вышел вперёд, словно желая увидеть, как он расшибёт себе лоб о ябинов цзедуши.
Но…
– Господин зять?!
Один из стражей лагеря Огненного Феникса издал удивлённо-радостный возглас и, тут же отдав честь, пропустил У Мина внутрь.
– Гос… господин зять?!
Стоявшие в очереди чиновники замерли в ошеломлении. Вскоре кто-то из более опытных начал что-то шептать остальным, и через мгновение взгляды, провожавшие спину У Мина, были полны жгучей зависти…
– Матушки мои…
Рот старика Ло так и остался открытым, словно он окаменел. Одно он знал наверняка: теперь ему точно будет о чём рассказывать.
…
У Мин же не обращал никакого внимания на этих мух за спиной.
Его немного расстроило лишь то, что не нашлось какого-нибудь идиота-аристократа, который бы выскочил и устроил сцену с публичным унижением.
Похоже, дураков в этом мире всё-таки меньшинство.
"Хотя… если разобраться, то самый главный аристократ в округах Чуфэн и Наньфэн – это я. Нет! Не аристократ, а тот, кто всё это создал…"
У Мин отбросил свои нездоровые фантазии и прошёл в задний двор резиденции.
Было очевидно, что У Чжи в последнее время жила здесь, перевезя даже убранство своей спальни.
– Где ваша госпожа?
– Госпожа всё ещё за городом, осматривает пострадавшие от засухи земли и проверяет установку водоподъёмных колёс… Боюсь, вернётся она очень поздно…
Провожавшей его служанке, бывшей личной горничной У Чжи – то ли по имени Шидао, то ли как-то ещё, – и в помине не было той властности и готовности обнажить клинок, что царили во внешнем дворе. Тихим голосом она провела У Мина в спальню госпожи, помогла снять верхнюю одежду, сменить сапоги и лишь потом спросила:
– Мы уже отправили гонца известить госпожу о вашем прибытии. Господин зять, вы, должно быть, устали с дороги. Не желаете ли отобедать?
В её голосе невольно проскальзывали кокетливые нотки – она вспомнила обещание госпожи.
Весь её отряд, по сути, был приданым, наложницами. Выходило, что У Мин был и её мужем тоже, поэтому служила она ему с особым усердием.
– Хорошо…
У Мин согласился и, заметив радость на лице служанки, невольно улыбнулся. Аромат изящных рукавов, красавица за столом – это ведь исконные радости жизни учёного мужа, зачем же от них отказываться?
…
Спустилась ночь.
Город округа Чуфэн погрузился во мрак, зажглись огни фонарей.
В постоялом дворе "Четыре стороны света", известном на весь город и имевшем многолетнюю репутацию, в одной из потайных комнат шёл разговор.
– Это всё, что вы сегодня разузнали…
В комнате таинственно мерцала масляная лампа, отбрасывая тусклый свет. Под ней стоял огромный стол, за которым сидел хозяин постоялого двора. Его обычно приветливое лицо сейчас было холодным как лёд, когда он бросил взгляд на стоявшего перед ним нищего в рваной одежде.
– Докладываю, господин… Все сегодняшние новости о городе здесь!
Нищий был очень стар и, казалось, повидал на своём веку все невзгоды мира, но перед этим человеком он не смел проявить и тени небрежности.
– А почему об этом человеке всего пара строк?
Хозяин ткнул пальцем в досье. Это было досье У Мина.
– Об этом?
Старый нищий запнулся:
– Да он всего лишь из богатой уездной семьи, разве что у сестры есть некоторые познания в даосизме… Если бы не титул мужа цзедуши, то даже за его слугой, У Теху, было бы интереснее наблюдать…
– Глупец!
Лицо хозяина скривилось.
– Не буду много говорить… В течение трёх дней я хочу знать о нём всё. С самого детства: все его проделки, всех женщин, к которым он приставал, – всё, до мельчайших подробностей!
Тайный агент должен быть внимателен к деталям. По его мнению, одного лишь статуса мужа цзедуши было достаточно, чтобы вложиться в сбор информации, не говоря уже о том, что этот человек казался весьма загадочным…
Он снова взглянул на старого нищего и уже мягче добавил:
– Я знаю, тебе нелегко… Помню, как нас, тридцать человек, отправили сюда двадцать лет назад, чтобы мы затаились… Некоторые умерли, другие не выдержали и ушли, а у кого-то уже и внуки выросли, забыв о своей миссии… Нас задействовали совсем недавно. Ты не держишь зла?
– Подчинённый не смеет!
Старый нищий криво усмехнулся. Он хорошо знал своего начальника. Признайся подчинённый в недовольстве – и о повышении можно забыть.
– Я знаю, как ты трудился.
Хозяин и сам провёл в подполье десятки лет, поэтому действовал мягче.
– В последнее время резиденция цзедуши наводит порядок в округе, тебе, должно быть, туго приходится. Возьми с собой несколько лянов серебра… Не то чтобы у меня не было больше, просто лишние деньги могут привлечь внимание.
– Я понимаю.
Старый нищий горько улыбнулся:
– Начальник! Если бы не ты, братья давно бы разбежались!
Он искренне восхищался своим предводителем, и от нахлынувших чувств даже обратился к нему по-старому.
– Да, начальство обещало: закончим это дело – и прошлое будет забыто. Братья смогут сбросить оковы и жить как честные люди!
Когда старый нищий ушёл, предводитель долго молча сидел при свете свечи, а затем хлопнул в ладоши.
– Господин!
Тень в углу зашевелилась и обратилась в молодого человека в одежде слуги. С холодным лицом он опустился на одно колено.
– Хоть все мы и верные подданные, но прошло столько лет, кто знает, какие мысли у него в голове…
Голос хозяина дышал холодом.
– Ступай за ним. Если всё будет как обычно – хорошо. Но если он вздумает донести… ты знаешь, что делать.
– Будьте спокойны, господин, подчинённый заставит его исчезнуть без следа.
Юноша быстро удалился.
Глядя ему вслед, хозяин тяжело вздохнул.
Не то чтобы он не доверял своим людям, но с тех пор, как шпионскую сеть князя Дина вырвали с корнем, в округе Чуфэн прошло несколько чисток, и агенты всех сторон понесли тяжёлые потери. Если бы не это, их, бездействовавшую пешку, могли бы и не вспомнить ещё много лет.
– Не я предаю братьев… но долг и верность несовместимы!
Уголки глаз хозяина покраснели, когда он произнёс эти холодные слова.
Великая Чжоу правила триста лет, и среди её народа ещё оставались те, кто готов был умереть за справедливость, преданные и отважные мужи.
С этими мыслями он открыл ящик стола и достал тайный приказ:
"Любой ценой обеспечить власть двора, помешать У Чжи объединить провинцию Дин…"
Предводитель пробормотал эти слова и поднёс приказ к масляной лампе, позволяя пламени поглотить бумагу.
Он закрыл глаза, а когда открыл их снова, взгляд его был холоден и остёр, и от прежнего сострадания не осталось и следа.
"Небеса помогают мне!
Великая засуха в двух округах, Чуфэн и Наньфэн, – это воля Небес!
Стоит только сорвать весенний сев, и в следующем году неминуемо грянет бедствие. У Чжи упустит момент и не сможет собрать войско, а то и вовсе спровоцирует нападение князя Дина…
И тогда знатные семьи и влиятельные дома, с которыми я сговорился, смогут поднять восстание. Удар изнутри и снаружи измотает её. А лучше всего, если имперская армия уничтожит эту женщину, а заодно и двух других удельных князей – вот это будет великое достижение!"
Он знал, что это будет нелегко, но был готов идти до конца, не сворачивая.
В этом был его долг, его преданность.
Иначе зачем были эти десятки лет подполья, жизни под чужим именем, смерти и исчезновения стольких братьев?
Если падёт Великая Чжоу, кто признает их заслуги?
Такова была трагедия маленького человека, боль тайного агента.
http://tl.rulate.ru/book/16183/8817199
Готово:
