ть
"Князь, покрывающий небеса, Сюй Цзунъу? Глава сорока мятежных армий Поднебесной, мятежник номер один. Чтобы взять заставу десяти совершенств, ему понадобились и удача, и сила. Он, несомненно, рожден под зловещей звездой, но вот под какой именно?"
Получив приглашение от Сюй Цзунъу, от первоначального пира, разумеется, пришлось отказаться.
Внешне У Мин направлялся на банкет вместе с Хань Хулинем и святой матерью красного лотоса, но в мыслях размышлял: "Вряд ли у него, как у Хань Хулиня, лишь вторичная зловещая звезда. Он наверняка носитель истинной судьбы звезды. Скорее всего, одной из трех звезд-убийц. Нет! Даже звезды-убийцы может быть мало. Неужели еще один Убийца, Разрушитель, Волк?"
Убийца – вор, сеющий смуту в мире! Разрушитель – полководец, что идет по Поднебесной! Жадный Волк – коварный и вероломный интриган! Это три главные зловещие звезды, известные как "три убийцы". Когда они сходятся вместе, смена власти в Поднебесной становится неизбежной!
В смутные времена именно эти три звезды чаще всего определяли судьбы людей.
– Прибыл однобровый князь!
Они подошли к главному шатру, и под громкий возглас стражника У Мин с остальными вошел внутрь. Хоть он и был готов ко многому, увиденное все же поразило его.
Звездный свет! Удача!
Бесчисленные яркие лучи пересекались по всему шатру, создавая бесконечное многообразие образов, блистательных и великолепных, но при этом пропитанных густой убийственной аурой.
"Ну и ну! По меньшей мере дюжина носителей истинной судьбы звезды, сотни тех, у кого вторичная судьба или проявленная звезда, а тех, кто лишь овеян звездным светом, и вовсе не счесть… Дела человеческие воистину собирают больше всего удачи. И вот, столько людей с великой судьбой собрались в одном месте!"
Благодаря небесному оку У Мин хорошо разбирался в носителях звездных судеб и знал, что их можно условно разделить на четыре уровня: овеянные звездным светом, с проявленной звездой, с вторичной судьбой и, наконец, высший уровень – носители истинной судьбы звезды.
Такая судьба не была предрешена с рождения – это был лишь своего рода допуск, право на участие. В дальнейшем ее можно было усилить или потерять в борьбе с другими.
Взять, к примеру, его слугу У Теху. Изначально он был лишь слегка овеян звездным светом. Но под покровительством У Мина, а теперь и на службе у У Чжи, он стал командиром отряда в пятьсот человек и получил седьмой ранг военного чиновника. Его звезда тут же проявилась, и он уверенно двигался к обретению вторичной судьбы.
Однако даже нынешний У Теху в этом шатре был бы в лучшем случае середняком.
Взору У Мина предстала картина, где весь шатер был до отказа наполнен звездным светом и удачей, смешанными с убийственной и военной аурой. Они сплетались в величественные, сияющие образы, но все это окружала густая ци бедствия.
"Жаль… всем этим людям с великой судьбой предстоит пройти через смертельное испытание", – У Мин молча наблюдал за этим последним безумием, но не спешил открывать им правду.
В конце концов, он был здесь лишь сторонним наблюдателем, а не союзником мятежников. Вмешиваться не было нужды. Более того, гибель сорока мятежных армий и кровавая жертва для сокрушения драконьих артерий династии Шан – все это было практически предрешено небесами. Дерзкое вмешательство навлекло бы на него небесную кару.
Навлекать на себя гнев небес ради кучки незнакомых, грубых и кровожадных мятежников? У Мин был не в своем уме, чтобы на такое пойти.
"Впрочем, этот человек относится ко мне с уважением. Ему можно дать шанс на спасение".
Он бросил взгляд на стоявшего рядом Хань Хулиня и мысленно кивнул.
– Ха-ха… Брат Хань прибыл! Прошу к столу!
Раздался голос Сюй Цзунъу, сидевшего во главе.
– Благодарю, старший брат Сюй!
Хань Хулинь сложил руки в приветствии и прошел к одному из столов справа, расположенному ближе к концу зала. Стол был большой, на нем чего только не было: куры, утки, рыба, медвежьи лапы, оленьи губы. Рядом две красавицы-служанки уже открыли кувшин выдержанного вина, и в воздухе разлился пьянящий аромат.
За спиной Хань Хулиня были места поменьше. У Мин и святая мать красного лотоса сели там. Увидев, что угощение было не менее роскошным – изысканные яства и драгоценные кушанья, – святая мать осталась весьма довольна. У Мин же лишь мысленно покачал головой.
– Братец опоздал, за это полагается три чаши штрафной!
Сев на свое место, Хань Хулинь, с раскрасневшимся лицом и широкой душой, отбросил чарку, взял большую чашу и залпом осушил три подряд.
– Ха-ха! Брат Хань, как всегда, решителен!
Этот жест, казалось, пришелся Сюй Цзунъу по душе, и он громко рассмеялся.
Воспользовавшись моментом, пока тот произносил тост, У Мин украдкой взглянул на Сюй Цзунъу.
К его удивлению, Сюй Цзунъу оказался не грубым воякой с мясистым лицом, а, напротив, весьма привлекательным мужчиной лет тридцати, полным молодецкой удали, которая невольно вызывала симпатию.
Взглянув на него небесным оком, У Мин вздрогнул и поспешно прикрыл лицо рукавом, делая вид, что пьет, чтобы скрыть изумление.
"Это какая-то шутка?"
В душе он все еще не мог поверить. "Не Убийца! Не Разрушитель Армии! И не Жадный Волк! И не какая-нибудь другая зловещая звезда! А Мелодия Культуры и Воинственная Мелодия!"
Культура и воинственность в одном лице!
Судьба Сюй Цзунъу оказалась сочетанием истинной судьбы Мелодии Культуры и Воинственной Мелодии – редчайший дар, делавший его непревзойденным как в мирных, так и в ратных делах.
"Но такой человек должен быть опорой трона или будущим великим полководцем-основателем династии, знатоком и стратегии, и управления. В седле он ведет войска, спешившись – правит народом. Как его занесло в стан мятежников?"
У Мин окинул взглядом собравшихся – к этому времени все сорок мятежных князей уже заняли свои места – и удивился еще больше. "А куда подевались носители истинной судьбы трех звезд-убийц?"
Убийца, Разрушитель Армии, Жадный Волк.
У Мин ожидал, что среди разбойников окажутся все трое или хотя бы один-два, но сейчас не видел и следа их присутствия.
В его сердце зародилось сомнение, смешанное с самоиронией: "Способность видеть ауру до сих пор была безошибочной, но, похоже, и ее могут одурачить причуды судьбы… Любой даос, увидев такое, наверняка ощутил бы трепет перед „неисповедимостью небесной воли“, не так ли?"
Верховный предводитель сорока мятежных армий, главарь мятежников Сюй Цзунъу, оказался носителем двойной судьбы Мелодии Культуры и Воинственной Мелодии! Это было похоже на злую шутку, а скрытый в этом смысл мог заставить содрогнуться любого заклинателя.
"Звезды Мелодии Культуры и Воинственной Мелодии по своей природе должны служить небесному мандату. Они должны быть либо на стороне династии Шан, либо под началом князя У. Что они делают здесь?"
У Мин никак не мог найти этому объяснения. "Неужели… небесный мандат династии Шан уже перешел к другим? Но даже если так, выгоду от этого должен был получить князь У, Цзи И…"
Создание двенадцати золотых людей было преступлением против небес, так что всякое могло случиться. Но человек с судьбой Мелодии Культуры и Воинственной Мелодии должен был служить новой династии и достичь небывалых высот и богатства. А он оказался здесь. Это было все равно что отказаться от высокого поста и уйти в разбойники – крайне странный выбор.
– Я слышал, у брата Ханя есть в подчинении выдающийся человек по имени истинный владыка Саньмао, достигший плода человека-бессмертного и даже вышедший невредимым из схватки с земным бессмертным. Нельзя ли его увидеть?
Тут заговорил Сюй Цзунъу.
– Даос Чжайсин-цзы приветствует великого князя!
В одно мгновение все взгляды в зале устремились на У Мина. Ему ничего не оставалось, как встать, выйти в центр и поклониться в даосском приветствии.
– Довольно!
Сюй Цзунъу выглядел очень довольным. – С помощью даоса наше великое дело непременно увенчается успехом! Ха-ха… Подать вина!
У Мин поблагодарил и вернулся на свое место, тут же поймав на себе несколько настороженных взглядов.
"Перерожденцы!"
Миссия Храма Владыки Богов на этот раз была необычной. В этот мир забросили тридцать перерожденцев, большинство из которых примкнули к мятежникам. Неудивительно, что некоторые из них заслужили право присутствовать на пиру.
И только они могли быть так удивлены и заинтригованы появлением У Мина.
– Ну как? – спросил мужчина с несколько зловещей аурой у женщины рядом с ним за спиной Сюй Цзунъу.
– О совете мятежных князей в исторических хрониках упоминается лишь вскользь. Подробно описывали только влиятельных полководцев, а об остальных – так, одной строкой. Особенно о таких вот заклинателях… сведения о них могут быть только в тайных архивах школ… Я не знаю, был ли в истории такой истинный владыка Саньмао… – тихо ответила женщина, так, чтобы слышал только ее собеседник.
– Плод человека-бессмертного, ранг истинного владыки! Даже я, Сун Цзинь, еще не достиг такого. Неужели среди перерожденцев на этот раз есть кто-то столь могущественный? – прошипел мужчина по имени Сун Цзинь. В его голосе проскользнуло такое безумие и жажда крови, что женщина невольно отступила на пару шагов. – Сун Цзинь, не сходи с ума! Хоть в истории о нем и нет записей, я видела главу школы звездной реки Ло Суна и знаю, что этот истинный владыка Саньмао – из школы Маошань, перерожденное воплощение одного из их старейшин. Маловероятно, что он перерожденец. Он нам скорее друг, чем враг!
Даже перерожденцы не горели желанием связываться с небесным наставником, способным повелевать ветром и дождем.
– Чжиюй, что ты думаешь?
За двумя неприметными столами в дальнем конце зала тоже шел тихий разговор.
– Старший брат Цзыцзай, я практикую тайную сутру тантрической школы "Восприятие сокрытой мудрости" и могу немного различать ауры. Тот человек не похож на перерожденца, но и от здешних обитателей чем-то отличается. В общем, с ним лучше не связываться. Нужно быть осторожнее!
– Что ж, пусть так!
Молодой человек по имени Цзыцзай надменно усмехнулся. – У исторических личностей, конечно, есть свои сильные стороны. Но если он встанет у меня на пути, ему придется отведать моего копья!
…"Так, две группы перерожденцев!"
Пир начался. Прекрасные девы исполняли танцы, вино лилось рекой, и атмосфера была весьма приятной.
У Мин делал вид, что пьет, ест и любуется танцовщицами, но на самом деле его внимание охватывало все, что происходило в шатре.
"Мастеров четвертого уровня немало, но вот пятого, к сожалению, ни одного. Самый сильный здесь, должно быть, сам Сюй Цзунъу! Все-таки истинная судьба Воинственной Мелодии – это как минимум уровень святого воина!"
"Что до перерожденцев, одна группа под началом Сюй Цзунъу, практикуют, похоже, злые техники, уровень у них третий. Флаг второй группы я запомнил, расспрошу о них позже. Какой-то адепт школы стратегов, ничего особенного…"
Если кого и стоило опасаться У Мину во всем зале, так это самого Сюй Цзунъу.
С истинной судьбой Мелодии Культуры и Воинственной Мелодии, достигший святости в боевых искусствах, да еще и усиленный силой звезд – с таким, пожалуй, не справился бы даже даос Юйцин, недавно ставший земным бессмертным.
Более того, У Мин не сомневался, что тот практиковал тайные техники школы стратегов. Когда он поведет армию в бой, он сможет применять сверхъестественные способности, заимствуя силу военной и убийственной ауры. А сейчас, когда здесь собралась миллионная армия, подкрепленная множеством зловещих звезд, их объединенная судьба была такова, что даже земному бессмертному пятого уровня пришлось бы держаться подальше.
"С такой невероятной силой он потерпел в истории сокрушительное поражение, да еще и так стремительно, что просто поразительно!"
Уголки губ У Мина тронула улыбка. "Похоже, за всем этим скрывается глубокая тайна…"
http://tl.rulate.ru/book/16183/8817120
Готово:
