ка
Путь боевых искусств безграничен.
Над девятью уровнями сферы телесного предела возвышается ранг мастера-основателя!
Мастер-основатель не просто доводит до совершенства искусство убивать при помощи ци, но и прорывается за пределы человеческих возможностей, сплавляя дух, кровь и внутреннюю силу в единое целое, формируя свою собственную "истинную волю боевого пути"!
До этого ранга, даже воин на пике сферы телесного предела, на девятом уровне, перед лицом призраков и даосских техник мог рассчитывать лишь на самозащиту.
Но воля, вложенная в кулак мастера-основателя, способна сразить свирепого духа и ранить призрачного бога!
Лишь на этом этапе боевой путь становится началом восхождения от мирского к священному! Лишь тогда адепт обретает право стремиться к еще более высоким вершинам – к званиям великого мастера-основателя и даже святого воина!
"Такой человек в армии стал бы тем, кого называют „рубящим сотню“ или „врагом тысячи“! Он, должно быть, главная ударная сила в этой операции. Интересно, чем семья Ван его прельстила, чтобы натравить на меня?"
Эта мысль молнией пронеслась в голове У Мина, а рука Чжань Хунчжао уже была у самого его лица.
Пальцы противника были длинными, гладкими, словно нефрит, ногти блестели. Но У Мин ни на миг не сомневался, что под его железными когтями даже гранитная глыба обратится в пыль.
Что до боевых искусств, то сам У Мин находился лишь на шестом уровне сферы телесного предела, врожденной ступени. Разница в силе была огромной. Даже "Когти Небесного Ястреба" Фэн Ханя показались бы перед Чжань Хунчжао дилетантской забавой, не стоящей и усмешки.
Вэн!
В то же мгновение из-под одежды У Мина вырвалось пятицветное сияние и столкнулось с когтями.
Пятицветная мантия закона, высокоуровневый артефакт!
Все, что оставил Юй Шаоцзюнь, было отменного качества. Одна лишь эта мантия, сотканная из шелка пяти необычных шелкопрядов – золотого, древесного, водяного, огненного и земляного – была неуязвима для воды и огня, не поддавалась мечам и клинкам. Она также защищала от даосских техник и активировалась одной лишь мыслью, что было невероятно удобно.
Бам!
Вспыхнуло пятицветное сияние, и атака не достигла цели. Более того, тонкие лучи света попытались ударить в ответ, устремившись вверх по руке нападавшего.
– Артефакт?
Чжань Хунчжао отскочил на несколько шагов назад. На его лице мелькнуло удивление, смешанное с сомнением. Увидев, как пятицветное сияние угасло, он взмыл в воздух и с громким криком рванул правой рукой за пояс. В воздухе мелькнул кровавый отблеск – то был мягкий меч алого цвета. Его острие дрожало, испуская багровое свечение, и, подобно жалящему языку красной змеи, устремилось прямо к У Мину!
Чжань Хунчжао носил прозвище "Меч Красного Шелка", и его фехтование, разумеется, было коварным и смертоносным до крайности.
Кроме того, он был человеком стойким, упорным и весьма искушенным. Он знал, что подобные артефакты обычно срабатывают лишь раз, а после нуждаются в подпитке от сущности солнца и луны. Ухватившись за эту возможность, он без колебаний бросился в атаку!
Один этот выпад убедил У Мина: и по проницательности, и по мастерству этот человек был достоин звания мастера-основателя!
– Хороший меч! Поистине хороший меч!
С легким вздохом У Мин вновь окутался пятицветным сиянием, которое вспыхнуло так ярко, что едва не ослепило.
Дзинь!
Раздался чистый звон меча и скрежет металла о металл.
Две тени метнулись в стороны. Чжань Хунчжао смотрел на сияние, окружавшее У Мина, и на его лице отразилось полное недоумение.
– Какая жалость, – вздохнул У Мин. – Моя мантия, оказывается, может сработать не один раз!
В следующий миг на лбу Чжань Хунчжао появилась кровавая линия, прошедшая через переносицу, горло и устремившаяся дальше вниз.
– Ты… ты…
Он что-то пробормотал, но не успел закончить. Его тело внезапно раскололось надвое, распавшись на две ровные половины.
У Мин с непроницаемым лицом опустил руку. Кольцо из черного золота на его пальце едва заметно блеснуло и погасло.
Пятицветная мантия закона была артефактом высокого уровня и могла обеспечить защиту целых пять раз в день.
К тому же сам У Мин был даосом и в критический момент мог подпитать ее собственной силой. А кем был мастер закона? Тем, кто творит заклинания одним движением! Одной мыслью он мог многократно усилить мощь любого артефакта!
Подкрепленный его силой, эффект заклинания Золотого Лезвия на кольце из черного золота также значительно возрос.
Сочетание нескольких артефактов и собственного мастерства У Мина привело к тому, что исход поединка – жизнь и смерть – решился в один миг.
Чжань Хунчжао перед смертью хотел выкрикнуть именно это, но жизнь уже покинула его, не оставив ни единого шанса. Он не смог даже передать весть о случившемся.
– Боюсь, даже сестра У Цин не справилась бы лучше, – задумчиво произнес У Мин, глядя на труп мастера-основателя, и вздохнул. – Не думал… что я теперь тоже чего-то стою…
– А-а!
Раздался короткий вскрик.
Это слуга-призрак, сражавшийся с У Теху, увидел смерть Чжань Хунчжао. От потрясения он допустил ошибку, и У Теху, воспользовавшись моментом, отсек ему руку. Кровь хлынула фонтаном.
– Этот тоже с ними, не упустите!
У Мин перевел взгляд на странствующего лекаря, забившегося в угол.
При виде У Теху, который развернулся и с хищной ухмылкой двинулся к нему, сжимая в руке нож, с которого все еще капала кровь, а также стоявшего поодаль У Мина, казавшегося еще более непостижимым, странствующий лекарь окончательно сломался.
С громким звоном он разжал руку. На землю посыпались железные шипы, потайные дротики, золотые и серебряные иглы. Он рухнул на колени, умоляя:
– Пощадите! Умоляю, пощадите! Я всего лишь выполнял приказ! Прошу, будьте великодушны, отпустите меня на этот раз! Я готов присягнуть молодому господину и служить ему верой и правдой до конца своих дней…
– Зачем мне такой бесхребетный предатель?
У Мин, потеряв дар речи, лишь махнул рукой. У Теху тут же подскочил и рукоятью ножа оглушил пленника.
Разобравшись с нападавшими, У Мин обвел взглядом присутствующих, сложил руки в приветственном жесте и с улыбкой произнес:
– Прошу вас всех стать свидетелями!
– Что вы… что вы…
Люди, видевшие, как он хладнокровно расправился с несколькими противниками, застыли в ужасе и не смели перечить.
– Прошу всех сесть и не трогать ничего на месте происшествия. И еще… пусть кто-нибудь сообщит ближайшему патрулю…
У Мин вместе с У Теху сели, нашли чистую воду и сухой паек и принялись за еду.
Такое самообладание заставило нескольких свидетелей покрыться холодным потом.
…
– Что здесь случилось?
Все-таки это была главная дорога, и патрульные прибыли быстро.
Увидев кровавое месиво, а затем зайдя внутрь и обнаружив колдунью, пораженную небесной карой во время наложения проклятия, стражник почувствовал, как у него подкашиваются ноги.
– Кто… кто потерпевший?
– Я! – У Мин усмехнулся. – Меня зовут У Мин, я из благородного рода уезда Юньпин. Проезжая мимо, я наткнулся на этот разбойничий притон и обнаружил, что хозяева открыто вредят людям с помощью черной магии. Поэтому я их всех убил. Свидетели и улики налицо…
У Теху тут же шагнул вперед и протянул документы, подтверждающие его слова.
– Так вы господин У! Дело серьезное, прошу вас…
При виде представителя знати у патрульного, не имевшего чина, ноги задрожали еще сильнее.
– Прошу проследовать со мной в управление, чтобы дать показания…
– Конечно! Я ведь законопослушный гражданин!
У Мин сдержанно улыбнулся. Его учтивость никак не вязалась с тем образом, который все видели мгновение назад.
– Благодарю вас, господин!
Патрульный, опасавшийся, что знатный господин станет чинить препятствия, тут же обрел уверенность и рявкнул на перепуганных постояльцев, оказавшихся не в том месте не в то время:
– Вы все свидетели! Проследуете за мной!
…
Дело закрыли быстро.
В конце концов, улики в комнате колдуньи были неопровержимы – это была магия подавления кошмаром!
Кроме того, убитые были неизвестного происхождения, а дознание показало, что прежний хозяин чайной бесследно исчез, что вызывало еще больше подозрений.
В итоге тела забрали, а странствующего лекаря и слугу-призрака с отрубленной рукой бросили в темницу под усиленную охрану.
Что до У Мина, то благодаря своему статусу он вышел на свободу еще до наступления ночи, да к тому же получил нужные сведения.
– Так, значит, дед и внучка из другой провинции? Старый книжник по имени Е Дэцянь?
У Мин взял бумагу и небрежно бросил патрульному слиток серебра в пять лянов. Тот рассыпался в благодарностях и с заискивающей улыбкой доложил:
– Да, уже все выяснили. Деда зовут Е Дэцянь, с ним внучка Бао-эр. Ехали к родственникам…
– Ясно!
Когда патрульный ушел, к нему подошел У Теху.
– Молодой господин, с этими двумя что-то не так?
– Не так или нет – пока не знаю, но их личности точно фальшивые…
У Мин холодно усмехнулся и бросил бумагу на стол.
– Эти двое – не простые люди!
В это самое время те самые дед и внучка, о которых думал У Мин, спешно покидали эти места под покровом ночи.
– Быстрее, быстрее, здесь нельзя задерживаться!
Старик, несший девочку на руках, недовольно кривил губы.
– Почему? Мне кажется, тот старший братик был не злой…
Девочка грызла ноготок и хихикала.
– И… у него с собой, кажется, много хороших вещей!
– Ты еще мала. То, что ты смогла это разглядеть, уже неплохо. Но ты не знаешь, что тот юноша уже вступил на путь Дао и достиг ранга мастера закона!
Старик ворчал себе под нос, словно жалуясь:
– В столь юном возрасте быть таким решительным и безжалостным, обладать столь поразительной силой и сокровищами… Все это не к добру… Твой дед услышал, что здесь будет собрание у Драконьих Врат, и решил заглянуть на шум, поглядеть на братьев по ремеслу. А вместо этого, едва прибыв, наткнулся на такое. Это дурной знак. Боюсь, на сей раз прольется кровь…
Он несся вперед, словно ветер, быстрее скачущей лошади. Что еще более поражало, так это то, что, используя эту божественную технику передвижения, он оставался совершенно спокоен, дышал ровно и выглядел расслабленным.
Девочка, казалось, привыкла к этому. Она смотрела, как мимо проносятся пейзажи, и, моргая большими глазами, вдруг захихикала.
…
Этой же ночью срочное донесение легло на стол главы округа.
Нынешнему тайшоу Ли Чжэню было всего сорок три года, но его виски уже тронула седина. Черты его лица были резкими, как железо, и выражали непреклонную волю.
– Ну что за люди… Что за срочность, чтобы докладывать среди ночи?
Улыбаясь, он развернул донесение, пробежал глазами несколько строк и ахнул, а лицо его стало серьезным.
Долгое время Ли Чжэнь сидел молча, водя пальцем по строкам доклада.
Тракт, чайная, убийство, черная магия…
Прочитав эти несколько слов, он закрыл глаза, и перед его мысленным взором предстал образ решительного и безжалостного юноши.
– Хе-хе… Семья Ван и впрямь выживает из ума…
Скрытые течения этого дела не могли укрыться от старого чиновника. На его губах появилась холодная усмешка.
– Господин тайшоу… какую резолюцию наложить? – спросил писарь.
– Улики неопровержимы, о чем тут еще спрашивать? Тела колдунов бросить в выгребную яму, а их сообщников – восемьдесят ударов палками и в ссылку на три тысячи ли!
Ли Чжэнь холодно хмыкнул.
– Разве в законах империи сказано неясно? Или ты предлагаешь что-то иное?
– Не смею, господин!
Получив нагоняй, писарь покрылся холодным потом и почтительно удалился.
А сам Ли Чжэнь, разобравшись с делами, достал из-за пазухи другое письмо, и на его лице появилась улыбка.
– И в нашем роду появился цилинь. Великие дела еще возможны, еще возможны!
http://tl.rulate.ru/book/16183/8816962
Готово:
