В тишине изысканно обставленного трактира мерно догорал синеватый сандал, наполняя воздух терпким, умиротворяющим ароматом. Сизый дым тонкими лентами струился по комнате, когда двое практиков в одеждах клана Ли бесшумно переступили порог. Внутри их ждал мужчина средних лет; его лицо, застывшее в суровой маске, выражало крайнюю степень серьезности.
— Сянъюй, Сянфей, удалось что-нибудь разузнать? — Ли Юйфу перевел на вошедших тяжелый взгляд.
Ли Сянъюй, который был чуть выше своего спутника, почтительно склонил голову, докладывая:
— Седьмой дедушка, мы опросили всех вольных практиков, что подрабатывают проводниками на рынке. Среди тех, кто заходил в город за последние дни, никто не подходит под описание членов клана Е. Более того, я лично проверил каждого подозрительного «одиночку», который мог оказаться замаскированным культиватором. Результатов нет.
— Продолжайте поиски, — властно бросил Ли Юйфу. — Семья Е обязательно здесь появится, в этом нет сомнений.
Ли Сянфей, стоявший подле брата, в замешательстве нахмурился:
— Седьмой дедушка, но разве у клана Е нет проблем с нехваткой людей? Их влияние на Рынке Великого Хребта и так оставляет желать лучшего. Неужели они рискнут распылять силы еще и здесь?
— Нехватка людей? Ха! — Старейшина желчно усмехнулся. — Клан Е ежегодно подает в Секту отчеты, согласно которым у них гибнет едва ли не больше всех практиков. Но подумай сам: они – укротители зверей. Они живут в Великом Горном Хребте, чувствуя себя там хозяевами, в то время как мы едва выживаем. Ты и правда веришь, что их потери так велики? В прошлый раз, когда ваш Великий дед посещал Пик Возвышающихся Облаков, он ясно почувствовал: Е Хайчен близок к прорыву. Сейчас другие семьи беспокоятся вовсе не о том, купят ли Е Пилюлю Заложения Основы. Все боятся, что им нужна Нефритовая Жидкость Пурпурного Дворца!
Голос Ли Юйфу дрогнул от скрытого напряжения. — Не забывайте, Е Хайчен – Телесный Практик. Если он совершит прорыв и достигнет стадии Пурпурного Дворца, все небо над Великим Хребтом переменится. И нас это коснется в первую очередь.
Ли Сянъюй и Ли Сянфей невольно вздрогнули, почувствовав, как по спинам пробежал холод запоздалого страха. Масштаб угрозы, о которой говорил старейшина, заставил их по-новому взглянуть на привычное соперничество кланов. Юйфу тем временем продолжал:
— И следите за кланом Чу. Старый лис Чу Тяньфэнь вырастил достойную дочь, раз умудрился выдать ее за Преподобного Далекого Света из Секты Великого Начала. Но запомните: третьей семьей Пурпурного Дворца на этих землях должен стать наш клан Ли. Вам ясно?
— Ясно, седьмой дедушка! — В унисон ответили братья. Старейшина сменил гнев на милость, окинув их оценивающим взглядом:
— Вы оба уже почти достигли Девятого Уровня Конденсации Ци. Если проявите себя, то Пилюля Заложения Основы, которую клан выкупит на этом аукционе, достанется вам.
Глаза молодых людей вспыхнули ликованием. В последние годы клан Ли лишился двух мастеров Заложения Основы, и нынешняя нехватка элитных бойцов была их главной слабостью. Именно поэтому они прибыли сюда – Ли должны были любой ценой заполучить хотя бы две из выставленных Сектой пилюль, чтобы вернуть семье былое величие.
Тем временем Рынок Великого Хребта бурлил. Приближение аукциона притягивало сотни вольных практиков и представителей влиятельных семей. Ответственные за порядок кланы Сюй и Мо созвали глав четырех великих семей в роскошный зал ресторана Мо. На столах перед мастерами Заложения Основы благоухали духовные плоды первого ранга и редкий чай «Красный аромат». Во главе собрания восседал Цзян Цзинхе, смотритель рынка, назначенный Сектой Великого Начала.
— Господа, — голос Цзян Цзинхе, усиленный духовной энергией, заполнил зал. — Секта выделила шесть Пилюль Заложения Основы для предстоящих торгов. Однако, чтобы аукцион прошел достойно, нам требуются дополнительные редкие лоты от каждого из ваших кланов. Это событие должно быть по-настоящему грандиозным.
При этих словах лица шестерых глав семей, включая Е Синлю, заметно потемнели. Предыдущие слухи твердили о восьми пилюлях, и внезапное сокращение квоты до шести означало, что конкуренция станет смертельной. Четыре клана Заложения Основы и два – Пурпурного Дворца… делить было нечего. Но перечить Цзян Цзинхе никто не смел – за его спиной стояла мощь Секты Великого Начала, и подобные «усушки» ресурсов случались и прежде, хотя никогда еще они не были столь наглыми.
— Господин смотритель, — подал голос Ли Мухэ, глава клана Ли. — Нет ли в этом какой-то аномалии? Почему количество так резко сократилось?
— Никаких аномалий, — отрезал Цзян Цзинхе, сверкнув холодным взглядом. — Или у вас, почтенный Ли, есть сведения, о которых стоит доложить Секте? Кроме того, для обеспечения безопасности торгов каждый клан обязан выставить по два мастера Заложения Основы для охраны рынка.
Е Синлю нахмурился, но Цзян Цзинхе, словно предвидя его возражения, добавил:
— Клан Е может выставить Духовных Зверей Второго Ранга вместо практиков.
— У клана Е нет возражений, — бесстрастно ответил Е Синлю, но затем его тон стал жестким. — Однако я передам список наших лотов. В прошлый раз мой клан приобрел здесь дефектную Пилюлю Сердца Крови, так что в этот раз мы надеемся выставить больше товаров, чтобы восполнить убытки в камнях. Надеюсь на понимание, иначе при тщательном расследовании того инцидента неуютно станет всем.
Это был прямой выпад. Рынок приносил Секте тридцать процентов дохода, а остальные семьдесят делили семьи. Увеличение квоты Е неизбежно било по кошельку остальных, но, к удивлению, ни Сюй, ни Мо не стали возражать. Главы семей молча передали нефритовые свитки со списками товаров, и в их глазах читалась глубокая, затаенная тревога.
В это же время в глухой, скрытой от посторонних глаз долине, цепочка Черных древесных муравьев тащила туши диких зверей в неприметную пещеру. За узким лазом скрывался просторный подземный зал, где в ожидании замерли практики клана Е. Е Синъю стоял в центре, а рядом с ним – Цзинъюн и Цзинли.
— Седьмой брат, как обстановка? — Обратился Синъю к вошедшему Е Синцюню.
— Всё спокойно, — Е Синцюнь позволил себе слабую улыбку. — Охрана клана Чу заметно расслабилась, видимо, все силы брошены на аукцион. К тому же я обнаружил, что в долине Юйли они разводят огненных кроликов. Мех у них великолепный, а мясо – нежнейшее. Шикует клан Чу, ничего не скажешь.
— Брат, прошу тебя, продолжай наблюдение, — серьезно произнес Е Синъю. — Хотя два их мастера Заложения Основы сейчас на рынке, а часть сил наверняка в Тачане, мощь Чу за эти годы возросла. Мы не имеем права на ошибку. Нужно знать о каждом их шаге.
Синцюнь кивнул и вновь выпустил нескольких разведчиков-муравьев, в то время как остальные разошлись по каменным кельям для медитации. Е Синъю же обернулся к фигуре, неподвижно застывшей в тени. Человек был облачен в Плащ, изолирующий дух, скрывающий даже малейшие эманации ауры. Фигура едва заметно кивнула в ответ на его почтительный взгляд, и на душе у Синъю стало значительно спокойнее.
На рынке Великого Процветания Е Цзинчен продолжал свою игру. На третий день он сам разложил товар: на куске духовной ткани стояли нефритовые флаконы с Пилюлями Лазурного Духа, Восстановления Ци и Ледяной Чистоты. В качестве дополнения он выставил обычные Пилюли Питания Ци и Крови. Благодаря честной цене и огромному потоку людей торговля шла бойко.
— Почем Лазурные Пилюли Духа? — Раздался звонкий девичий голос.
Цзинчен поднял голову. Перед его прилавком, присев на корточки, стояла Сюй Сюцин. В лучах закатного солнца ее глаза казались необычайно яркими, но в следующее мгновение в них промелькнуло сомнение.
— Десять камней за штуку. При покупке пяти уступлю два камня, — спокойно ответил юноша.
— Дайте десять, — Сюцин протянула мешочек, в котором лежало ровно девяносто шесть камней. Когда Цзинчен передавал ей флаконы, она внезапно и быстро провела пальцами по его ладони. Юноша мгновенно похолодел. В глазах девушки мелькнуло разочарование.
Цзинчен, сохраняя внешнее хладнокровие, достал из сумки очищающий порошок и демонстративно протер руки, словно опасаясь, что случайная покупательница могла его отравить. Сюцин выглядела еще более подавленной.
— Простите, даос Тань. Я обозналась, вы напомнили мне одного старого знакомого, — тихо произнесла она. — Примите мои извинения.
— У вашего знакомого тоже были проблемы с совместимостью духовных корней? — С напускным любопытством спросил Цзинчен.
Сюцин лишь покачала головой и указала на табличку с объявлениями:
— У меня есть семена ядовитых цветов. Если вам интересно, я могла бы их продать. — Она раскрыла ладонь, на которой лежал потемневший от времени нефритовый коробок. Внутри угадывались очертания тридцати черных семян. — Это Цветы Черного Облака. Когда они созревают, то выделяют густой ядовитый туман. Отличная первая линия обороны для любого защитного массива. Пусть это будет подарком в знак благодарности за спасение, которое вы с дедом оказали мне в прошлом.
— Мы никого не спасали, — отрезал Цзинчен, но коробок забрал, взамен швырнув ей тот самый мешочек с девяноста шестью камнями. Эти семена были ценнее Пурпурных Иллюзий – первый ранг высшего качества, яд которых копился годами, хотя цвели они лишь раз в три года. Реальная цена им была камней шестьдесят, но Цзинчен не хотел оставаться в долгу.
Сюцин хотела отказаться, но, увидев, что юноша готов вернуть ей коробок, вздохнула, спрятала камни и быстро исчезла в толпе. Цзинчен проводил её взглядом, чувствуя досаду: женская интуиция оказалась пугающе точной. То, как она коснулась его руки… именно так он сам обычно гладил Зверя Золотой Чешуи. Она всё поняла. Теперь оставалось лишь надеяться на её благоразумие.
Проторговав еще час, Цзинчен прошелся по рядам. Огромный наплыв людей позволил ему найти последние ингредиенты для эволюции Пчел Пяти Ядов. Если бы не строгая маскировка, он бы немедленно бросился к печи. Вернувшись в свою каморку, он застал Е Хайи. Старейшина выглядел крайне суровым.
— Хаобо, через три дня начнется собрание алхимиков. Тебе нужно там быть. И прекращай торговлю, оставшиеся дни посвяти медитации, — произнес старейшина.
Цзинчен напрягся, решив, что дело в Сюцин, но Хайи внезапно активировал все защитные формации комнаты, делая их абсолютно непроницаемыми для подслушивания. Его взгляд стал острым и ледяным.
— Открой Узор! — Скомандовал старец.
На руке Хайи на мгновение вспыхнул Узор Связи со Зверем. Цзинчен без колебаний ответил тем же, на долю секунды явив свою метку. Убедившись в личности племянника, старейшина заметно расслабился и протянул ему две вещи: новую сумку-хранилище и мешок для духовных зверей.
http://tl.rulate.ru/book/160792/14881578
