Готовый перевод Runeblade: A Delving Skill Merging LitRPG / Рунный Клинок: Я сливаю навыки в Апокалипсисе: Глава 11: «Неприятные сюрпризы»

Кайус твердо уперся ногами в землю. От небольшой толпы, которую он встретил у охотничьего домика и за которой устроил веселую погоню, осталось всего три мертвеца. Число более чем скромное, чтобы перестать бежать. Из этой троицы тот, что стоял прямо по центру, сжимал зазубренное мачете, как и тот, что слева от него. Спутник справа держал топорик.

Все трое попытались нанести удар, как только Кайус замер. Он сделал выпад, целясь центральному мертвецу в плечо. Или, по крайней мере, попытался. Левый мертвец рубанул мачете по его копью, сбивая прицел. Кайус крутанул копье в сторону, переключаясь на новую цель, и прочертил линию по лицу правого мертвеца, одновременно отбивая занесенный топорик.

Фонтан густой черной крови окропил мягкую траву между ними.

Кайус сделал еще один размеренный вдох; запах гнилой крови смешивался с землистыми нотками потревоженного перегноя. Любое отвращение к этому аромату смывалось в его Песни Крови. Шаг назад не позволил яростным врагам сократить дистанцию; он имитировал удар по центральному мертвецу, после чего резко перенаправил копье в топорника. Один из выступов кабаньего копья с диким треском врезался в череп нежити, дробя кость.

Другой мертвец попытался воспользоваться его затянувшейся атакой, бросившись на него с замахом и тычком. Кайус отпрыгнул назад, вне пределов досягаемости; его сердце сохраняло ровный ритм, хотя туника и липла неприятно к груди от пота после долгого напряжения.

В своем неистовстве один из обладателей мачете прыгнул следом, размахивая клинком в попытке выпустить ему кишки на месте. Кайус прижал древко плотнее к себе, и мачете пронеслось мимо, оставив врага в неустойчивом положении. Опыт и Чувство Слабости подтолкнули его к действию: выпад пробил челюсть мертвеца снизу и с хрустом раздробленной кости вышел из макушки.

*Дзынь! Убит охотник-нежить 15-го уровня*

Кайус не сбавлял темпа: вырвав копье, он тут же перешел к резкому удару по следующему ближайшему мертвецу. Тот вскинул мачете в блоке, поймав древко копья прежде, чем оно успело разрубить ему череп.

Разорвав захват, он отпрянул, а затем обрушил на врагов серию стремительных уколов, чередуя цели. Мертвецы изо всех сил старались отбиться, но дряхлые нервные системы мешали их попыткам.

Один из них, с почти разочарованным видом, попытался буквально перерубить его древко. Кайус оскалился, отступая на шаг, чтобы дать топору пролететь мимо и лишить мертвеца равновесия. Такая возможность не могла быть упущена.

Тварь рухнула с сочащейся дырой на месте, где раньше был нос.

*Дзынь! Убит охотник-нежить 16-го уровня*

Пот щипал глаза, струясь по лицу Кайуса. Ни на секунду он не задумался о том, чтобы убрать руку с оружия и вытереть лицо или зажмуриться, чтобы избавиться от соленого раздражителя. Он был слишком сосредоточен. Остался только один.

Один.

Единственный.

Кайус издал боевой клич, нарушая тишину, которую хранил с самого начала засады. Дикая вибрация полоснула по горлу, усиливая его агрессию. Он взметнул копье вверх, а затем с силой обрушил его на защиту мертвеца. Тот пошатнулся от внезапного напора, но тут же собрался и прыгнул на него в бездумной ярости.

Перехватив оружие, он на мгновение зажал копье как боевой шест, после чего с силой ударил пяткой древка по мачете мертвеца, выбивая оружие в сторону. Обратным движением он вогнал острие копья в шею существа; поток черной жижи в считанные мгновения пропитал его ветхие кожаные лохмотья.

Он завершил атаку ударом ноги в грудь мертвеца, отправив того на землю. Кайус твердо встал на ноги и усмехнулся копошащейся твари.

— Пятнадцать – это, кажется, уже не так уж и страшно, — произнес он, и глаза его оставались холодными, несмотря на ухмылку.

Он вогнал копье до упора, впечатав листовидный наконечник в череп монстра, и навалился на древко всем весом. Высвободив оружие, он отошел от липкой кучи крови и внутренностей, после чего ссутулился, тяжело дыша.

Это было жестко. Но до чего же весело. Пока неестественный ветер остужал пот на его лбу, Кайус оглядел разрушения, оставленные им за собой. Линия черного цвета – свидетельство десятков ран, нанесенных им толпе. Жуткий след, тянущийся к охотничьему лагерю далеко впереди, который то и дело прерывался обмякшим трупом поверженного врага.

— Будь они прокляты, это было непросто, — пропыхтел он, свободной рукой массируя одну из икр. Ноги все еще нещадно горели, натруженные поспешным отступлением по неровной почве.

Он прищурился, заметив мертвеца, который медленно ковылял в его сторону, скрытый в полумраке пещеры. Один из тех калек, чьи движения сковывала поврежденная нога. Тварь тут же споткнулась и повалилась ничком.

Абсурдность ситуации проняла его, и с губ сорвался короткий смешок.

— Ну что ж, лучше не оставлять работу недоделанной, — сказал он, покачав головой.

Выпрямившись, он вогнал копье острием в мягкую почву, позволяя ему стоять самостоятельно. Он слегка попрыгал на носках, сбрасывая накопившееся напряжение в руках, после чего наклонился, чтобы размять ноги. С губ сорвался стон: жгучая боль в мышцах усилилась под коленями и на задней поверхности бедер.

— Так-то лучше, — пробормотал Кайус, снова выпрямляясь.

Он взглянул на свое копье – изувеченное древко и залитый кровью наконечник. Нахмурился.

— Наверное, лучше просто взять новое.

Он снова посмотрел на далекого мертвеца, который уже поднялся и ковылял в его сторону, и для уверенности похлопал по рукояти своего длинного меча.

Сохраняя комфортный темп, он отправился обратно тем же путем, каким пришел, не сводя глаз с опушки леса на случай появления зверей, которые могли прийти на шум битвы. К счастью, никого не было.

Он шел вдоль следа своей битвы, обходя сочащиеся трупы убитых врагов. К сожалению, теперь, когда жар боя покинул его, полностью игнорировать их тошнотворное зловоние не получалось.

— Боги, ну и вонь, — сказал он, бледнея. Могло быть и хуже, подумал он. В основном он избегал ударов по их корпусу. Его передернуло при мысли о том, с каким нечестивым непотребством ему пришлось бы иметь дело, если бы он продырявил им кишечник.

Примерно на полпути к охотничьему домику и ковыляющей вдали фигуре Кайус остановился у трупа мертвеца, у которого было свое собственное кабанье копье. Он осмотрел его, проверяя на наличие серьезных повреждений. Оно было в занозах и плохо ухожено, но в чертовски лучшем состоянии, чем его собственное.

Он отшвырнул свое копье в сторону, заменив его новым.

С новой «тростью» в руках он вперил взгляд в медленно приближающуюся нежить и прибавил шагу.

Подойдя достаточно близко к существу, он остановился. Вскинув копье над плечом, он прицелился и с кряхтением метнул его в мертвеца. С безошибочной решительностью оно взмыло в воздух. Тварь попыталась смахнуть снаряд, но ей помешали глубокие раны, оставленные Кайусом на конечностях.

Копье с глухим ударом вонзилось в лицо, лезвие ушло до самых выступов, и вес оружия опрокинул труп навзничь.

*Дзынь! Убит охотник-нежить 15-го уровня*

Кайус издал победный клич, вскинув кулак вверх. — В яблочко! — Сказал он с ухмылкой.

Подойдя к трупу, он выдернул копье. Находясь всего в нескольких шагах от лагеря, обустроенного в пещере, Кайус увидел последнего мертвеца: тот мучился, пытаясь ползти по земле, – раздробленное колено не давало ему подняться.

— Жалкие создания, не так ли? — Сказал Кайус самому себе, наблюдая, как тот тащит себя по грязи на одной уцелевшей руке.

Добить его стоило еще меньших усилий, чем прогулка до него.

*Дзынь! Убит охотник-нежить 14-го уровня*

Вытащив копье из черепа, Кайус очистил наконечник о мягкую землю и оглядел территорию лагеря. Там было совершенно пусто, все тонуло в тени каменного свода, под которым стояли постройки. Зрелище было жутким и обостряло чувства. Какое-то первобытное чутье заставляло его содрогаться перед неподвижной тишиной зданий.

Мимолетное усилие воли вызвало перед глазами показатели ресурсов.

Ресурсы:

Здоровье – 200/200 (2/мин)

Запас сил – 64/200 (2/мин)

Мана – 120/120 (2/мин)

Он снова перевел взгляд на зловещие постройки.

«Ни единого шанса в Бездне, что я сунусь туда без полного запаса сил. Там внутри их наверняка больше, это так же верно, как то, что торговец – мошенник».

О, искушение, конечно, было. Вышибить дверь с диким воплем, ввязываясь в драку со всем, что там найдется. Положиться на силу рук и мастерство владения клинком… но нужно быть сказочным идиотом, чтобы так поступить. Внутри этих зданий могло быть что угодно. Еще горстка мертвецов? Ладно, с этим он справится. Но там с таким же успехом могла оказаться какая-нибудь ведьма или некромант-нежить, а он не собирался рисковать жизнью ради пустяка.

Поэтому он ускользнул обратно под сень деревьев, потратив несколько минут на поиски своего рюкзака. Покопавшись в нем, чтобы достать бурдюк с водой и горсть чересчур пахучего вяленого мяса, он вернулся к дереву, от которого впервые осматривал лагерь. Прислонившись спиной к стволу, он сцепил зубы на жесткой полоске сушеного мяса. Ему определенно не хватало соли; тусклый пепельный привкус вытягивал всю влагу изо рта. Он не сводил глаз с лагеря, а уши держал востро, чтобы уловить любой звук со стороны леса.

С крепким деревом за спиной он не слишком беспокоился, но осторожность никогда не была лишней.

…

Спустя час, когда запас сил полностью восстановился, Кайус вышел из леса. С копьем в руке и мечом на бедре он направился к постройкам лагеря.

Первой целью он выбрал коптильню. Логика была проста: она была в разы меньше самого дома. А значит, если она и набита нежитью, их там, скорее всего, меньше. Приземистое каменное здание словно нависало над ним, его высокая труба поднималась чуть выше края неглубокой пещеры, в которой располагался лагерь.

Он попытался заглянуть в узкие окна-щели, но те были слишком высоко, чтобы что-то разглядеть. К тому же внутри казалось довольно темно.

Обойдя здание, он обнаружил дверь, выходящую к центру лагеря. Она была такой же массивной и внушительной, как и само строение: грубо отесанные доски, укрепленные железом, и простая деревянная задвижка, удерживающая ее закрытой.

Он протянул руку, напряженный и готовый к действию, и ухватился за деревянный брус задвижки. Резким рывком поднял механизм и распахнул дверь, тут же отпрыгнув назад и направив копье в открытый проем.

Дверь распахнулась внутрь, ударившись о стену с грохотом дерева о камень. Кайус нахмурился, вглядываясь в темное нутро здания. Судя по отсутствию звуков, там было пусто. Но он все еще не доверял тишине. Держа копье наготове, он переступил темный порог.

Его губы сжались в узкую линию, когда он осознал, что находится внутри. Каким бы странным разумом ни обладали создатели биомов Глубин, у них определенно было мрачное чувство вкуса. В центре коптильни находилось выгоревшее кострище, к стропилам сверху крепились металлические мясницкие крюки. На них висели человекоподобные конечности; даже иссушение не могло скрыть жутких следов поедания.

И он, конечно же, не пропустил тот факт, что некоторые из них были заметно меньше остальных.

Кайус сплюнул на пол, горячий прилив гнева заглушил отвращение. Он развернулся на каблуках и зашагал вон из коптильни, плотно прикрыв за собой дверь.

Он понимал, что это лишь декорация. Всем было известно, что Глубины часто содержат в себе искаженные отражения вещей, которые существуют – или когда-то существовали – в мире, но переиначивают их под стать той странной логике, что стоит за их биомами. Существовала дюжина лагерных баек о том, как искатели натыкались на по-настоящему извращенные регионы.

Но на душе все равно было паскудно. Ему не привыкать к крови и кишкам, но это было просто неправильно.

Он тряхнул головой, прогоняя мысли. Нужно было зачистить еще одно здание. Если в коптильне нежити не оказалось, то в жилом доме она точно будет.

Он подошел к широкой каменной веранде, пробираясь между стойками для дубления шкур, расставленными по всей ее площади. Впрочем, то, что было натянуто на рамы, вряд ли можно было считать ценным товаром – сплошные полосы засохшей плоти и огромные дыры. Несколько стоек он отодвинул, освобождая путь к двери.

Он поморщился, когда их хрупкие рамы со стуком ударились о пол, ожидая, что на этот шум на его голову обрушится какая-нибудь орущая орда. К счастью, пещера и здания внутри хранили благословенное молчание.

Он приблизился к входу, сделанному из такого же грубо отесанного и укрепленного дерева, как и предыдущий. И хотя он был готов не меньше, чем у первого здания, сердце его билось ровно, когда он взялся за щеколду. Последний глубокий вдох, чтобы сосредоточиться. Он распахнул дверь.

Внутри было сумрачно и темно. К его удивлению, здание оказалось полностью открытым изнутри. Он вошел осторожно, держа копье наготове.

В тот миг, когда его нога пересекла порог, закрепленные на стенах факелы вспыхнули, ярко осветив интерьер. Глаза Кайуса расширились, на мгновение ослепленные. Кровь запульсировала в шее, сердце ускорило бег.

Тихое ворчание привлекло его внимание. Резко повернув голову, он уставился на источник звука.

Там, во главе зала, восседало великое чудовище. Восседая на троне из гнилого меха и осколков костей, оно вперило в него свои черные глаза. Гротескная ухмылка, исказившая его лицо, выражала такую степень презрения, что у парня похолодела кровь.

Его мускулистое тело было мощнее, чем у ломовой лошади; полное отсутствие подкожного жира обнажало каждое волокно мускулатуры – до такой степени, что тварь казалась ободранной заживо. По крайней мере, там, где рельеф не был испорчен болезненной, испещренной язвами кожей.

Его черные немигающие глаза не отрывались от глаз Кайуса, когда оно медленно потянулось вниз и схватило окровавленный тесак размером с человеческое бедро.

Медленным и целенаправленным движением монстр поднялся во весь рост; чрезмерно толстый кожаный фартук, прикрывавший его спереди, зашуршал. Он возвышался над Кайусом, будучи на добрых полтора шага выше него – а ведь сам Кайус, имея рост в шесть с половиной шагов, казался великаном деревенским жителям, которых встречал.

Это была не просто безмозглая нежить.

Существо улыбнулось, обнажив гнилые зубы за шрамами на губах.

*Дзынь! Вы бросили вызов Чемпиону: Голодный Мясник*

«Дерьмо».

http://tl.rulate.ru/book/160180/12499646