Глава 14. Простите, но я здесь, чтобы филонить
Кабинет ректора Южного Военно-Технологического был обставлен с аскетичной роскошью. Дубовые панели, запах старых книг и дорогого чая.
Ректор Ли Сюэхай лично налил кипятка в фарфоровую чашку и поставил перед Линь Фанем.
— Добро пожаловать в нашу семью, студент Линь.
— Академик Цинь ввела меня в курс дела, — Ли Сюэхай лукаво подмигнул. — Она сказала, что твоя главная цель здесь — «позолотить» резюме. Получить корочку, пересидеть, а потом сразу в Академию Наук.
Ректор говорил без обиняков, как и подобает военному человеку.
Он пододвинул по столу папку с документами.
— Смотри. Это наш флагман. Проект [Квантовые ключи шифрования связи].
— Госзаказ. Финансирование безлимитное. Перспективы — космос.
— В команде сотни человек. Если ты там затесаешься, никто и не заметит. Приходи раз в неделю, пей кофе, читай новости. Твоё имя просто впишут в список авторов.
— Когда мы выкатим результат, у тебя в личном деле появится жирная строчка: «Участник нацпроекта». Идеально для старта карьеры.
Предложение было царским. Ли Сюэхай, по сути, предлагал ему синекуру. Мечта любого лентяя и карьериста: ничего не делать, ни за что не отвечать, но получать лавры победителя.
Но Линь Фань нахмурился.
Квантовая связь? Он в этом ни бум-бум.
Да, он приехал за дипломом, но быть полным паразитом и притворщиком ему претило. У него была гордость. Он, в конце концов, создал термоядерный реактор (ну, почти)!
— Спасибо, товарищ ректор.
— Но кванты — это не моё. Я в этом полный ноль.
— У вас есть что-нибудь по ядерной физике? Или инженерии реакторов? В этом я разбираюсь.
Ли Сюэхай моргнул.
— Ядерка? — он развёл руками. — Увы, парень. Не повезло.
— Мы только месяц назад закрыли большой проект по этой теме. А заявку на новый только подали. Пока там наверху утвердят, пока деньги выделят... минимум полгода пройдёт.
Полгода?
Линь Фань вздохнул. Значит, судьба толкает его на путь безделья.
Но ректор, видя его колебания, вдруг полез в ящик стола.
— Слушай, если ты такой принципиальный...
— Вот полный список всех текущих проектов университета.
— Возьми, почитай в общаге. Не торопись. Выбери то, к чему душа лежит.
...
Общежитие для него выделили не студенческое, а профессорское. Отдельная квартира: гостиная, спальня, кухня, свой санузел. Роскошь.
Линь Фань швырнул сумку в угол и плюхнулся на мягкий диван.
«Ладно, буду халявщиком, раз так вышло», — подумал он.
Рука сама потянулась к телефону. Палец привычно тапнул по иконке «Песочница Цивилизаций».
Экран мигнул, загружая мир.
[СИСТЕМА: Поздравляем!]
[Ваша Цивилизация Геи успешно завершила строительство Термоядерной Электростанции!]
[Для создания Энергосети нулевых потерь, Совет Старейшин принял решение начать исследование технологии: «Комнатная Сверхпроводимость»!]
[Текущий прогресс: 36%]
[Спецпредложение: Потратьте всего 100 000 Очков Технологий (1 очко = 1 юань), чтобы мгновенно завершить исследование и ускорить эволюцию!]
Сто тысяч?!
Линь Фаня перекосило.
— Да вы офигели! Это грабёж!
Он с негодованием закрыл окно доната. Игнорировать!
Он открыл вкладку с текущими 36% исследования. Просто из любопытства.
И залип.
На целый день.
Теория материалов, атомные решётки, методы легирования... То, что предлагала игра, кардинально отличалось от земной науки. Это было изящнее, смелее, эффективнее. Это была технология будущего.
И тут его осенило.
Он вспомнил список проектов от ректора.
Там, кажется, мелькало что-то знакомое...
Линь Фань схватил бумаги со стола. Листал, листал... Вот оно!
[Проект: Материалы комнатной сверхпроводимости]
Глаза зацепились за строчки внизу страницы:
[Программа мотивации:]
[Рядовой участник проекта: премия 100 000 юаней.]
[За выдающийся вклад/прорыв: премия 200 000 юаней.]
В голове щёлкнул калькулятор.
Если он, используя знания из игры, совершит прорыв здесь, в реальности, он получит 200 тысяч.
В игре с него просят 100 тысяч.
Итого: 200к - 100к = 100к чистой прибыли! Плюс технология!
Это же идеальная схема!
Сначала он попробует «выдоить» те 36% знаний, что есть в игре бесплатно. Если хватит для прорыва — отлично.
Если нет — придётся искать деньги на донат, чтобы открыть 100%. Но даже так он останется в плюсе!
Решено!
...
На следующее утро он стоял в кабинете ректора.
— Ректор Ли, я выбрал.
— Вот этот. [Комнатная Сверхпроводимость].
Улыбка сползла с лица Ли Сюэхая. Он снял очки и протёр их, словно надеясь, что ослышался.
— Линь Фань... сынок...
— Ты хоть знаешь, как у нас называют этот проект?
— «Небесная Могила». Или просто «Яма».
— Этот проект сожрал двести миллионов бюджетных денег за пять лет! И выхлоп — ноль! Абсолютный ноль, как температура в их дьюарах!
— На нас давят сверху. Пресса смеётся. В прошлом году финансирование урезали вдвое.
— Люди бегут оттуда, как крысы с корабля. Профессор Чэнь — фанатик, но даже он уже одной ногой в могиле. Этот проект закроют со дня на день!
— Ты понимаешь, что лезешь в болото? Зачем тебе портить резюме провалом?
Линь Фань был непреклонен.
У него не было выбора. Кроме ядерной физики (которая занята) и сверхпроводников (которые есть в игре), он ничего не умел.
— Ректор, я всё решил.
Ли Сюэхай вздохнул, глядя на упрямый подбородок юноши.
«Весь в Цинь Бин», — подумал он с тоской. — «Такая же ослиная упёртость».
— Ладно. Твоя жизнь. Иди.
...
Лаборатория Сверхпроводимости находилась на отшибе кампуса, в старом кирпичном корпусе, увитом плющом.
Внутри пахло озоном, жидким азотом и безнадёжностью.
Огромное помещение было полупустым. Несколько аспирантов вяло бродили между приборами, словно зомби.
В углу, в старом кресле, сидел седой старик. К его руке была подключена капельница, стойка которой стояла рядом.
Профессор Чэнь.
— Я новенький. Пришёл на усиление, — громко сказал Линь Фань.
Старик открыл мутные глаза. Удивление мелькнуло в них. Сюда? Сейчас?
Наверное, бедолага-студент, которого больше никуда не взяли.
— Садись, сынок, — голос профессора шелестел, как сухая листва. — Как звать?
— Линь Фань.
— Хорошо... Ты, наверное, слышал, что мы тут... тонем. Но ты не бойся.
— Пока я жив, мы будем барахтаться. У меня есть одна идейка... может, ещё увидим свет в конце туннеля...
В голосе старика звучал такой отчаянный, болезненный оптимизм, что у Линь Фаня защемило сердце.
...
Линь Фань взялся за дело.
Имея в голове 36% идеальной инопланетной технологии, он был подобен зрячему среди слепых.
— Профессор, вот здесь формула легирования ошибочна. Примесь разрушает кристаллическую решётку.
— А температуру спекания надо поднять ровно на 15 градусов. Иначе фазовый переход нестабилен.
Он ходил по лаборатории и раздавал указания, которые сначала вызывали недоумение, а потом — шок.
Потому что это работало.
За неделю проект, стоявший на месте годами, сдвинулся с мёртвой точки!
Маленькие победы. Небольшие приросты показателей. Но это был прогресс!
Профессор Чэнь смотрел на Линь Фаня как на сошедшего с небес ангела науки. Он видел в парне себя в молодости — ту же страсть, ту же одержимость.
От старшекурсницы Линь Фань узнал правду.
У профессора Чэня рак печени. Терминальная стадия.
Он отказался от госпитализации и химии, чтобы не бросать лабораторию. Он жил на обезболивающих, чтобы успеть закончить дело всей жизни. Врачи давали ему максимум три года.
Линь Фань посмотрел на сгорбленную фигуру старика у микроскопа и почувствовал глубокое уважение.
...
Прошло несколько недель.
Линь Фань лежал в общежитии, лениво тыкая в экран телефона. В игре он отправлял юнитов собирать руду.
Внезапно экран вспыхнул ослепительно белым светом.
Тревожная, режущая слух сирена завыла из динамика.
Кроваво-красная надпись перекрыла всё:
[ВНИМАНИЕ! ТРЕВОГА!]
[На вашу планету обрушился «Ледниковый Период»!]
http://tl.rulate.ru/book/160026/10112972
Готово:
