Поезд выехал из тумана, и, как и ожидал Роланд, Монтэт больше не появлялся.
Ночью Дэвид вернулся в свое купе и нашел трех слуг, которые дрожали в шкафах целый день.
— Я голоден. Зои, Йии, помогите мне приготовить ужин.
Служанки, взяв себя в руки, покорно отправились выполнять приказ.
Интересно, что в купе Дэвида находилось не только три человека.
Вероника, охотница, сидевшая в углу и тихо плакавшая, одновременно испытала облегчение и замешательство, когда Дэвид вошел.
Повар в поезде был убит Монтэтом. Дэвид, измученный Пожирателем, наконец-то смог сесть за обеденный стол, заботливо накрытый близняшками.
Он заставил едой весь стол и быстро, безумно набивал ею рот.
Вероника, сидевшая напротив, с ужасом смотрела на то, как Дэвид, напрочь забыв о благородных манерах, поглощал пищу. У неё самой не было аппетита.
— Простите за прямоту, госпожа Вероника, но почему вы решили стать охотником?
Почти утолив голод, Дэвид, наконец, нашел в себе силы поговорить с охотницей.
«Нет, на самом деле, его взгляд не отрывался от разных частей её тела, и только сейчас он посмотрел ей прямо в глаза».
Он заметил утром, что Вероника была единственным охотником, не бросившимся в бой с Монтэтом. Поэтому она осталась единственной выжившей из всей команды охотников в поезде.
Он не осуждал девушку, ему было просто любопытно: если она не может смотреть Тьме в лицо, зачем выбрала этот путь, который требует постоянного противостояния ей?
Вероника выглядела смущенной. Поколебавшись, она опустила голову и сказала: — Моя родина была уничтожена Тёмными существами. Мои родители погибли в их когтях, а мои братья и сестры были сожраны монстрами… В конце меня спас охотник, поэтому…
— Поэтому вы стали охотником? — Дэвид, запихивая в рот кусок мяса, продолжил за неё.
Вероника молча кивнула.
Учитывая два предыдущих раза, Дэвид спас её уже трижды. Она не могла говорить о своем желании стать охотником в его присутствии.
Она была всего лишь неудачницей.
— Вы станете успешным охотником.
Дэвид неожиданно сказал прямо противоположное, что удивило Веронику.
— По крайней мере, вы выжили, не так ли?
Юный аристократ продолжал есть и говорить одновременно, и было удивительно, как ему удавалось сохранять чёткую речь.
— Выживший охотник — хороший охотник… Ваш товарищ? Он жив? — Дэвид спросил о Мукене.
Вероника слегка кивнула.
Судя по её выражению, даже если Мукен был жив, его состояние было не из лучших.
Дэвид пожал плечами: — Храбрость, бесстрашие — это редкие качества, но еще реже — способность использовать эти качества, чтобы выжить. Знать, когда наступать, а когда отступать. В этом базовом суждении вы поступили правильно.
«Он меня утешает?»
Взгляд Вероники дрогнул.
— Могу я спросить, что это был за ритуал, который сделал вас Сверхъестественной? — спросил Дэвид с любопытством.
Охотница вздрогнула и тихо ответила: — Это был… Ритуал Судьбы.
Дэвид отложил нож и вилку и улыбнулся: — Видите? Судьба вам благоволит.
…
Ночью, у железнодорожных путей, маленький городок был объят пламенем. Из огненного ада доносились крики и мольбы о помощи.
Из деревни вышел высокий охотник. За его спиной осталась лишь кровавая резня.
Огонь осветил его изможденное, покрытое морщинами лицо под старой охотничьей шляпой. Он улыбался как одержимый.
— Нашел… Наконец-то нашел… Доченька, подожди меня. Я тебя спасу…
Охотник держал в руках камень, который излучал красно-синее сияние. Он что-то бормотал, глядя на него, и направился на Юг.
Мертвая Тюрьма отняла у него слишком много сил, и он слишком долго избегал смерти. Но теперь никто не сможет его остановить…
…
Поезд продолжал двигаться из отдаленного южного приграничья на Север. В последующие дни Принц Роланд не появлялся. Дэвид получал информацию о своих дальнейших планах только через гонца Принца.
По мере приближения к столице пейзаж за окном менялся.
На широких равнинах и пустошах появились бесконечные пшеничные поля и пышные фермы.
Приближаясь к каждому городу, Дэвид видел множество алхимических заводов. Из их труб поднимался легкий дым, который в небе сгущался в плотные слои облаков.
Чем ближе к столице, тем реже можно было увидеть ясное небо. Города, в которых они останавливались для пополнения припасов, становились всё более и более процветающими. У Дэвида возникло ощущение, будто он вернулся в эпоху Промышленной революции своего прошлого мира.
В Империи Голиаф развитие цивилизации было похоже на его прошлый мир, что породило множество современных атрибутов.
Почти через месяц беспрепятственного пути они, наконец, въехали в пределы столицы.
У Имперского Города Голиафа не было крепостных стен. Когда поезд пересек Львиную Реку по железному мосту, «жемчужина» Севера открылась перед глазами Дэвида.
Это была тусклая жемчужина. Небо было затянуто черными тучами, а на более светлом горизонте виднелись многочисленные дымящие трубы.
По Львиной Реке плавало бесчисленное количество пароходов. Порт был переполнен людьми.
На широких городских улицах сновали конные повозки и небольшие, похожие на механические, паровые автомобили. Вдоль улиц тянулись ряды домов с остроконечными крышами, высокими башнями с часами.
Жилые дома, магазины, мастерские тянулись до самого горизонта, очерчивая контуры огромного города. В нём уже угадывались черты современного мегаполиса из его прошлой жизни, что вызвало у Дэвида чувство ностальгии.
Железнодорожный маршрут проходил по границе города и полей. Переехав реку, личный экспресс Принца повернул в сторону пригорода.
Дэвид не должен был ехать с Роландом до конечной станции. Согласно приказу Принца, он должен был сойти на станции в Южном Квартале Церкви.
Гонец Четвертого Принца прибыл в столицу раньше. По его указанию, Дэвид должен был сразу вступить в Церковь Света и стать Охотником Церкви.
Но перед этим, для Дэвида была проведена короткая церемония награждения.
Красный придворный посланник, сопровождаемый ротой церемониальных гвардейцев, встретил Дэвида Франка со всеми почестями Имперского Двора.
На станции были только Дэвид и его три слуги. Других зрителей не было.
После короткой речи посланник вручил Дэвиду серебряную медаль.
На чисто серебряной медали был выгравирован расправивший крылья серебряный дракон, символ высшей почести, пожалованной Императорской семьей.
Медаль Серебряного Дракона.
За последние шестьдесят лет в Империи Голиаф Дэвид был единственным, кто получил эту медаль, и награждение было лично одобрено стареющим Императором Теймуром Обриеном Голиафом.
Такой чести он удостоился за героическое спасение Четвертого Принца Роланда в поезде.
Самое важное, что Дэвид не был ни охотником, ни членом Королевской Гвардии. Он был всего лишь сыном обычного пограничного аристократа.
Конечно, за этой медалью стояло желание Принца Роланда, которая прокладывала Дэвиду путь к центру Империи.
Дэвид осмотрел медаль. Он заметил, что дракон на ней был «половиной» герба Императорской семьи.
На гербе Императорской семьи Голиаф были изображены лев, дракон и скрещенные меч с пистолетом. Он видел в кабинете отца несколько наградных медалей, и на них в основном был изображен лев… Это говорило о том, что Медаль Серебряного Дракона действительно очень редка.
— Интересно, сколько за неё можно выручить, если продать?
В этот момент и Дэвид, и его слуга Дог думали об одном и том же.
Спрятав медаль, Дэвид и слуги сели в экипаж, который должен был отвезти его в штаб-квартиру Церкви Света в Южном Квартале.
Элегантные старинные здания с остроконечными крышами по обе стороны улицы поражали Дэвида. Их замысловатые орнаменты, сочетавшие символы Солнца и точную механику шестеренок, создавали уникальный архитектурный стиль.
У Дэвида появилось ощущение, что, приехав в столицу, он впервые увидел этот мир по-настоящему, словно деревенский аристократ, впервые попавший в большой город.
«Ах да, я ведь и есть деревенский аристократ…»
http://tl.rulate.ru/book/159648/10013055
Готово:
