Глава 84. Камень, ножницы, бумага
Дни, когда Лин Тянь посещал школу, были праздником для женской половины и сущим адом для мужской. А уж в день оглашения результатов экзаменов страдания парней достигли своего апогея. Время тянулось для них подобно густой смоле, в то время как девушки жаловались, что часы пролетают слишком быстро.
Вечер того же дня. Глухой переулок неподалеку от школы.
— Не подходите! Я полицию вызову!
— Помогите! Кто-нибудь!
Несколько школьниц, вжавшись в высокую кирпичную стену, с ужасом смотрели на четверых парней, преградивших им путь. Преследователям было на вид лет по двадцать, и их физиономии не оставляли сомнений в роде их занятий.
На угрозы девушек они лишь издевательски гоготали.
— Кричите-кричите, красавицы! — ухмыльнулся один, обдавая их перегаром. — Хоть глотки сорвите, в этой дыре вас никто не услышит.
— Я услышал, — раздался спокойный, чуть ленивый голос за их спинами.
Девушки, замершие в тупике, мгновенно преобразились. Страх в их глазах сменился восторгом и надеждой.
— Гэгэ! — радостно вскрикнули они хором.
Четверо хулиганов резко обернулись. Позади них, непринужденно скрестив руки на груди, стоял удивительно красивый парень. На его губах играла едва заметная, почти вежливая улыбка.
Воспользовавшись замешательством бандитов, школьницы юркнули мимо них и спрятались за широкую спину своего спасителя.
— Лин Тянь-гэгэ, эти мерзавцы хотели нас обидеть! — запричитали они, впрочем, чувствуя себя теперь в полной безопасности.
Один из хулиганов, не тратя времени на разговоры, с ревом кинулся на Лин Тяня, занося кулак для удара. Лин Тянь встретил его коротким левым хуком, а затем, изящно крутанувшись на пятке, впечатал подошву в лицо наглеца.
Бедолага, описав в воздухе бесславную дугу, с грохотом рухнул прямиком в мусорный контейнер. Крышка бака, словно ставя точку в этом коротком споре, со звонким клац захлопнулась за ним.
Трое оставшихся замерли, глядя на поглотивший их товарища бак. Они синхронно сглотнули.
— Ты… ты кто такой?! — выдохнул один из них, чувствуя, как поджилки начинают предательски дрожать.
Девушки за спиной Лин Тяня не упустили шанса вставить свое слово.
— Это наш самый крутой и самый любимый Лин Тянь-гэгэ! — гордо провозгласили они.
Услышав имя, парень, задавший вопрос, побледнел как полотно. Его челюсть медленно отвисла.
— Лин Тянь?! — взвизгнул он. — Сматываемся!
Он рванул было прочь, но тут же с разгону врезался в кирпичную стену — тупик был абсолютным. Двое других тоже заметались, но выхода не было.
Лин Тянь сделал спокойный шаг вперед.
— Не подходи! — в один голос завопили хулиганы. — Не подходи, а то мы кричать будем!
Сказав это, они замерли, осознав, насколько жалко и знакомо прозвучала эта фраза.
Хотя эти четверо (включая того, кто сейчас отдыхал среди пищевых отходов) никогда не видели Лин Тяня в лицо, его слава шла далеко впереди него. Это было имя человека, с которым лучше не пересекаться в темном переулке. Если бы тот «космонавт» в баке знал, на кого прыгает, он бы трижды подумал, прежде чем сжимать кулаки. Но возможности раскаяться у него уже не было.
Оставшаяся троица переглянулась.
— Может, извинимся? — шепнул один.
— Ты с дуба рухнул? — огрызнулся второй. — Как мы потом в районе показываться будем, если перед школьником на колени встанем?
— Верно, — кивнул третий. — Будем драться.
Они выпрямились и, стараясь придать себе грозный вид, выудили из карманов складные ножи. Однако нападать никто не спешил.
Всем было известно: когда толпа идет на Лин Тяня, первому доставшемуся достается больше всех. Второй получает чуть меньше, но тоже уходит в глубокий минус. Никто не хотел быть «первым номером».
Взгляд одного из них упал на зеленый мусорный бак. Их было четверо. Теперь трое. Где четвертый? Правильно, в баке. Первый доброволец уже определился.
Но кто будет вторым? Никто не желал брать на себя роль следующей жертвы. Посовещавшись пару секунд, они пришли к единственному справедливому решению.
Они встали в круг и начали… играть в «Камень, ножницы, бумага».
Лин Тянь, повидавший немало драк и разборок, на мгновение лишился дара речи. Такого «тактического хода» он не встречал ни разу в своей практике. Это было за гранью здравого смысла.
Троица одновременно выбросила руки. Результат был мгновенным.
Двое показали «ножницы», один — «бумагу».
Победители расплылись в радостных улыбках, а проигравший выглядел так, будто ему только что зачитали смертный приговор.
— Ты проиграл! — прикрикнули на него товарищи. — Твоя очередь идти вторым! Давай, не тяни резину!
Несчастный «номер два» смерил Лин Тяня взглядом, в котором читался экзистенциальный ужас. Он крепче сжал нож, сглотнул ком в горле и сделал крошечный шажок вперед. Затем еще один.
Дрожащей рукой он направил лезвие в сторону Лин Тяня и, едва не плача, выдавил из себя:
— Слушай… а можно только по лицу не бить, а?
http://tl.rulate.ru/book/159595/10096787
Готово:
