Глава 34. Неужели это и есть твоя уверенность?
Через несколько минут, позади Мужчины со шрамом неторопливо подтянулась дюжина людей.
Лин Тянь взглянул, пересчитал – около пятнадцати.
Вот оно что – позвал подмогу. Неудивительно, что Меченый так быстро преобразился, из робкого труса в самодовольного уверенного в себе воина.
Увидев прибытие новых людей, Цзы Янь сильно занервничала, сердце её бешено колотилось, и она невольно сжала руку Линь Тяня.
Как Лин Тянь сможет в одиночку справиться с таким количеством противников? Как говорится, одному трудно устоять против четверых.
В настоящий момент перед ними стояло около двадцати человек.
Лин Тянь усмехнулся: «Итак, вот в чём твоя сила? Я думал, что заставляет тебя так внезапно поверить в себя?»
Сейчас Меченый был полон уверенности, даже больше, чем при первой встрече с Лин Тянем.
Мужчина со шрамом протянул палец вперёд и указал, в его глазах плескалось презрение: «Лин Тянь, не зазнавайся. Нас здесь двадцать человек».
— Ты же хвастался, что сможешь справиться с пятнадцатью? Посмотрим, как ты теперь выкрутишься.
В его голосе звучало нескрываемое торжество, и он слегка наклонил голову в сторону.
Приспешники Меченого тоже разразились громким смехом, предвкушая, как Лин Тянь, опустившись на колени, будет умолять о пощаде, выкрикивая слова Покорения.
Лин Тянь почесал за ухом и небрежно произнёс: «Если честно, вам с вашими подельниками стоило бы заняться эстрадой, а не этим. Безумно талантливые лицедеи».
Меченый нахмурился, не понимая, что имеет в виду Лин Тянь.
Спросил: «Что это значит?»
Лин Тянь вздохнул: «Эх… недостаток образования – это, знаете ли, недостаток. Я уже говорил, учитесь лучше. А вы – нет».
«И вот, в итоге, не понимаете даже того, что я говорю».
Затем Лин Тянь слегка склонил голову, сделал паузу и небрежно бросил: «Факультет авторемонта есть факультет авторемонта».
Меченый взбесился. Лин Тянь так же унизительно насмехался над ним в прошлый раз, а потом ещё и отмудохал.
Затем он поднял руку, указал на Лин Тяня и прорычал: «Этого парня поймать живым!»
После этого раздались душераздирающие крики, эхом прокатившиеся по обычно тихой улице.
Через три минуты Меченый и его приспешники беспорядочно валялись перед Лин Тянем, каждый стонал и жаловался на жестокое избиение.
Больше всех кричал Меченый, не переставая выкрикивать: «Хватит! Хватит! Очень больно!»
Лин Тянь подошёл и шлёпнул Меченого по голове, усмехнувшись: «Вот вы идиоты. Я сказал, что могу одного справиться с пятнадцатью, и вы поверили?».
Меченый взмолился: «Хватит! Хватит! Больше не буду!»
Услышав слова Лин Тяня, он наконец понял, что Лин Тянь не просто может сразиться с пятнадцатью, он может победить пятнадцать противников, когда их действительно пятнадцать.
И если бы их было сто пятьдесят, то Лин Тянь сразился бы со ста пятьюдесятью.
Как сейчас, двадцать человек – все повержены, с синяками под глазами и кровоподтёками, лежат на земле и вопят.
Посмотрев на Меченого, Лин Тянь снова шлёпнул его и сказал: «У тебя неплохая физическая форма, выдержал столько ударов и ещё можешь говорить. Значительно лучше своих подельников, которые просто лежат на земле и кричат».
Меченый, представляя себе, что имел в виду Лин Тянь – то, что в прошлый раз заставил его петь, а теперь говорит что-то подобное, уверен, что в этом есть скрытый смысл.
Затем он крикнул своим приспешникам: «Быстро! Пойте Покорение! Все вы, ТМ (зачёркнутое оскорбление), пойте Покорение для дедушки Линя!»
Вскоре приспешники Меченого начали петь.
Но после такой жестокой взбучки пели они, либо фальшиво, либо безжизненно.
Меченый тоже присоединился к пению, вспоминая, как в прошлый раз один из его приспешников поступил…
Затем он пополз к ногам Лин Тяня, лизнул его ботинок и начал петь.
Единственной мыслью Меченого было – хорошенько вылизать ботинки Лин Тяня, стать верным псом и вылизать его до восторженного состояния, чтобы больше не получать таких жестоких взбучек.
После каждой строчки он облизывал ботинок.
Приспешники Меченого, увидев поведение своего босса, поспешили заползти к ногам Лин Тяня и, как подражатели, начали с усердием вылизывать их.
Пыль на ботинках Лин Тяня быстро исчезла. Они ещё и протёрли их своей одеждой.
Лин Тянь потряс ногой: «Хватит, хватит. Продолжайте петь Покорение. Я хочу поспать».
Лин Тянь взял Цзы Янь за руку и покинул это место.
Проводя взглядом уходящую спину Лин Тяня, Меченый, лёжа на земле, поднял руку и помахал: «Дедушка Лин, счастливого пути».
Когда фигура Лин Тяня полностью исчезла из виду, Меченый с трудом поднялся с земли.
Затем он со всей силы ударил того приспешника, который позвонил за подкреплением.
Разгневанно прорычал: «Это всё ты! Зачем звал этих людей? Всё могло обойтись простым исполнением Покорения! Из-за тебя я снова получил взбучку от дедушки Линя!»
— Бегом, бейте его!
И снова над улицей раздались душераздирающие крики.
Меченый был в ярости из-за этого приспешника. Всё шло хорошо, стоило просто опуститься на колени и спеть Покорение, тогда всё бы закончилось миром. Лин Тянь бы остался доволен, и он не получил бы эту пытку.
А его приспешник призвал подкрепление, создав у него иллюзию, что он может противостоять Лин Тяню.
В итоге Лин Тянь преподал ему суровый урок. Цена этого урока была болезненной – старые раны не успели зажить, как появились новые.
Этот приспешник тоже был в отчаянии. Он всего лишь отвечал за вызов людей, сам кричал «смерть Лин Тяню», а теперь виноват он.
Цзы Янь крепко обнимала плюшевого мишку, сжимая руку Лин Тяня, то желая отпустить, то не желая.
Так они дошли до порога дома. Всю дорогу щеки Цзы Янь пылали румянцем.
Постояв немного у двери, они переглянулись. Цзы Янь посмотрела в глаза Лин Тяню и робко сказала: «Лин Тянь, спасибо за подарок».
Затем она приблизила лицо к Лин Тяню и легко коснулась его щеки губами, нежным, как прикосновение крыла бабочки. И быстро открыла дверь и вбежала внутрь.
И со стуком захлопнула дверь за собой.
Цзы Янь обняла плюшевого мишку, прислонившись к двери. Её нежная, гладкая кожа пылала красным, как спелое яблоко, и этот румянец распространился на белоснежную шею.
Румянец на её лице горел и пульсировал.
Лин Тянь коснулся рукой щеки, к которой прикоснулись губы Цзы Янь. Она была немного влажной, он улыбнулся и прошептал: «Это подарок от Цзы Янь сегодня?»
Затем Лин Тянь покинул это место.
Стоя в комнате, прислонившись к двери, Цзы Янь несколько минут не могла оправиться от шока. Лишь постепенно румянец на её лице начал утихать.
Но если присмотреться, можно было заметить ту самую смущённую розовинку.
Цзы Янь обняла плюшевого мишку и зашла в гостиную. Там она увидела огромную кучу товаров, сложенную в небольшой холм. А рядом стояло четыре двухметровых, белоснежных плюшевых мишки.
http://tl.rulate.ru/book/159595/10096226
Готово:
