Готовый перевод An evil stepmother, an exiled general, and three children / Злая мачеха, ссыльный генерал и трое детей: Глава 34. Два здоровых мужика, а дрожите как осиновые листы？

Цзян Нюаньчжи вернулась домой, когда солнце уже скрылось за горизонтом, а небо окрасилось в тревожные багрово-фиолетовые тона угасающего заката.

Ещё издали она заметила маленькую фигурку у ворот. Ли Сяоэр, с лицом, полным недетской тревоги, вглядывался в сумерки. Заметив её, он тут же сорвался с места и, припадая на больную ногу, поспешил навстречу.

— А-Нюань, ты вернулась! — выдохнул он с облегчением.

Его глаза лихорадочно блестели от беспокойства.

— Те тринадцать вэнь, что я давал... Почему ты их не взяла?

Мальчик терзался этим вопросом весь день, боясь, что она ушла в город без гроша в кармане и осталась голодной.

Однако, увидев, как она снимает с седла две тяжёлые, набитые доверху корзины, его глаза округлились до размеров блюдец.

— Так много вещей? — ахнул он. — Ты потратила все деньги? А сама-то поела?

— Наелась до отвала, — рассмеялась Цзян Нюаньчжи.

Она достала из-за пазухи увесистый мешочек с серебром и вложила его в маленькую ладошку пасынка.

— Держи. Здесь четыре ляна серебра. Будешь моим казначеем, спрячь их в надёжное место.

Ли Сяоэр, ощутив тяжесть серебра, остолбенел. Он переводил растерянный взгляд с денег на мачеху и обратно.

— А-Нюань... ты... что ты сделала?

— Ограбила кого-то? — подмигнула она и тут же ласково взъерошила его волосы. — Шучу. Часть из этого — плата за лечение пациентов. А остальное мне подарили два дурачка, которые просто умоляли взять их деньги.

— А? — рот мальчика приоткрылся в изумлении.

— И это ещё не всё, — заговорщицким тоном добавила она. — Сейчас я пойду и заработаю для тебя ещё два ляна.

Ли Сяоэр окончательно впал в ступор. Ему потребовалось немало времени, чтобы переварить услышанное. Когда дар речи вернулся к нему, на лице появилось выражение глубочайшего восхищения.

— Ты такая невероятная... Раньше, даже когда папа приносил с охоты целого кабана, он не зарабатывал столько за один раз.

— Это потому, что у меня есть ремесло, которое кормит, — назидательно произнесла Цзян Нюаньчжи.

Ли Сяоэр крепко сжал серебро в кулачке, посмотрел на неё с решимостью и твёрдо заявил:

— Я тоже хочу научиться такому ремеслу, как у тебя, А-Нюань.

Цзян Нюаньчжи улыбнулась, вспомнив, что в будущем этот мальчик должен стать наследником призрачного лекаря, чьё имя будет греметь на весь мир.

— Хорошо. Если ты действительно хочешь, я буду понемногу учить тебя.

— И я смогу зарабатывать так же много серебра?

— Конечно. И даже больше. Ты сможешь сам лечить раны своего отца, и нам не придётся просить помощи у посторонних.

Глаза Ли Сяоэра засияли, как звёзды.

— Договорились!

— Кстати, — спросила она, — твой отец ещё не очнулся?

Мальчик покачал головой:

— Нет, всё ещё спит.

— А где брат и сестра?

— Сестрёнка охраняет папу, наверное, уже уснула рядом. А старший брат ушёл за хворостом и пока не возвращался.

Цзян Нюаньчжи кивнула и прошла в дом. Осмотрев Ли Жуна и проверив его пульс, она слегка нахмурилась.

— Странно. По всем признакам он уже должен был прийти в себя.

Ли Сяоэр мгновенно напрягся, его лицо побелело:

— А-Нюань... Папа в опасности?

— Не паникуй, — успокоила она его. — Ничего критичного. Если он поспит ещё немного, это ему не повредит. Посмотрим завтра утром.

Не теряя времени, она собрала небольшой набор: лечебные травы, флакон с маслом от ушибов, который оставил Лекарь Лю, иглы, нитки и крепкое вино.

— Сяоэр, наполни большой котёл водой и разводи огонь, — распорядилась она перед уходом. — Когда я вернусь, устроим большую стирку.

Она попала в этот мир несколько дней назад, но до сих пор не имела возможности нормально помыться. Теперь, когда быт немного наладился, а погода стала теплее, она мечтала отмыть и себя, и чумазых детей.

С этими мыслями она снова вскочила на Ли Сяоли и выехала со двора.

• • •

Когда Цзян Нюаньчжи добралась до места аварии, картина немного изменилась. Се Лянчэнь, опираясь на плечо слуги, уже стоял на ногах и пытался крошечными, шаркающими шажками двигаться в сторону деревни.

Заметив силуэт всадника в сумерках, Афу радостно замахал руками:

— Эй! Цзян Жирная Девчонка! Мы здесь!

Он обернулся к хозяину, сияя от счастья:

— Молодой господин, какое счастье! Она нас не обманула, она действительно вернулась!

Даже на измученном лице Се Лянчэня промелькнуло облегчение.

Однако, когда всадница приблизилась, и они увидели, что она одна, их лица вытянулись и потемнели, став похожими на грозовые тучи.

— Цзян Жирная Девчонка! — взвизгнул Афу, обегая лошадь кругом и заглядывая за спину Цзян Нюаньчжи. — А где врач?! Почему ты одна? Ты что, издеваешься?!

Цзян Нюаньчжи спокойно спешилась и развела руками:

— Разве я вам не говорила? Я — ветеринар.

— Ты... ты водила нас за нос! — прорычал Се Лянчэнь.

В его глазах полыхал огонь ярости. Здоровой рукой он сжимал кулак так, что ногти впивались в ладонь. Казалось, будь у него силы, он разорвал бы её на куски прямо здесь.

— Тц, молодой господин, зачем же так кипятиться? Вредно для печени, — цокнула языком Цзян Нюаньчжи. — Я же честно сказала: я ветеринар. Меня зовут Цзян Нюаньчжи. Вы искали лекаря Цзян? Это я. Гарантия подлинности сто процентов.

Она видела их недоверие, граничащее с бешенством.

— Не верите? Ну, смотрите.

Не обращая внимания на их испепеляющие взгляды, она достала из сумки бумажный свёрток с измельчёнными травами и подошла к лежащему коню.

На самом деле, приступ у животного прошёл ещё до её отъезда, но слабость осталась. Цзян Нюаньчжи скормила коню лекарство, дала напиться воды, а затем, используя профессиональные приёмы, заставила его подняться.

Она немного поводила коня по кругу, разминая затёкшие мышцы. Спустя несколько минут животное, хоть и дышало тяжело, уже уверенно стояло на ногах. Дрожь в коленях унялась.

Конь, чувствуя облегчение, благодарно ткнулся мордой в ладонь своей спасительницы.

Цзян Нюаньчжи ласково погладила его по носу, давая время окончательно прийти в себя, и только потом повернулась к застывшим зрителям.

— Ну как? Теперь верите?

В глазах Се Лянчэня читалось изумление, смешанное с подозрением.

— Допустим, лошадь в порядке, — холодно процедил он. — А что насчёт меня?

— Да-да! — поддакнул Афу, прячась за спину хозяина. — Что с молодым господином?

— Я вылечу, — коротко бросила Цзян Нюаньчжи и шагнула к ним.

Реакция была мгновенной. Афу в ужасе отшатнулся, потянув за собой Се Лянчэня. Тот, потеряв равновесие на больной ноге, едва не рухнул в пыль.

Цзян Нюаньчжи закатила глаза к небу.

— Вы, два здоровых мужика, чего шарахаетесь? Дрожите как осиновые листы! Я всего лишь слабая женщина, что я могу вам сделать? Съесть?

— Чушь собачья! — взвизгнул Афу, вытягивая шею из-за плеча хозяина. — Если ты слабая женщина, то я — прекрасная дева в беде!

— ...М-да, — только и смогла выдать Цзян Нюаньчжи. — Ладно, к делу. Уговор был такой: два ляна за лечение. Если не смогу вылечить человека, возьму деньги только за лошадь. Ну что, рискнёте?

Се Лянчэнь поджал губы и, не сказав ни слова, попытался ковылять вперёд, всем своим видом показывая, что намерен дойти пешком.

— Господин, осторожнее! — запричитал Афу. — Может, я всё-таки сбегаю в город за врачом?

— Валяйте, идите в город, — равнодушно бросила ему в спину Цзян Нюаньчжи. — Если захотите арендовать мою лошадь, так и быть, сделаю скидку — всего два ляна.

— Ты просто помешалась на деньгах! — рявкнул Афу.

— Эй, вы правда не дадите мне попробовать? — продолжила она, не теряя терпения. — Мои услуги стоят всего два ляна за всё про всё. Это куда дешевле, чем визит городского лекаря, плюс аренда повозки. Экономия налицо.

— Цзян Жирная Девчонка! Даже не думай снова выманивать у господина серебро! Я этого не допущу! — встал в позу верный слуга.

Цзян Нюаньчжи насмешливо приподняла бровь, глядя прямо в глаза Се Лянчэню:

— Эй, Второй Молодой Господин, неужели испугался? Струсил?

• • •

Четверть часа спустя.

Се Лянчэнь лежал на земле, глядя в темнеющее небо. Афу, пыхтя от усердия, прижимал его правое бедро к земле, чтобы он не дёргался.

А Цзян Нюаньчжи сидела на корточках слева от него. Она полуобнимала, полуподдерживала его левую ногу, согнув её под углом девяносто градусов. Её лицо было совсем близко к его бедру.

— Обязательно... обязательно делать это именно так? — выдавил из себя Се Лянчэнь.

Он готов был сгореть со стыда. Лежать на земле, будучи прижатым женщиной, которая бесцеремонно обнимает его ногу... Это было вопиющим нарушением всех норм приличия.

— Угу, — невозмутимо ответила Цзян Нюаньчжи, прощупывая сустав. — У тебя вывих левого бедра. К счастью, кости целы. Я вправлю сустав, и ты сможешь ходить.

Се Лянчэнь встретился с её спокойным, сосредоточенным взглядом и на мгновение замер.

Затем краска стыда залила его лицо ещё гуще. Она держит его за бедро, находится в такой двусмысленной позе и при этом говорит о лечении так спокойно, словно обсуждает погоду! Как у неё совести хватает?!

— Эй, ты точно знаешь, что делаешь? — нервно спросил Афу.

— Если ты будешь держать крепко, всё получится, — отрезала она.

Вдруг она подняла голову и, глядя на Се Лянчэня с лукавой улыбкой, неожиданно спросила:

— Слушай, а Афу красивый?

Се Лянчэнь опешил. Он рефлекторно повернул голову, чтобы посмотреть на своего слугу, и нахмурился, пытаясь понять смысл вопроса.

В эту самую секунду Цзян Нюаньчжи резко, с силой потянула его колено вверх и одновременно провернула голень.

Раздался громкий, сухой щелчок.

КР-РАК!

Не давая ему опомниться, она плавно опустила его ногу на землю, выпрямляя её.

— Попробуй пошевелить.

Се Лянчэнь лежал, моргая, всё ещё переваривая произошедшее. Боль, которая мучила его последние часы, исчезла, сменившись тупой ноющей усталостью мышц.

Он осторожно пошевелил ногой, согнул колено, разогнул.

Его глаза расширились от шока.

— Двигается?

http://tl.rulate.ru/book/159348/9971420