Лица сотрудников рекламного агентства, включая самого тимлида, вытянулись от изумления.
Что за бред он несет?
Рамэн, щедро сдобренный грибами Хванби, всего за тысячу вон?
Да такую порцию нужно продавать минимум на десять тысяч дороже, чтобы просто выйти в ноль.
С таким ценником они будут терять по десять тысяч вон на каждой проданной чашке. Это же чистой воды самоубийство.
Тимлид прокашлялся, отчаянно пытаясь найти в словах клиента хоть каплю здравого смысла. Ему нужно было продумать стратегию консультации наперед, чтобы потом, когда реклама обернется катастрофой, к агентству не возникло претензий.
Репутация перед клиентом – это святое.
— Прошу прощения, — начал он осторожно, — но если вы планируете захватить рынок за счет демпинга и огромных объемов, а потом резко поднять цену, я бы настоятельно советовал вам этого не делать.
Типичная ошибка новичков в бизнесе.
Выйти на рынок с уникальным продуктом, терпеть колоссальные убытки ради доли рынка, а потом надеяться, что покупатель согласится платить реальную цену.
Идея сама по себе не нова, но в данном случае она абсолютно нереалистична.
— Если рамэн, который стоил тысячу вон, внезапно подорожает до десяти тысяч, потребители просто отвернутся от вас. Даже если поднимать цену постепенно, в какой-то момент будет пройден порог психологического сопротивления, и люди уйдут, — пояснил тимлид.
— Совершенно верно, — поддакнул один из сотрудников. — Корейцы не едят рамэн с Золотым Шелковистым Зонтичным Грибом не потому, что это невкусно. Просто это слишком дорогое удовольствие.
— Да, коллега прав. Лично я, когда покупаю такие грибы, добавляю их в праздничное жаркое по особому случаю. В рамэн их класть никому и в голову не придет.
— Ха-ха, я один раз так сделал, — вставил другой, — когда выиграл в лотерею по третьему разряду. Вот тогда насыпал от души.
Сотрудники агентства один за другим приводили доводы, опираясь на логику рынка.
Все они думали об одном и том же.
«Хотят захватить рынок ценой огромных потерь, а потом нажиться. Ничего у них не выйдет».
Иначе зачем еще ставить цену в тысячу вон?
— Я внимательно вас выслушал, — наконец заговорил Ха Су Ён, до этого хранивший молчание. — Искренне благодарю за советы, которые выходят далеко за рамки рекламного брифа. Сразу видно, что вы глубоко понимаете суть бизнеса. Ваше агентство не зря считается лучшим в этой сфере.
Тимлид посмотрел на него с любопытством.
Сначала он принял его за обычного подчиненного Чон Сон Рёля, но сейчас в его манере держаться чувствовалась уверенность полноправного партнера.
— Наша компания не обладает безграничным капиталом, — продолжил Су Ён. — Начальный фонд составляет всего шестнадцать с половиной миллиардов вон.
— Всего… шестнадцать с половиной миллиардов? — Поперхнулся тимлид. — Но это же огромная сумма!
— Для Чхондам-дона это сущие гроши. На такие деньги там даже приличный десятиэтажный бизнес-центр не купишь.
Рекламщики переглянулись в замешательстве.
Говорить о шестнадцати миллиардах как о карманных расходах… Конечно, работая с крупными корпорациями, они слышали о сотнях миллиардов, но для стартапа такая сумма была более чем внушительной.
— Если мы будем терять по десять тысяч на каждой порции, деньги закончатся мгновенно, — рассуждал Су Ён. — Мы не успеем продать и миллиона упаковок, как касса опустеет. А разве можно захватить рынок, продав всего миллион пачек рамэна?
— Мы тоже это понимаем, — пробормотал кто-то из сотрудников.
— Простите, если наше замечание показалось неуместным.
— Вовсе нет, я не это имел в виду. Так или иначе, мы будем продавать рамэн по тысяче вон и повышать цену не планируем. Ну, за исключением естественной инфляции, тут уж ничего не поделаешь.
Су Ён сцепил пальцы в замок и по очереди обвел взглядом всех присутствующих.
— Так что не беспокойтесь об этом. Просто сделайте лучшую рекламу в мире. Чтобы у любого, кто ее увидит, слюнки потекли. Ах да, и на роль моделей возьмите обязательно красивых актеров.
— Есть какая-то конкретная причина? — Уточнил тимлид.
— Просто когда видишь, с каким аппетитом едят красивые люди, самому становится приятно. Это же базовый человеческий инстинкт.
С этим было трудно спорить. Парень зрел в самый корень.
Тимлид начал догадываться, что этот молодой человек куда серьезнее, чем кажется на первый взгляд. И он заметил еще кое-что: опытный директор Чон в какой-то момент просто замолчал и стал наблюдать со стороны.
«Неужели главный здесь – этот юноша?»
Наметанный глаз профессионала, привыкшего читать людей, подсказывал, что так оно и есть.
— Кстати, мне нравится Чанг Хё Джу, — добавил Су Ён.
— Хё Джу? Но ее гонорары заоблачные… — засомневался тимлид.
— К тому же она принципиально не снимается в рекламе еды. Это не вяжется с ее утонченным образом.
Чанг Хё Джу. Актриса мирового уровня, гордость Республики Корея.
Ее лицо украшало рекламу элитной косметики и ювелирных изделий, подчеркивая ее аристократизм.
— И все же попробуйте договориться. Я хочу видеть именно ее.
— Директор Ха, у вас с ней какие-то личные счеты или особые отношения? — Вклинился Чон Сон Рёль.
— С чего бы? Она даже не знает, кто я такой. Просто я ее преданный фанат.
— Ох, значит, решение продиктовано личными симпатиями, — пошутил Сон Рёль, и по рядам сотрудников пробежал негромкий смешок.
Искренность Су Ёна разрядила обстановку.
— А еще она похожа на мою бывшую девушку. И лицом, и именем.
— О, ваша бывшая, должно быть, была невероятной красавицей.
— Из всех моих пассий она была самой эффектной.
— Ну и ну, директор Ха, да вы, оказывается, были тем еще ловеласом! — Хохотнул Сон Рёль. — Почему же сейчас вы один?
— Я теперь убежденный холостяк. В общем, постарайтесь заполучить Чанг Хё Джу. Если не выйдет – что ж, так тому и быть. Но обязательно передайте ей, что заказчик – ее молодой и симпатичный фанат. Вдруг сработает?
— Мы сделаем все возможное, но обещать ничего не можем, — резюмировал тимлид.
— Да, буду признателен.
Партнеры вышли из офиса после встречи. Чон Сон Рёль глубоко вздохнул, расправив плечи – первый большой шаг был сделан.
— Какая чудесная погода.
— Кажется, дождь собирается, — заметил Су Ён.
— Я про погоду у себя в душе.
— Рановато расслабляетесь. Нам еще идти и идти.
— И как далеко ты планируешь зайти?
— Для начала станем тираннозаврами на отечественном рынке продуктов питания.
— Продуктов? Не полуфабрикатов?
— Захватим рынок переработки – перейдем к сырью. Мы должны стать номером один во всем, что касается еды в этой стране.
— А потом?
— Потом – мировая экспансия. Разве это не логично после покорения дома? В бейсболе ведь тоже: сначала разносишь местную лигу, а потом едешь покорять МЛБ. Так заведено.
Сон Рёль на мгновение представил, как они диктуют условия на мировом рынке. С капиталом в шестнадцать миллиардов и компанией, у которой даже регистрация еще не завершена, это казалось несбыточной мечтой.
Но от одной этой мысли сердце радостно забилось.
— Так ты скоро скажешь, что мы и фермерством сами займемся.
— И это тоже в планах. Мы вырастем в гиганта, который оставит позади Cargill и Monsanto. В общем, все, что люди кладут себе в рот, будет проходить через наши руки.
— Грандиозные мечты.
— Это не мои мечты, — отрезал Су Ён.
Сон Рёль опешил. Он был почти растроган размахом планов, но Су Ён будто окатил его холодной водой.
— Не твои?
— Я просто обрисовал путь, по которому предстоит пройти вам, господин директор.
— …Что?
— Моя мечта осталась прежней: стать крупнейшим арендодателем в Чхондам-доне, спокойно собирать плату с жильцов и наслаждаться жизнью. С меня хватит этой головной боли с управлением компаниями.
Су Ён пожал плечами с таким видом, будто это было само собой разумеющееся.
— Поэтому я и выбрал еду. Ввяжешься в полупроводники или энергетику – и хлопот не оберешься. Всю жизнь голова будет раскалываться. Оттуда потом даже при желании не выскочишь.
Захватить рынок страны, выйти на мировой уровень, превзойти транснациональные корпорации… И все это не ради великой цели, а просто чтобы обеспечить себе безбедную пенсию?
— Послушай, парень, я для такого не гожусь. Масштаб не тот.
— Нельзя сдаваться, даже не попробовав. Я обеспечу вам тылы, так что не вздумайте трусить в самом начале. В конце концов, у нас в руках такие козыри, как гриб мацутакэ и гриб Хванби. Чего нам бояться?
При упоминании грибов Сон Рёль невольно сжал кулаки.
Действительно, один только гриб Хванби с его невероятно низкой себестоимостью мог перевернуть всю индустрию. Этот деликатес ценился во всем мире.
— Послушать тебя, так ты и в полупроводниках разбираешься? — Спросил Сон Рёль.
— Я многим интересовался. В этой жизни есть только одна вещь, которая меня совершенно не заботит.
— И что же это?
Сон Рёль и представить не мог, что ответит этот странный юноша.
— Женитьба.
— П-ха-ха! Ну ты даешь! Охо-хо-хо!
От столь неожиданного ответа Сон Рёль расхохотался во весь голос.
Су Ён лишь снова пожал плечами.
— Моя последняя пассия так меня пилила, что мне теперь от одной мысли о женщинах и браке тошно.
— И сильно она тебя донимала?
Сон Рёль усмехнулся про себя: «Тебе всего двадцать. Сколько у тебя могло быть женщин и насколько серьезно они могли тебе выносить мозг?»
— Ох, и не спрашивайте. Вечно зудела: «Иди работай, приноси больше денег». Дома покоя не было, приходилось постоянно где-то пропадать, лишь бы ее не слышать.
— Где ж ты в свои годы такую мегеру нашел? Удивительно. И что, благополучно расстались?
— Она умерла.
— А, ну тогда ладно.
— …Прости.
На лице Су Ёна не было ни тени печали. И именно это заставило Сон Рёля почувствовать всю тяжесть момента.
«Как же много он должен был пережить в столь юном возрасте, чтобы так спокойно говорить о смерти любимого человека?» – подумал он.
Но Су Ён уже снова улыбался.
— В общем, моя цель – статус лучшего домовладельца Чхондам-дона. Весь этот пищевой бизнес нужен только для того, чтобы накопить на недвижимость. Как только добьюсь своего, дела фирмы меня перестанут волновать.
— Но поставки грибов ты ведь не прекратишь?
— Разумеется. Не волнуйтесь. Копаться в земле я буду до самой смерти, просто для души. Это тоже часть моего плана.
— Будет забавно, если наш главный офис в итоге переедет в твое здание.
— Аренду буду драть по полной, — хмыкнул Су Ён. — Никаких скидок по знакомству.
— Идет. Бизнес есть бизнес.
Попрощавшись с партнером, Ха Су Ён вернулся в поселок Сорак-ып.
Работы по установке четырехметрового забора у подножия горы уже подходили к концу.
Здесь были одни главные ворота шириной шесть метров для грузовиков и десять узких проходов для персонала.
— Матушки мои… Это что же тут такое строится?
Су Ён обернулся на голос. Сзади, заложив руки за спину, стоял староста Пак Чхун Вон.
Су Ён приветливо улыбнулся.
— А, здравствуйте, уважаемый староста.
— Ты чего это тут нагородил, парень? К чему такие укрепления?
http://tl.rulate.ru/book/159260/9915770
Готово:
