Ей стало больно, когда она вспомнила, как с самого детства Дуань Линлин и Дуань Жэньцзе каждый день ели яйца, на которых семья дяди экономила, а сами не ели.
Тогда Дуань Линлин и Дуань Жэньцзе еще и каждый день хвастались перед ней, а Бай Чжэнь просто смотрела на это. От этих мыслей становилось тошно.
— У небес действительно нет глаз, раз не заставили ваши животы сгнить и не уморили вас.
Бай Чжэнь разозлилась:
— Гу Цинши, ты становишься всё более невозможной, говоришь такие гадости. Я тоже родная сестра твоего дяди, что такого, если я съем немного его мяса?
Гу Цинши холодно усмехнулась:
— Что такого? А ты его достойна?
Осмотрев весь дом Дуаней, Гу Цинши забрала всё, что предположительно прислал дядя, и то, что было не похоже, тоже унесла. За столько лет поедания продуктов дяди этого имущества не хватило бы даже на проценты.
Бай Чжэнь шла за Гу Цинши, всё еще не соглашаясь:
— Почему ты такая эгоистичная, мы брат и сестра, что такого, если мы съели немного...
— Я не хочу, чтобы вы их касались. Я лучше скормлю это собакам или кошкам, или выброшу, но не позволю вам касаться этого.
Гу Цинши сложила всё в мешок и вынесла из дома семьи Дуань. Перед тем как закрыть дверь, она в последний раз предупредила Бай Чжэнь:
— Если в будущем еще посмеешь тронуть вещи, которые дядя дал мне, я заставлю тебя поплатиться.
Все эти вещи Гу Цинши убрала в пространство, поставив их вместе со своей эмалированной кружкой. Сейчас вещей в пространстве становилось всё больше, и бамбуковая хижина всё больше становилась похожей на жилое место.
Незаметно для себя она стала считать бамбуковую хижину своим домом. А та комната в доме Дуаней была лишь местом для временного пребывания, откуда она сразу же уйдет, как только представится возможность.
***
Гу Цинши готовилась установить свой прилавок. Параллельно с приготовлениями она собиралась навестить дядю, чтобы отвезти ему овощи, выращенные в пространстве.
Она также специально нашла бутылки и наполнила их разбавленной водой из духовного источника, чтобы дать родным.
Если выпить воду из Духовного источника в чистом виде, реакция организма может быть слишком сильной, поэтому она не решилась давать её им напрямую.
Целебные свойства воды из Духовного источника — это секрет; лучше всего, если их организмы получат пользу, но сами они об этом знать не будут.
Вода из Духовного источника слишком чудодейственна. Если её обнаружат, это принесёт бесчисленные беды и опасности.
Люди гибнут в погоне за наживой, перед лицом огромной выгоды они способны на всё.
Сейчас она слишком слаба и пока не обладает способностью защитить свое Пространство, поэтому его нельзя раскрывать. Для дяди и остальных лучше всего ничего не знать — так для них будет безопаснее.
Однако не успела Гу Цинши выйти, как дядя вместе с двоюродным братом и сестрой опередили её и пришли сами.
Они пришли с вещами, нагруженные до отказа.
— Тебе ведь нужны столы и стулья, чтобы торговать с лотка. Я съездил домой и смастерил тебе стол и стулья, они все складные, так что пользоваться ими будет удобно.
Бай Чжун когда-то обучался плотницкому делу и умел мастерить такие вещи.
Увидев налитые кровью глаза Бай Чжуна, Гу Цинши поняла: он наверняка вернулся домой и всю ночь не спал, работая всю ночь, чтобы сделать всё это.
— Дядя, ты слишком сильно утруждаешь себя.
Гу Цинши даже не знала, как отплатить дяде за эту доброту.
— Какой там труд, просто смастерил пару мелочей.
— Сестра! — с энтузиазмом шагнула вперед двоюродная сестра Бай Сюэ. — Ты так сильно побелела!
— Сяо Сюэ тоже беленькая, — Гу Цинши ущипнула Бай Сюэ за щечку.
У той было детское личико, и хотя одежда на ней была старая, выглядела она очаровательно и мило.
Гу Цинши поздоровалась и с двоюродным братом Бай Яном:
— Брат.
Бай Ян был человеком под стать своему имени*, он был похож на дядю: красивый, стройный, словно тополь.
(Имя «Бай Ян» означает «Белый тополь»).
В детстве Гу Цинши часто играла с Бай Яном и Бай Сюэ, но, повзрослев, они виделись редко. Однако детская привязанность сохранилась, и они всегда были очень близки.
— Сестра, вот новая одежда, новая обувь.
Бай Сюэ, словно преподнося сокровище, достала вещи из сумки и протянула их Гу Цинши.
Блузка в цветочек, черная матерчатая обувь — всего лишь одна рубашка и пара обуви, совсем не тяжелые, но подарок был скромен, а чувства, вложенные в него — глубокими.
Гу Цинши держала их в руках, и ей казалось, что они весят тысячу цзиней.
http://tl.rulate.ru/book/159256/10169612
Готово:
